Боб
Шрифт:
Одноглаз гнал Боба по узкому коридору, так и норовя подтолкнуть ученого в спину. Однако, наученный горьким опытом академик вовремя уворачивался или прибавлял шаг, не желая быть размазанным об острые выступы в стенах этой норы.
- Давно работаешь на Шо? – Боб попытался выудить хоть крупицу информации о таинственной ставке своего врага, спрятанной посреди вод Тихого океана.
- Отец не разрешает нам говорить с посторонними, – последовал ответ.
- Отец!? – поперхнулся академик.
«Отец»
- Входи. Слушай, а вкусными у тебя эти штуки получились, – он подкинул в руке плод. – Нужно было тебе организовать их импорт в Агорию. Я думаю, ты бы добился успеха на этом поприще.
Боб, тоже решив быть до безобразия наглым, без приглашения завалился на софу рядом с недругом и недолго думая, схватил с низкого персидского столика самое огромное яблоко:
- Умею же! Не то, что некоторые. То одноглазиков понаваяют, то многоручек.
- Да ты хам! – вальяжно расплылся в натянутой улыбке Шо.
- Есть учителя, – метнул молнию в Шо академик. – Они не то, что чужими яблоками чавкают, они еще и на чужом субстрате, как дома себя чувствуют. Подводная база, обстановочка а-ля «Тысяча и один урод», собственная тюрьма! Шикуешь, брат!
- Нисколько, – картинно обиделся Шо. – Как монах живу – довольствуюсь самым насущным.
- Чужим ты довольствуешься, а не насущным. Знаешь, как это называется? Конечно же, знаешь! Паразитированием! Ты – инфекция, старый лысый заразный лишайник!
- Зачем переходить на личности? – простил Шо запал Боба. – Я предпочитаю, чтобы меня называли Отец. Я, кажется, тоже нашел себя. У тебя – твои игрушки, у меня – свои. И мои, так уж случится, скоро будут править этим балом вместо твоих, ха-ха-ха!
Шо импульсивно вскочил со своего места и, подбежав к занавешенной стене, одним широким жестом сорвал покров. Обнажился мерцающий экран, на котором в полумраке помещения, хорошо читалась большая мудреная схема. Боб подслеповато прищурился:
- Что это за бред?
- Не сметь! – завизжал Шо, которого академику все-таки удалось вывести из себя. – Если твой скудный, пропахший водорослями мозг еще в силах оценить масштабность работы, то ты, наверное, поймешь, что это гениальнейший план по уничтожению твоих людишек! И не только…
- Очень любопытно, – изобразил интерес Боб.
- Я назвал свой проект просто – «Верионный эвогенезис, как движущая сила превосходства в борьбе разнополярных систем внутри единого ценоза».
- Очень лаконично, – прыснул академик.
Лицо Шо скривилось от переживаемой к ученому жгучей ненависти, но на правах хозяина положения, мерзавец сдержался:
- С твоего позволения, я начну. Я долго трудился. Не покладая рук, не жалея сил. И в результате кропотливых исследований и лабораторных экспериментов на свет появились мои дженейры! Мои деточки!
- Это ты про окружающих тебя уродцев? – не удержался Боб.
- Уродцы? –
- Чем ты их травил?
- Я обработал их верионной кашицей, заставив скучнейший процесс строительства тел переместиться в творческое русло!
- Ну, как же! Пятьдесят шесть глаз в районе пупка – это творчество! – снова понесло Боба. – И это с учетом того, что сам пупок мигрировал куда-то к пояснице. Мне же, бывший коллега, - Боб намеренно подчеркнул слово «бывший», впившись глазами в Шо, – кажется, что вы банально десантировали свои вирусы на образцы человеческих генов и пытали их до тех пор, пока, в итоге, зараженные образцы не метаморфозировали, становясь в итоге похожими на твоих гадких созданий! Всё это убогое уродство вокруг, – академик обвел рукой по сторонам, указывая на присутствовавших тут же дженейров, - я называю просто генетическим шлаком! Но никак не научным открытием и, уж тем более, не гениальным прорывом!
- Молчать! – взвизгнул Шо и рывком задернул экран, демонстрируя тем, что презентация может считаться завершенной.
Его часто вздымавшаяся грудь выдавала бурлящие внутри эмоции.
– И последнее, – трясущимся, готовым в любую секунду сорваться на крик, голосом, решил все же закончить свою речь докладчик, – настоящий проект носит характер абсолютной секретности, но я приоткрою тебе небольшую тайну. Действительно, все мои дженейры не создавались для того, чтобы бегать по полям и нюхать васильки. Эти особи являются универсальными боевыми единицами, способными в состоянии покоя противостоять двум десяткам человеческих особей одновременно.
- Состоянии покоя?
- Да, ты не ослышался! – зазвенел торжеством голос Шо. – Мои детки обретают свою истинную силу, подпитываясь энергией ярости! В этом состоянии они способны в одиночку уничтожать сотни, а то и тысячи противников. Ты что-нибудь слышал об энергии ярости? Нет? А я научился ее синтезировать! Этот нектар боли, страданий и смерти! И пока на Земле обитает твой род – она будет неисчерпаема! Люди никогда не перестанут вырабатывать ее!
- И как ты собираешься использовать синтезируемую энергию?
- Все просто. Я выпущу свою армию дженейров в твой мир. Агрессия противостояния людей породит голод ярости у моих деток, которые незамедлительно начнут убивать. И чем яростнее будет борьба, тем больше энергии впитают в себя дженейры. Каково? Ах, да! Забыл рассказать тебе о сущем пустяке – для завершения моего проекта требуется достаточное количество агорианского духа. Но представляешь, кинулся в магазин – пусто! Нет, говорят, духа! В аптеке - та же история. Дефицитный, оказывается, товар. Штучный, можно сказать. Ты, случайно, не знаешь где его найти? – с издевкой в глазах уставился на Боба бывший коллега.