Битва судьбы
Шрифт:
Команду драккара сын конунга будил до полудня. На пинки и тычки бравые мореходы реагировали вялыми стонами и хриплой руганью. Глаз не размыкали, да еще и стремились отползти. Но Терик действовал неумолимо, и один за другим йотуны вставали, чуть ли не на карачках тащились к воде.
Медленно, но верно погрузились на драккар, закинули припасы. Последним на борт взошел Терик.
– Счастливой дороги. – Старший из провожающих обрубил канат. Берег начал потихоньку отдаляться. Оттуда заорали, заулюлюкали.
– Счастливо оставаться! – Терик вскинул правую
Вскоре корабль вынесло в море. Волны тут же попробовали на прочность его борта, принялись колотить в доски обшивки.
Дул свежий ветер с севера, и Терик приказал поднять парус. Под дружное хаканье матросов широкое синее полотнище поползло вверх. Над палубой развернулся вышитый на нем герб Нордбурга – белый топор, древко которого украшают орлиные крылья.
– Пошли, парни, пошли! – радостно крикнул Гуннлауг, и на широком лице его появилась довольная улыбка.
В лицо летели соленые брызги. Полотнище раздувало, и драккар ходко шел вперед. Под этим парусом предстоит одолеть вдоль пустынного лесистого побережья еще около семисот верст.
Наставник
Ежедневные усилия Родомиста не пропадали зря. Сила потихоньку возвращалась, исчезала пустота, что после посещения Темного леса поселилась за грудиной. И это не могло не радовать.
Накопленной Силы, правда, пока на многое все равно не хватит. Но дальновидение смог заметить, а то, что от невидимого взора удалось скрыться – за это нужно благодарить собственное истощение. Будь Родомист в полной Силе, дальновидящий обнаружил бы его непременно.
Шли довольно бодро. Ратан, побывавший вчера в объятиях болота, не показывал никаких признаков простуды. Хорт приписал такой эффект самогону, Родомист – лечебным травам. Снегопад, начавшийся вчера, и не думал прекращаться. Снежная крупа, то мелкая, словно песок, то огромная, будто перья, сыпалась из прохудившейся серой подушки неба. Следы путников исчезали под плотным ковром. Кто бы их ни преследовал, давно потерял след. Найти четырех людей среди леса можно только с воздуха, но он так набит липкой холодной мишурой, что и дракону пролететь непросто.
Ближе к вечеру, когда тучи на востоке стали значительно темнее, Хорт неожиданно остановился. Сделал спутникам знак оставаться на месте и скрылся в чаще. Когда вернулся, изумление на его лице заметили все, даже не очень наблюдательный Леслав.
– В чем дело? – спросил Родомист.
– Там... там... – Охотник только сипел и судорожно дергал рукой в ту сторону, откуда пришел.
– Так что там? – громче и четче повторил вопрос маг. Краем глаза заметил, как напрягся и тут же расслабился Ратан. Правильно, если бы Хорт обнаружил реальную опасность, то повел бы себя совсем по-иному.
– Там крепость, – наконец вымолвил охотник. – Идемте.
– Посреди леса? – улыбнулся Леслав. – Не может быть!
– Запомни, ученик, если хочешь стать магом – ты должен быть уверен, что может быть ВСЁ, – проговорил Родомист веско. – И отрицая возможность существования
Несмотря на эти слова, Леслав не поверил, что крепость может оказаться посреди леса. И Родомист не стал его винить. Всякому ясно, что крепость должна стоять у дорог, среди населенных земель, иначе ее защитникам просто нечего будет есть. Сам не очень понимал, что же такое заметил Хорт.
Вслед за охотником, мчавшимся, словно на пожар, преодолели овраг, из снега на дне которого торчали кончики камышей, словно черные толстые пальцы. А когда вышли на широкую поляну, Родомист удивленно хмыкнул. Рот шедшего рядом ученика открылся сам собой, а глаза вытаращились.
Посреди густого леса, меж осин и берез, возвышалась крепость. Небольшая, скорее форт, но массивная, чудовищная в своей мощи. На первый взгляд она показалась какой-то странно низкой, но, приглядевшись, маг понял, что под огромной тяжестью стены давно погружаются в грунт и укрепление возвышается над землей едва ли на половину.
– О, – удивление пробилось даже на лице Ратана, хотя ранее казалось, что такое вообще невозможно. В голосе воеводы послышалось почтение. – Сколько же этому лет?
– Не менее пятисот. Только тогда в этих местах строили укрепления, – ответил Родомист. – В те времена Дар осиял земли Красноглазых в течение многих Циклов. Единое могучее государство покрывало всю степь, от моря до моря.
– Такое огромное? – вздохнул в ужасе Леслав.
– Да. Войска Красноглазых беспрерывно наседали на Северинскую империю, в те годы единую, и на государства Остроухих. Красноглазые строили корабли и даже высаживались на Зеленых островах.
– Они и возвели крепость? – спросил Хорт.
– Да ты что? – усмехнулся Ратан. – Она же развернута на юго-запад, туда, откуда приходили и еще будут приходить орды степняков.
– Ты прав, – кивнул Родомист. – Это построили люди. Южные границы тогда прикрывала линия таких вот укреплений. Часть из них разрушена войнами, часть – уничтожило время, а это – сохранилось, оказавшись в глуши.
– Как доставили сюда камень? – Удивление мешалось в голосе Ратана с восхищением. – Ведь до гор далеко.
– Не знаю, – неуверенно протянул маг. – Волоком, зимой. А вообще можно бы посмотреть, что там внутри.
Осторожно, держа оружие наготове, двинулись путники ко входу в крепость, что беззубым ртом чернел посреди заснеженных стен. Первым во двор прошел Ратан, затем Хорт. Последним вступил в пределы крепости Родомист, и тут же будто огромные ладони хлопнули его по ушам. Успел еще увидеть, как зашатался шагающий впереди ученик, а затем словно оглох и ослеп.
Воевода
Двор заброшенной крепости на первый взгляд выглядел нормально, но беспокойство сразу кольнуло сердце – что-то тут было не так. Ратан дернулся, попытался остановить спутников, но было поздно. Небо резко потемнело, как во время грозы, когда огромная туча заслоняет солнце, по воздуху потекло ледяное шипение. Из-за спины донесся сдавленный крик.