Битва судьбы
Шрифт:
Ратан обернулся, обнаружил, что Леслав стоит на коленях, зажав уши. В глазах его, странно невыразительных, застыл ужас. Побелевший Родомист пытался устоять на ногах. Изо рта его шла пена, тело конвульсивно подергивалось. Хорт выглядел обычно, в руках его были лук и стрела. Воевода не стал ломать голову, почему он сам не ощущает ничего странного, – маги, как всем известно, существа гораздо более чувствительные, чем простые смертные. Не теряя времени, подскочил к Родомисту, встряхнул как следует, так, что голова мага затряслась.
– Что
– Ло... ловушк... а, – прохрипел маг. Нитка слюны потянулась от уголка рта на бороду. – Для нас... Вытаскивай... – в последнем усилии Родомист стиснул плечи Ратана, – а то создания Силы этого места выпьют из нас жизнь.
– Все ясно, – сказал воевода, вскидывая тело мага на плечо. Крикнул Хорту: – За мной! Бери мальчишку!
Охотник кивнул, ловко поднял Леслава. Ратан развернулся, пытаясь обнаружить арку, через которую они попали сюда. Но ему не дали. Что-то холодное, скользкое коснулось ноги. Воевода скосил глаза. Щупальце, черное, будто сотканное из тьмы, тянулось к Родомисту. Ратана оно лишь задело. Содрогнувшись от отвращения, он что есть силы рубанул по отростку и крикнул:
– Прорываемся!
Но выхода не было видно. Вокруг людей сомкнулся купол из непроглядной темноты. Из нее тянуло холодом, шипение усиливалось, и щупальца, подобные тому, что бессильно корчилось у ног Ратана, тянулись со всех сторон.
– Что делать?! – закричал Хорт. Изловчившись, охотник пустил стрелу. Та без следа канула во мраке.
– Ты чуешь, где выход? – приходилось напрягать горло, чтобы перекричать усиливающийся шум. Около десятка щупальцев тянулись к Родомисту, и Ратан вступил в бой. Меч засверкал, и черная слизь потекла на землю.
– Должен быть там. – Хорт яростно махал топором. На Леслава отростки тьмы бросались не так яростно, как на старшего мага. Охотник неловко ткнул пальцем себе за спину, показывая направление.
– Тогда – туда, и очень быстро. – Ратан отрубил еще одно щупальце и, поправив тело мага на плече, ринулся в указанном направлении. Позади тихо бухали в землю валенки охотника.
Как вырвались из ловушки, воевода запомнил плохо. Что-то склизкое, холодное хватало за плечи, подгибались ставшие вдруг мягкими ноги. Но он бежал изо всех сил туда, где, как казалось, находится невидимый выход. Словно сокрушенный железной волей людей, треснул полог тьмы. Ратан, а за ним Хорт вывалились на белый свет, под тихое шуршание продолжающегося снегопада.
Насколько смог мягко, воевода положил Родомиста наземь. А сам буквально рухнул на пятую точку, жадно ловя ртом чистый воздух. Хорт стоял рядом, нагнувшись и уперев руки в колени. Дышал, словно загнанный олень.
– Что, вояка? – просипел охотник. – Каково, а? Такого в твоей воинской судьбе, я думаю, не бывало?
– Нет, не бывало, – покрутил головой Ратан. – Там весь двор – сажен
– Да. – Хорт зло посмотрел в сторону крепости. Там ничего не изменилось. Тот же двор, арка входа, заснеженные стены. – Не иначе там какая-то злая магия.
– Это точно. И очень сильная. – Ратан с усилием распрямился, в спине у него хрустнуло. – Но нечего рассиживаться. Пора наших магов в чувство приводить.
Ученик
Кто-то совершенно безжалостно лупил Леслава по щекам. Юноша захотел высказать возмущение столь вопиющим поведением, но губы не послушались. Пришлось открыть глаза. Получилось с большим трудом, под веки словно насыпали песка, и каждое движение причиняло сильную боль.
Леслав с недоумением наблюдал, как над ним в неизмеримой вышине колышется в странном тумане знакомое лицо. Чье оно, он не мог понять. Лицо исказилось в гримасе разочарования, и тут Леслав вспомнил имя – Хорт. Вслед за первым воспоминания хлынули подобно ливню: крепость, арочный вход, темнота. За ней крылось нечто настолько ужасное, что он застонал.
– Ничего, голос к нему вернулся, – донеслись издалека, словно из-за стены, слова охотника.
– Поднимай его, а то он замерзнет, – сказал кто-то другой. Юношу дернули за руки, и через некоторое время он ощутил, что стоит. К его удивлению, ноги не дрожали. Спустя некоторое время даже смог оглядеться.
Рядом могучий мужчина в расстегнутом полушубке, в котором Леслав узнал Ратана, приводил в сознание учителя. Воевода бил мага по щекам, растирал уши, но Родомист не реагировал. На мгновение оторвавшись от своего занятия, Ратан сказал:
– Хорт, ты води его туда-сюда. Пусть не стоит на месте, а шевелится. Так скорее придет в себя.
К тому моменту, когда очнулся учитель, Леслав уже разогрелся, ходил сам и даже мог разговаривать. Родомисту досталось больше. Даже в полумраке сгущающегося вечера было видно, как он бледен, чуть не белее снега. Глаза мага, обычно сияющие, яркие, сейчас были тусклыми.
Но, встав на ноги, Родомист быстро пришел в себя. Сказался большой опыт самых разных передряг. Чтобы окончательно восстановить силы пострадавших, Хорт выделил каждому по глотку самогона. Леслав принял флягу осторожно, словно ему дали ядовитую змею. Обжигающая жидкость прокатилась по горлу и засела в животе, разведя там небольшой костерок. Пережитый ужас сразу отступил, удалось спокойно спросить:
– Что с нами случилось?
– Пусть Хорт с Ратаном расскажут, что они видели. – Маг говорил тихо и медленно, слова давались ему с большим трудом.
– Нет уж, – отрезал Ратан. – Как встанем, так все и услышите.
Пришлось смирить нетерпение и ждать, пока Хорт отыщет подходящее место для ночлега подальше от смертоносных стен. Когда перебирались туда, Родомиста и ученика освободили от поклажи, и все равно Леслав брел, спотыкаясь, словно дряхлый дед.
Когда разводили огонь, Хорт спросил: