Благими намерениями...
Шрифт:
Голова враз закружилась, а сердце ухнуло куда-то вниз, когда парень вдруг резко притянул меня к себе, буквально расплющив о свое крепкое тело. Его губы моментально перехватили инициативу, сминая мои в каком-то голодном, жадном поцелуе.
Небо и земля для меня поменялись местами. Восторг пьянящим шампанским хлынул в кровь. Сердце билось и дрожало, как пойманная птичка. Я ликовала. Я упивалась поцелуем. Все было совсем не так, как с Максом, и эмоции били из меня через край.
Все закончилось как-то очень быстро и моментально. Вот только что Леша жадно прижимал меня к себе и сладко терзал мои губы. А вот уже мы чинно сидим каждый на своем сидении. Кто-то тяжело и хрипло
Обнаружив последнюю деталь, я вытаращила глаза. И когда это мы успели?! Ну, ладно, ладно, когда это я успела его раздеть. Мне стало неловко. Я вдруг осознала, что сидим мы в машине совсем недалеко от фитнесс-центра, а значит, и в непосредственной близости моего дома. Еще не хватало, чтобы кто-то из знакомых увидел и донес родителям.
Начать полноценное самобичевание я не успела. Леша в последний раз шумно перевел дыхание и одел футболку, которая неведомым мне образом оказалась на полу у его ног. Пригладил обеими руками взлохмаченные волосы. Взял меня за обе руки и осторожно поцеловал. Сначала левую ладошку. Потом правую. От этого незамысловатого жеста меня накрыло волной чего-то теплого, невыразимо приятного. Леша лукаво улыбнулся и его губы переместились чуть выше, прикоснувшись к внутренней стороне запястья. А затем и вовсе проложили дорожку к локтевому сгибу.
Внезапно Леша сгреб меня в охапку и крепко к себе прижав, уткнулся мне в волосы:
– Ленок, - я с удивлением услышала в его голосе тоску и попробовала отстраниться, чтобы посмотреть, что с ним происходит. Не дал. – не могу я так больше. Ты достойна куда большего, чем зажиматься со мною по темным углам в своей же, собственной машине. Наблюдать, как от безделья за мной увиваются богатые хищницы.
Леша отстранил меня от себя и со страстью продолжил:
– Я хотел бы положить к твоим ногам весь мир! Но увы, мало что умею. Это угнетает. Я знаю, что я тебе не пара. И мы должны были давно расстаться. Тсс, не говори ничего. – Леша легко прикоснулся пальцем к моим губам, призывая к молчанию - А то я всю смелость растеряю и не смогу закончить. Дай мне высказать, давно уже в душе кипит. Понимаешь, я влюбился в тебя с первого взгляда, когда ты только появилась у нас в центре. Мне хотелось сделать для тебя все! Луну с неба достать! А ты не замечала меня. А если замечала, то презрительно кривила губы. А потом тот дождь. И ты предложила меня подвезти. Ни одна из тех, кто на меня охотился, даже не задумалась о моем комфорте. Тогда твое доброе сердце покорило меня окончательно. Я живу и дышу только тобою!
Алеша помолчал и робко взглянув на меня спросил:
– Я говорю глупости?
Я смогла только отчаянно замотать головой. Неведомые мне ранее чувства захлестывали меня с головой. Я любима!
А Леша вновь взял меня за руки и придвинулся ближе. Я затаила дыхание. В душе среди царящего там тепла и уюта что-то шевельнулось. Что-то огненное.
Наши лица сейчас были близко. Так близко, что я могла рассмотреть небольшое зеленовато-коричневое пятнышко в небесно-голубой радужке Лешиного левого глаза. Я вцепилась в это пятнышко, как в спасательный плот, чтобы не утонуть в водовороте собственных чувств. И вдруг услышала:
– Родная моя, любимая моя девочка! Выходи за меня замуж! Я все ради тебя сделаю! Буду жить только ради тебя!
Мое сердце ухнуло куда-то вниз.
****
Предкам я сообщила радостную
Леша пришел к нам вечером с бутылкой коньяка и корзинкой фруктов (мы с мамой всякие там тортики-пироженки не уважаем, это пустые калории). При виде данного набора предки сразу как-то напряглись. Чтобы чуть их умаслить я сходу вывалила новость, что после колледжа пойду учиться дальше, хочу стать хирургом. Вопреки моим надеждам и чаяниям, родители не впечатлились, лишь тревожно переглянулись. Так обычно мама смотрит на папу, когда тот нервничая, слишком много курит. Поэтому, сообщая, что влюбилась и мы с Лешей подали заявление, я слегка нервничала и речь моя оказалась, мягко говоря, скомканной.
Леша подхватил эстафету, витиевато, пространно и с глубокой уверенностью сообщив моим предкам что именно он сделает для того, чтобы я получила диплом специалиста и стала высококлассным хирургом. К моменту окончания его триумфальной речи по квартире уже плыл дух семейного скандала – ядовитый запах валерианы.
Я напряглась еще больше, ожидая неприятностей. Но папа сказал, как отрубил:
– Хорошо, женитесь. Жильем обеспечим. Но никаких детей, пока Лена не закончит университет! Потом будете плодиться и размножаться! Мы с матерью будем только рады. Иначе, ребенка будете обеспечивать сами!
Я против воли покраснела от такой отцовской прямолинейности. И тут же почувствовала себя так, словно за спиной раскрылись крылья. Рядом мелко-мелко кивал Леша.
Часть 2. Руслан
Время пролетело незаметно. Каждую свободную минуту я зубрила. Сначала были госэкзамены. Потом потихоньку стала готовиться к поступлению. Постепенно мною овладел такой мандраж, что я ныряла в зубрежку в любую свободную минуту. Дошло до абсурда.
Дело было в свадебном салоне. Консультант надела на меня платье и стала подбирать фату к нему. Смартфон я держала в руке, фотографируя каждый образ, чтобы потом сравнить и выбрать лучший. Консультанта кто-то отвлек. И я, заскучав, открыла в читалке учебник и стала повторять биологию. Я не почувствовала, как прикрепила к волосам фату вернувшийся сотрудник салона. Не сразу услышала, как зовет меня мама. Очнулась только тогда, когда бесцеремонная Светка выдернула у меня из рук смартфон.
Пятница накануне регистрации была поистине безумной. Везде нужно было успеть. Все подтвердить. Все заказы забрать. В этом безумном хороводе салфеток, шампанского, салона красоты, машин, украшений для машин и еще тысячи и одной крайне важной мелочи я забывала поесть, а все выполненные дела отмечала галочками в списке.
Ближе к вечеру Светлана предложила провести девичник. Хотя бы формальный, как она выразилась, чтобы соблюсти традицию. Но я так вымоталась за день, что только отмахнулась и посоветовала ей выспаться, чтобы завтра у невесты в дружках не оказался свеженький зомбик. Подруженька обиженно фыркнула, но согласилась. Мы простились, условившись о том, что Светка прибудет ко мне к половине девятого утра.
За семейным ужином было непривычно тихо. Лично мне кусок в горло не лез. Мама еще днем призналась, что сильно за меня переживает. Она не сказала вслух, но я чувствовала, что Леша в качестве моего мужа ей не нравится. А папа… Папа, отложив вилку в сторону и тяжело глядя мне прямо в глаза вдруг сказал: