Битва с будущим
Шрифт:
– Я оказался прав насчет Далласа, не так ли агент Малдер?
– быстро проговорил он.
Малдер вздохнул и, обернувшись, посмотрел на старика.
– Как это у вас получилось?
– спросил он.
– Совершенно случайно мне в руки попал исторический документ - прямое свидетельство продажности и лицемерия американского правительства. Ежедневная газета.
На лице Малдера отразилось нетерпение.
– Вы сказали, что пожарники и мальчик были обнаружены во временном карантинном штабе Федерального Агентства по Контролю Чрезвычайных Ситуаций. Почему именно там?
Куртцвайль поплотнее запахнул плащ
– Как написано в газете, это Агентство было создано для борьбы со вспышкой вируса Ханта. Ты когда-нибудь слышал о вирусе Ханта, агент Малдер? Куртцвайль холодно досмотрел в глаза собеседнику.
– Это смертельно опасный вирус, он распространился на юго-западе Штатов несколько лет назад. Переносчиком служат оленьи мыши, - ответил Малдер без запинки, как отличник на экзамене, и в свою очередь глянул на Куртцвайла. Спокойно и выжидающе.
– А что тебе известно о ФАКЧС?
– быстро спросил доктор и вновь окинул подозрительным взглядом пустой переулок. Щека его дернулась.
– Какова реальная власть Федерального Агентства по Управлению в Чрезвычайных Ситуациях?
Малдер приподнял брови в знак того, что ждет разъяснений. Куртцвайль торопливо продолжал:
– Наличие ФАКЧС дает возможность Белому дому отстранить конституционно избранное правительство) если будет объявлено чрезвычайное положение. Это позволяет сформировать невыборное правительство. Подумай над этим, агент Малдер.
Малдер задумчиво уставился прямо перед собой. Впрочем, размышлять было не над чем. Если все так, как говорит этот тип... Если так... Да, в таком случае - ответ лежит на поверхности. Малдер кивнул, ожидая продолжения.
Куртцвайль слегка повысил голос, радуясь, что наконец-то у него появился благодарный слушатель.
– С чего бы Агентству с такими широкими полномочиями заниматься какой-то маленькой вспышкой вируса в пригороде Далласа? Ну? Думай, малыш, думай! Глаза доктора лихорадочно блестели.
– Вы хотите сказать, - медленно произнес Малдер, - что это не была маленькая вспышка?
Лихорадочный блеск в глазах Куртцвайля усилился.
– Я хочу сказать, что это не был вирус Ханта. Внезапно с улицы долетел вой сирены. Пока патрульная машина проезжала мимо, доктор и Малдер вжимались спинами в сырые кирпичные стены. Когда машина проехала, Малдер прошипел:
– Так что это было?
Куртцвайль посмотрел на свои руки и наконец сказал:
– Когда мы с твоим отцом в молодости работали на военных, нам довелось принять участие в одном проекте. Нам говорили, что это биологическое оружие. Вирус. Ходили разные слухи о...
– Доктор замялся, подбирая слова.
– О его происхождении.
Малдер вновь нетерпеливо покачал головой. Ему уже начинала надоедать эта игра. Бесспорно, развивающие игры хороши... в определенном возрасте. Но сейчас ( невремя. Не время и не место. Хватит. Терпение на исходе.
– Отчего погибли те люди?
– резко спросил он.
– Отчего они погибли, я даже не берусь описать!
– ни с того ни с сего взорвался Куртцвайль.
– Для меня это не просто повод для беспокойства. Речь идет о том, что нас ждет в будущем!
Малдер холодно посмотрел на него. Этот "друг отца" ведет себя
– Об этом я и без вас скоро узнаю. Но Куртцвайль, казалось, его не услышал. Забыв об осторожности, доктор уже почти кричал, и слова его эхом отдавались в пустом переулке.
– То, что убило этих людей, не может быть описано в обычных медицинских терминах, - с горячностью продолжал он.
– Боже мой, наши мозги просто не в состоянии представить себе что-нибудь более сложное, чем вирус Ханта! Это вне наших знаний! Оно - за пределами всего! У нас нет для этого определений, и мы не можем даже предположительно сказать, во что это выльется в будущем. Как это будет распространяться, как повлияет на окружающую среду...
– Куртцвайль вдруг замолчав, сжав руку в кулак.
– Чума?
– также спокойно уточнил Малдер.
Доктор покачал головой, скривил губы.
– Чума, которая положит конец всем другим разновидностям чумы, агент Малдер, - прошептал он.
– Беззвучное оружие для тихой войны.
– Он снова покачал головой. На лбу проступила испарина.
– Намеренное и направленное освобождение из-под контроля паразита, которому все равно кем питаться, вируса, от которого у нас до сих пор нет лекарства. Нет! И не будет! Ты понимаешь, малыш? Они работали над этим в течение пятидесяти лет.
– Он ударил кулаком воздух, чтобы подчеркнуть всю значимость сказанного, и Малдер заметил, как побелели у его собеседника костяшки пальцев.
– Пока все остальное население мира боролось с подонками и коммунистами, эти люди тайно договорились о запланированном Армагеддоне.
– Доктор тяжело дышал, и глаза его горели безумием.
Малдер нахмурился. Похоже, не провокация. Старик действительно вне себя от страха.
– Договорились? Как это?
– переспросил он.
– Я вас не понял.
– А мне казалось, ты понимаешь.
– Куртцвайль поджал губы.
– Расписание уже составлено. Все продумано до мелочей. Все! Это произойдет в праздник, когда большинство людей будет на улицах или в общественных местах. Они будут гулять, отдыхать, радоваться жизни...
Жизни... Когда наши народные избранники тоже будут на отдыхе или вообще уедут из страны. И вот тогда-то, малыш, и разорвется бомба. Не чета той, что была в Далласе. Другая. Смертоносная и страшная. Президент объявит чрезвычайное положение, вследствие чего все федеральные службы и само правительство перейдет в подчинение Федерального Агентства по Контролю Чрезвычайных Ситуаций. ФАКЧС, агент Малдер. Тайное правительство. Вот так-то вот, малыш...
Малдер присвистнул.
– А еще говорят, что параноик - я.
– Он криво усмехнулся.
Но Куртцвайлю явно было не до шуток. Игнорируя деланно беззаботный тон Малдера, он отчаянно затряс головой.
– Что-то у них пошло не так... Не так, как было задумано... Случилось нечто непредвиденное.
– Он устало посмотрел на агента ФБР и сказал почти спокойно: - Возвращайся в Даллас, агент Малдер, и копай. Копай, малыш, ищи! Это - твоя работа. И не дай Бог тебе потерпеть неудачу. Иначе мы, как и все остальное население страны, узнаем обо всем уже тогда, когда будет слишком поздно. Я надеюсь на тебя, Малдер!