Блеф
Шрифт:
Найми меня. Я открыла рот, готовая умолять о работе, но остановилась. Я не собиралась оставаться в Каламити и не хотела подставлять Керриган, когда сбегу из города.
— Что ты об этом думаешь? — спросила Керриган, проходя по главному залу. Он был открытым и просторным. Вдоль одной из самых длинных стен висели зеркала. Вдоль другой — балетный станок. В углу стояла клетка с большими мячами для упражнений. На полке были разложены коврики для йоги. Керриган нашла инструкторов для проведения занятий
— Ты проделала потрясающую работу, — сказала я своей подруге.
— Спасибо.
Радость на ее лице была такой сильной, что мои глаза наполнились слезами. Я попыталась вытереть их насухо, пока она не увидела, но черт бы побрал эти зеркала. Они ничего не скрывали.
— Эй. — Она подошла и коснулась моей руки. — Что не так?
— Ничего. Все. — Я всхлипнула, пытаясь взять себя в руки. — Я, эм… возможно, мне придется немного побыть наверху. Это нормально?
— Конечно. — На ее лице отразилось понимание. — Ты хочешь поговорить об этом?
— Не совсем. — Я глубоко вздохнула, собираясь с духом. — Может быть, позже.
— Я здесь днем и ночью. Просто позови. — Керриган заключила меня в объятия, от которых мне захотелось расплакаться еще сильнее, поэтому я быстро попрощалась, выбежала из фитнес-стуудии и скрылась в своей квартире.
В месте, где мы с Хаксом начинали.
В месте, где мы и закончим.
Я резко проснулась, настолько сбитая с толку, что мне потребовалось некоторое время, чтобы вспомнить, где я нахожусь.
Квартира. Диван.
В голове у меня стучало, когда я приподнялась, чтобы потереть затекшую шею. Который час? Свет все еще лился из окон. Мой телефон был зажат между подушками, и, вытащив его, я увидела, что уже почти шесть.
Я плакала, пока не заснула, и позволила большей части этого дерьмового дня кануть в лету.
Разговоры с улицы донеслись наверх, и я вскочила на ноги, шаркая ногами, направляясь к окнам.
Когда-то это место было моим убежищем. Это была моя тихая гавань. Но когда я посмотрела через стекло, город уже не казался таким оживленным и очаровательным, как раньше. Горы были не такими высокими. Небо не было таким голубым.
Мой брак притупил тяготы жизни.
Хорошо, что я уеду.
Хакс попросил меня подождать, и, хотя я согласилась, ничто не могло заставить меня остаться. Может быть, он расскажет всем, что я уехала в отпуск навестить семью. Что мой отпуск продлится дольше, чем необходимо. Мне было все равно, какую ложь он скажет, лишь бы это означало, что я смогу сбежать из Монтаны и начать все сначала.
Снова.
Группы туристов двигались по тротуарам, останавливаясь
Кэти, без сомнения, была внутри. До закрытия оставался еще час.
Меня охватила смесь ненависти и тоски. В крахе моего брака не было вины Кэти. Ее действия просто послужили катализатором. Придурок. Как Хакс мог поверить ей, а не мне? Как он мог так слепо верить и преданно относиться к женщине, которая, как я была на сто процентов уверена, обкрадывала его?
Пошел он к черту.
Как он смеет заставлять меня чувствовать себя виноватой? Как он смеет что-то от меня требовать?
Хакс и Кэти заслуживали друг друга.
В животе у меня заурчало, и я вздернула подбородок. Нет, я не собиралась прятаться здесь. Я не собиралась вести себя так, будто сделала что-то не так.
Хакс хоть представлял, сколько времени я потратила на его бухгалтерские книги? Нет, не представлял.
Он хоть представлял, как много я для него сделала? Нет, не представлял.
Он хоть представлял, сколько дерьма я вынесла от его друзей и дочери? Нет, не представлял.
Пошел он к черту. С меня хватит.
После того, как я соберу свои вещи, Каламити останется в прошлом. Риз Хаксли останется в прошлом. Я проведу несколько драгоценных дней с Люси, а затем буду смотреть на Монтану в зеркало заднего вида. Мое пребывание здесь стало яркой вспышкой в жизни Эверли Кристиан. Одно уточнение. Я не могла позволить себе купить билет на самолет, но я использую свою кредитную карту, чтобы добраться до любого пункта назначения, который посчитаю своей следующей остановкой.
В Сан-Диего было много интересного. Как и в Новом Орлеане или Шарлотте.
Я протопала вниз по лестнице и, выйдя на тротуар, отвернулась от галереи в поисках еды. И вина. «Уайт Оук» был испорчен из-за стычки с семьей Хакса. Кроме того, у меня не было желания заходить туда одной. Воскресными вечерами на еженедельный ужин с ребрышками собиралась огромная толпа. Так что я продолжала идти, выдыхая огонь с каждым шагом, пока не добралась до пиццерии «Дворец пиццы».
Хаксу не нравилась пицца с ананасами. Сегодня вечером я закажу пиццу с ананасами. С двойным, нет, тройным количеством ананасов.
И большое спасибо моему мужу.
Когда я вошла, на лице хозяйки сияла улыбка, но стоило ей взглянуть на меня, как она тут же съежилась.
— З-здравствуйте.
— Здравствуйте. — Это прозвучало резко и раздраженно. — Столик на одного.
Всегда одна.
Навсегда одна.
— Сюда. — Она схватила меню и завернутый в салфетку набор столовых приборов, а затем повела меня к столику. Я уже была здесь однажды с Люси, но никогда с Хаксом. В этом и заключалась часть привлекательности этого места. — Я бы выпила бокал красного вина.