Blitz. Без компромиссов
Шрифт:
Брант допил арманьяк, нахмурился, в глазах его промелькнуло удивление. Затем, втянув носом воздух, сказал:
— Я это теряю.
— Ты о чем? — с недоумением произнес Портер.
— Теряю память. Не часто, но достаточно, чтобы начать беспокоиться. Бывает, я не хочу говорить, есть… даже пить. Я с трудом заставляю себя встать с кровати.
Брант замолчал, сомневаясь, стоит ли продолжать, поэтому Портер спросил:
— А чего тебе хочется?
— Смотреть в стену и ничего не делать. Абсолютно ничего.
Портер поставил стакан, нашел сигареты, зажег одну, выпустил облако дыма, сказал:
— Ты перегорел.
—
— Ты на грани нервного срыва. Пару дней отдохнешь, и все пройдет.
— Ты так уверенно говоришь…
— Я знаю, что это такое.
— Ты?
— Ну да. Я как-то попал в жуткий переплет.
Пришла очередь удивляться Бранту. Он посмотрел на диван, осторожно сел, словно диван мог его укусить, и сказал:
— Ты не похож на парня, который поизносился.
Портер прислушался, поднял палец, когда послышалось: «Viena la Sera», [35] — и прошептал:
— Bonda dagli occhi pieni di malia. [36]
— Что? — подал голос Брант.
— Следующий кусок мой самый любимый, — сказал Портер.
Он помолчал и заговорил:
— Два года назад у нас завелся педофил, заманивал детишек в машину в Голландском парке. Мы знали, кто это, но никак не удавалось поймать его на месте преступления. Дети были слишком напуганы, чтобы опознать его, к тому же у него были хорошие связи. Он из шоу-бизнеса, у него были влиятельные заступники. Парни в участке считали, что я одного с ним поля ягода… Из-за моей сексуальной ориентации. Совали использованные презервативы в мой шкафчик, сыпали сахар в бензобак… обычные вещи… — Портер перевел дыхание, продолжил: — Я жил в состоянии ужасного стресса, глотал валиум, налегал на кофеин, без конца курил, но в конце концов взял это дело в свои руки. Ворвался в дом этого подонка в четыре утра и бейсбольной битой превратил его гениталии в кашу. А потом я перегорел, заперся у себя в доме, и сразу же после этого меня перевели сюда…
35
«Ах, что за вечер!» ( итал.). Начало дуэта Пинкертона и Чио-Чио-сан из оперы Дж. Пуччини «Мадам Баттерфляй».
36
«Я все любуюсь глазками твоими» ( итал.). Неточная цитата из того же дуэта.
Его потревожил звук, более громкий, чем музыка. Брант храпел, склонив голову на подлокотник; из уголка его приоткрытого рта стекала струйка слюны. Портер взял пару одеял, накрыл его и сказал:
— Спокойной ночи, милый принц.
_
Я проснулся от страха; страх был странным по форме — геометрическим, ограниченным, окончательным.
Констебль Макдональд, все еще переживавший из-за бойкота сослуживцев, начал следить за Брантом. Очень удивился, когда увидел, что Брант входит в дом на Ренфрю-роуд. Встречается с женщиной? Проверяет наводку?
Когда Макдональд назвался, Супер сказал:
— Мне через десять минут идти на областной ужин, так что берегись, если звонишь по пустяку.
— Сэр, я видел, как Брант вошел в квартиру на Ренфрю-роуд, но я не имею представления, с кем он там встречается.
Он услышал кашель, зубовный скрип, глубокий вздох, затем:
— Ты, чертов полудурок, только из-за этого звонишь?
— Я думал, это прорыв, сэр.
— Портер Нэш живет на Ренфрю-роуд — ты разве не знаешь? Кстати, что я такое слышал насчет того, что ты стучал на врача, сынок?
Макдональд посмотрел на трубку; ему хотелось крикнуть: «А что я сейчас делаю, а? Это как называется?»
Но вместо этого он сказал:
— Сэр, это подстава.
— Никому не нравятся доносчики, особенно те, кто попадается. Я доступно объясняю?
— Да, сэр, абсолютно.
Клик.
Макдональд порылся в бардачке машины, нашел мятные леденцы, кинул одну конфету в рот. Пожалел, что бросил курить, но начинать снова не собирался. Сигареты — это для таких как Брант. Пока он сосал леденец, он достал маленький фотоаппарат из кармана и сделал несколько снимков дома Портера. Если повезет, он снимет Портера и Бранта в объятиях друг друга. Поквитается с обоими сразу.
Портер ел мюсли, когда Брант зашевелился. С раннего утра он являл собой неприятное зрелище. Он потянулся, протянул руку за сигаретой и громко рыгнул. Портер мысленно взмолился, чтобы Брант не заблевал диван, и спросил:
— Позавтракать не хочешь?
— Кофе, две ложки, без сахара.
Когда Портер принес кофе, Брант почесал зад и спросил:
— Ты меня попользовал?
— А как же.
Пока Брант шумно втягивал кофе, Портер спросил:
— Хоть имеешь представление, кого надо искать?
— Психа. Таких труднее всего поймать. Я вчера был в спортзале в Стритхеме, получил там имя парня, к которому, возможно, стоит заглянуть.
— Хочешь, я с тобой поеду?
— Нет, тебе надо руководить. Ты же по уши в этом дерьме.
Брант передернул плечами, встал и сказал:
— Пошел.
— Да, конечно, — кивнул Портер. Прибавил: — Заходи еще.
— То, что я ночью говорил…
— Останется со мной.
Последовала пауза. Наконец Брант сказал:
— Я просто очень устал.
— Разумеется, выспись как следует.
Когда Портер провожал Бранта до двери, тот сказал:
— Еще одно…
— Что?
— Насчет того, что ты хороший коп.
— Да?
— Я действительно так думаю.
— Спасибо.
Проходя через холл, Брант добавил:
— Для гомика.
Портер захлопнул дверь.
Выйдя из дома, Брант остановился и посмотрел на здание. Макдональд начал щелкать фотоаппаратом, он готов был поклясться, что разглядел на лице Бранта тоскующее выражение. В резких черно-белых тонах, с названием улицы Портера большими буквами сверху, снимок поведает свою собственную историю.