Бог одержимых
Шрифт:
– Всё ок, док, спасибо за палец и вообще... что подлатали.
– Целебные свойства ладиля, парень, живая вода Лютены... а нам нужен новый председатель.
– Это точно!
– соглашаюсь я, закидывая за спину новенький вещмешок.
– На этот раз будьте внимательней.
– Мы рассчитывали на тебя...
– Людям свойственно ошибаться.
– Сколько бы времени не прошло, -
– Ага, - говорю уже через плечо, делая первые шаги прочь от деревни.
– И назовёте улицу моим именем.
– Как хоть тебя зовут?
Я смотрю под ноги, вижу свои грязные ботинки и ухмыляюсь. Потом вспоминаю, что так и не выяснил название деревеньки. При найме на почту приходят только координаты и должность нанимателя. Вот только не это имеет значение...
Мне очень хочется остаться.
Мне стоит немалых усилий не оборачиваться.
Они ведь всем селом здесь. Провожают. Меня.
А беда в том, что я точно знаю, - оставшись, испачкаю их будущее. Я не могу оставаться здесь со своим фугасом за пазухой. Необезвреженных мин не оставляю...
На мне выстиранный и выглаженный плащ. Селяне одарили меня новеньким карабином и даже премировали контейнером с ладилем.
Это много.
Теперь я - богач.
Но думать могу только о деревеньке в двух днях пути отсюда. Там тоже на центральной улице лежит жорства. Пожалуй, туда стоит наведаться... и мои мысли возвращаются к привычной колее: нужно бы отыскать лужицу почище...
...И попытаться отмыть эти чёртовы ботинки!
СТАРИК И ДЕТИ
Потолок заискрился побегами, и Брига приказал отступать.
Замешкавшегося Имрана схватили за пояс и потянули назад. Имран не упал, развернулся и приземлился достойно: на четыре точки - колени-ладони, никого не ранил и сам не порезался о мачете, которым всего секунду назад рубил заросли.
– Кто там спотыкается?!
– зашипел Брига.
– Через минуту отстрел. Ходу!
– Не успеем, - сказал Ваха.
– Справа, карман. Лучше там переждать.
– Надёжней, - поддержала Сашка.
– До коллектора не добежим. Глянь, уже фиолетовый. Щас рванёт!
Брига, бежавший впереди, без разговоров повернул вправо. Путь преградили старые, высохшие
Имран хоть и бежал последним - не оглянулся. Вот ещё! Это поначалу отстрелы корневища в диковинку: потолок набухает синим, идёт сиреневым ворсом - бахромой искрящихся змеек, а через секунду опадает стальными струнами; они вонзаются в грунт, утолщаются, пускают веточки, листья... и вот - старательно прорубленная тропа обращается в непроходимую чащу.
Попасть под отстрел - верная смерть. Аппетит молодой поросли удивителен и ужасен. Побеги переваривают всё: глину, песок, камень... человека выпивают досуха, в самом, что ни на есть, летальном смысле.
Прав Старик - не воевать, но сотрудничать. Подземелье нельзя победить, но можно пережить. Хотелось бы... очень хотелось бы пережить подземелье.
Карман оказался просторной пещерой. Брига тут же перешёл на шаг. Сашка упала, Ваха перешагнул через неё и присел дальше от входа.
Имран, как и Брига, сделал ещё десяток шагов туда и обратно, чтоб восстановить дыхание, и только тогда уселся на твёрдый, прессованный сушью и временем грунт.
– Всё сначала?
– с заметной одышкой спросил Ваха.
– Или уже после обеда?
Но Брига не ответил - было слышно, как он ощупывает поверхность скалы.
– Что-то нашёл?
– насторожилась Сашка.
– Водой пахнет, - сказал Имран.
– Может, река?
Ему не ответили, но Имран был уверен, что все глянули в мрачную черноту пещеры. Он легко поднялся и подошёл к Бриге.
– Где?
Брига взял его руку и приложил ладонь к камню. На стене были выцарапаны три креста. В горле стало сухо.
– Это не наши метки, - откашлявшись, проскрипел Имран.
– Мы кресты косо ставим, ромбом, а здесь они прямые, квадратом.
Ему показалось, что сказал тихо, чуть ли не шёпотом, но ребята услышали - через мгновение сгрудились возле удивительной находки.
– Выходит, врёт Старик!
– выразил общее сомнение Ваха.
– Не обязательно, - заупрямился Брига.
– Он может не знать.
– Здесь три креста, - сказал Имран.
– Три!
Это было странно. Крест ставили рядом с коридором, в который входили. Если там был тупик или петля, по возвращении царапали второй крест. Но что значит третий?
– Покойник, - шёпотом предположил Имран.
– Старик рассказывал, что Там на могилах кресты ставят.
Слово "Там" так и прозвучало, - с большой буквы.