Битва в космосе
Шрифт:
Хогрэм повернул второй глаз к сыну, и тот спросил себя, не слишком ли он переусердствовал со столь неприкрытой лестью. Наверное, слишком.
— Знаешь, — сказал Хогрэм назидательно, — существует разница между собственностью в широком смысле этого слова и тем, что держишь в руке в настоящий момент.
Однако глазные стебли хозяина владения прогнулись чуточку больше, чем положено; он был явно польщен.
Фральк заметил это и решил сменить тему.
— Эти чужаки могут оказаться полезными для нас, отец клана.
«Чужаки» показались ему словом более приемлемым,
— Если у них есть еще такие ножи, тогда конечно, — соизволил согласиться Хогрэм. — А еще лучше, если бы у них нашлись ножи подлиннее. Такое оружие пригодилось бы нам на восточной стороне Ущелья. Я бы неплохо заплатил чужестранцам.
— Конечно, отец клана. Правда, сначала предстоит выяснить, что бы они хотели получить взамен. Они несколько.. отличны от нас. Я хочу сказать, что вещи, ценные для нас, могут не представлять для них никакого интереса.
Глазные стебли Хогрэма весело заколыхались.
— Это нормальная проблема любой торговой сделки, старший из старших, — выяснить, что требуется вступившему с тобой в торг самцу и сможешь ли ты это ему дать.
Блеклая, местами отвисшая кожа отца клана свидетельствовала о том, что ему больше никогда не стать молодым, но с годами к нему пришла проницательность и практичность. Клан Хогрэмов процветал даже среди других кланов скармеров, где грубый просчет в торговых операциях мог «повергнуть самца по глазные стебли в воду», как гласила древняя скармерская поговорка.
Фральк многому научился, просто наблюдая за отцом и слушая его. «Попробовать, что ли, применить пару уроков из этой науки?» — подумал он.
— Отец клана, ты уже выбрал самца, который будет работать с чужаками, заучивать их странные слова и обучать их нашим?
— Пока нет… — неуверенно молвил Хогрэм.
«Прекрасно», — подытожил Фральк. Хозяин владения не имел возможности хорошенько обмозговать все выгоды, которые сулило появление чужаков, тогда как сам Фральк практически ни о чем другом и не думал с тех самых пор, когда небесная коробка — вернее, небесная ЛОДКА, поправил себя молодой самец, сознательно используя слово, позаимствованное скармерами из языка лануамов — чуть не свалилась на него сверху.
— Полагаю, будет лучше, если кто-то один займется сношениями с чужаками. Вряд ли стоит распределять такие ответственные обязанности между несколькими самцами. Из-за малейшей несогласованности в действиях может провалиться все дело.
— Вероятно, вероятно… — Хогрэм задумчиво почесал основание одного из глазных стеблей. — Знаешь, Фральк, пожалуй, ты этим и займешься. Ты общаешься с чужестранцами с момента их прибытия и знаешь о них больше, чем кто-либо другой. — Хозяин владения сделал небольшую паузу. — Я взвалил на тебя два важнейших дела одновременно: сначала послал тебя разбираться с хозяином пограничного владения Омало, а теперь вот поручаю присматривать за чужаками. А ведь ты еще довольно молодой самец. Знай: даже если тебе не удастся наладить торговлю с пришельцами, я не стану порицать тебя за это. И все же я думаю, что ты справишься. Я в тебя верю.
— Сделаю все, что смогу, —
«А Хогрэм, — поклялся себе молодой самец, — не должен увидеть всего, что предложат чужаки». Кое-что Фральк обязательно оставит исключительно для себя. Хотя теоретически права отцов кланов у скармеров были столь же незыблемы, как и у тех же омало, на практике самец-скармер, находящийся в полном подчинении хозяину владения, имел возможность позаботиться о себе и даже сколотить кое-какое, пусть и небольшое, но состояние. «А может и порядочное, — подумал Фральк, — если вести себя осторожно».
Фральк с головой погрузился в мечтания и не расслышал последней фразы Хогрэма.
— Прошу прощения, отец клана, — покаянно расширился он, — но я не уловил последней высказанной тобой мысли,
— Я вот все думаю, — повторил Хогрэм, — откуда эти чужаки… существа… кем бы они ни были… Так вот, откуда они взялись? До сих пор мы не видели, не слышали и не обоняли ничего подобного. — Он взволнованно взмахнул всеми шестью руками. — Представь себе, что у тебя нет глазных стеблей, что ты практически слеп — глаза-то всего два! Представь себе, что у тебя только две ноги и две руки. Представь, что тебе почти все время нужно находиться в ТЕПЛЕ…
— Кошмар, — согласился Фральк. Чужаки имели устройство, в которое они каким-то образом заключили огонь. Во время путешествия к замку, когда опустилась ночь и воцарилась приятнейшая для любого скармера прохлада, существа сбились вокруг него в тесную кучку. От приспособления исходил такой неистовый жар, что никто из самцов не мог стоять рядом с ним. Даже Фральк, которому огонь не то чтобы нравился, но как-то интересовал. Он знал мало вещей, способных создавать и сохранять столь сильное пламя; эта вполне могла бы найти рынок сбыта, скажем, среди кузнецов-леденщиков. Да и во время войны такая штуковина может оказаться полезной. «Выучу побольше чужестранных слов и тогда уж расспрошу пришельцев обо всем», — пообещал себе скармер.
— И богов они почитают странных, если рассказанное тобой и другими соответствует истине, — продолжал Хогрэм. — Я никогда не слышал, чтобы кто-нибудь поклонялся Двойной Звезде.
— Услышанное тобой соответствует истине, о мудрый отец клана, — сказал Фральк. — Сегодня утром, к примеру, они встали незадолго до рассвета и долго разглядывали сквозь облачный покров в восточной части неба Двойную Звезду, ярко-голубой кружок и его маленького бледного спутника. Заметив, что мы наблюдаем за ними, пришельцы указали на нее, на себя и снова на нее. Другой причины для подобного утреннего ритуала, кроме как поклонения божеству, я не вижу.