Безрассудство
Шрифт:
– Да.
– Какие обязанности вы выполняли в этот вечер?
– Занималась сбором пожертвований. Сидела у двери с еще одной работницей штаба, записывала фамилии и адреса жертвователей, принимала чеки.
– Это не выходило за пределы вашей обычной работы?
– Нет. Я занималась этим и прежде.
– Вначале сенатор Тейлор произнес речь, затем стал обходить собравшихся, пожимать руки и так далее. Я верно излагаю?
– Да.
– И затем, когда все закончилось?.. Пожалуйста, мисс Джеймисон, расскажите нам, что
Сара пошевелилась на своем стуле. Джейк подумал, что наступает критический момент.
– Собрались, как обычно, поговорили, обсудили, как прошел вечер. Что-то вроде подведения итогов. Было поздно, все устали, но Скотт – сенатор Тейлор – нас не отпускал. Опрашивал каждого, интересовался впечатлениями от встречи. Он был очень доволен, более чем доволен. Опять сбросил пиджак, закатал рукава рубашки, как обычно. Подливал всем шампанского. В этот вечер, – Сара сделала паузу, посмотрела вниз, затем подняла голову, – в этот вечер он был как-то особенно счастлив. Убедился, что Колорадо будет голосовать за него.
– Продолжайте.
– По ходу опроса сенатор добрался и до меня. Начал спрашивать мое мнение об одном, другом... Я была польщена. Я не разговаривала с ним несколько недель, с тех пор как мы уехали из Филадельфии, но он помнил мое имя, знал, кто я.
– Он вас выделял, мисс Джеймисон?
Сара замялась.
– В тот вечер – возможно. Он был очень обаятельный человек, политик, и я сильно верила в него и в то, что он мог бы сделать для Америки.
– Из ваших слов, мисс Джеймисон, я заключаю, что он производил на вас огромное впечатление. Это так?
– Полагаю, да.
Джейк напрягся.
«Сара, осторожнее».
– Продолжайте.
– А потом он неожиданно пригласил меня прогуляться с ним до отеля. – Сара сделала паузу. – Он знал, что мой отец, моя семья – убежденные консерваторы правого толка, и хотел воспользоваться удобным случаем, чтобы понять, почему я изменила семейным традициям. Его это заинтересовало. Так, во всяком случае, мне показалось.
– Заинтересовало, – повторил Херд.
– Да, он полагал, что это поможет ему переманить на свою сторону еще кое-каких консерваторов.
– Значит, он пригласил вас пройтись в этот вечер из чисто деловых соображений?
– Думаю, да.
Херд возвратился к своему столу и углубился в изучение бумаг. Или притворился, что просматривает их. Затем развернулся к свидетельнице.
Джейк знал, что у него готов для Сары трудный вопрос.
«Держись, Сара!»
– Итак, мисс Джеймисон, вы должны осознать, что пришло в голову каждому из нас, сидящих в этом зале. А именно – то, что, отправляясь в номер сенатора Тейлора одна, вы проявили некоторую наивность. Не могли бы вы попытаться объяснить нам, чем в тот момент руководствовались?
Начинается.
Сара собралась с духом. Ее лицо побледнело еще сильнее, губы, прекрасные мягкие губы, задрожали, и Джейку захотелось
– Вы должны понять, – произнесла Сара, – что мы, Скотт Тейлор и я, были взрослыми людьми, выполнявшими вместе важную работу. Очень важную. Тогда было самое горячее время. Мы, сторонники Тейлора, считали, что он действительно имеет шансы выиграть выборы. Все опросы указывали на это. В известной степени... мы были опьянены этим, пребывали в некоторой эйфории. А люди, которые работают вот так вместе, становятся близки друг другу. – Она сделала паузу. – Близки, как товарищи, как мужчины на войне, где жизнь каждого зависит от всех. Тогда было что-то вроде этого.
– На войне, мисс Джеймисон?
– Да, на войне. Политической войне, которую вел Скотт Тейлор. – Она посмотрела на Херда, как бы спрашивая разрешения продолжать. Прокурор кивнул. – Так что когда он предложил мне зайти к нему в номер и обсудить ситуацию, я была в восторге, что способна хоть чем-то ему помочь. Возможно, я проявила наивность, и задним числом я это осознала, но в тот момент мне ничего другого даже в голову не приходило. Человек нуждался в моей помощи. Что тут предосудительного?
Джейк был восхищен ее искренностью и прямотой.
– Отлично. Предположим, что все это правда, – начал Херд.
– Это правда, – сказала Сара.
– Разумеется, мисс Джеймисон. Теперь, пожалуйста, расскажите нам, что произошло, когда вы оказались в его номере.
Сара сделала глубокий вдох.
– Он предложил мне выпить. Налил белого вина. Себе тоже налил, кажется, скотч. Я сидела на диване, а он ходил туда-сюда. Вдруг начал рассказывать мне о том, как ему опротивели бесконечные мероприятия с едой и выпивкой. Называл это обязаловкой.
С того места, где сидели члены жюри, донесся неясный ропот, похожий на смешки.
– Затем он сказал, – Сара уставилась на собственную юбку, – он сказал мне, что ему не хочется ездить домой, что он поселился в отеле, потому что со своей женой, Хедер, практически не живет. Что их брак чистая формальность. Так удобнее. Он сказал, что она хочет стать первой леди и что они заключили своего рода сделку.
Джейк живо представил себе эту сцену. Скотт выступает перед красивой молодой женщиной. Заливается соловьем.
Неужели Сара настолько наивна, что поверила ему? Невероятно.
Джейк сжал кулаки, представив Сару, элегантно одетую – в черное, наверное, – длинные ноги, стройная, как она пила вино из бокала, многозначительно поглядывая на Скотта, глаза которого были прикованы к ней.
«Да прекратите же вы все это!»
– Только тогда я начала что-то понимать, – произнесла Сара. – Мне стало как-то неуютно, потому что я сообразила, куда он клонит.
– Мисс Джеймисон, вы вообще-то были в курсе репутации сенатора Тейлора?