Бог одержимых

Яценко Владимир

– Сашка!
– закричал Имран, не веря, что ответа уже никогда не будет.

Но она так и не ответила.

***

– Пороги и каскад водопадов. А на глубине течение особенно свирепое: русло имеет донные стоки, как слив у бассейна.

– Почему ты

только сейчас об этом говоришь?
– задыхаясь от гнева, спросил Ваха.

– Потому что ты только сейчас об этом спрашиваешь, - спокойно ответил Старик.
– Я вам дал направление. Зачем было идти к реке? От большого ума?

– Сплавляться легче, чем рубиться сквозь заросли, - рассудительно сказал Брига.
– Для этого большого ума не нужно. Мы думаем связать плот.

– Сплавляться?
– с сомнением уточнил Старик.
– В темноте? Через водопад? Как бы вы не увязали сушняк, река в минуту размолотит плот в груду ветоши. Погибла Сашка. Вы потеряли половину группы. Если вы научились "думать", то первым делом решите: будете экспериментировать или идти к свету?

– Иначе не выбраться, - хмуро сказал Брига.
– Я счёт дням потерял, сколько мы уже идём.

– Шестьдесят первые сутки, - сказал Старик.
– После месяца подготовки. Вы же знаете, я не ложусь спать, пока не отмечу полночь по хронометру. Движемся с приличной скоростью. Взгляните...

Они подошли к большому плоскому камню, на котором растянулась карта исследованной части лабиринта. "Бумагу" Старик сделал из бамбука: несколько суток вываривал, а потом разрезал трубку по длине, и неделю сушил, скрутив рулоном.

Слева в углу ленты значились шесть перечёркнутых решёток и одна, одинокая чёрточка.

– Мы стартовали с базового лагеря, и за это время сменили пять стоянок, - все внимательно следили за движениями указки.
– Сместились к юго-западу примерно на двести километров. Если представления о ширине горного хребта верные, то мы прошли больше половины пути. Чем вы недовольны? Двигаетесь в тепле, приём пищи по расписанию, треть суток спите...

– А где речка?
– спросил Ваха.

– Речка?
– не понял Старик.

– Почему на карте нет реки?

Наверное, это был важный вопрос, потому что Старик изменился в лице.

– Потому что наше направление не пересекает реку.

– Возможно, - вмешался Брига.
– А на карте твоей группы река обозначена?

С точки зрения Имрана, это был простой вопрос. Но Старик сделал заметную паузу перед ответом:

– Да. На нашей карте река есть.

– И где эта карта?

– В базовом лагере, - сказал Старик, облизнув губы. Было видно, что он растерян.
– Вы же помните, что до первой стоянки

я вас провёл начисто. Вы не теряли время на поиски прохода.

– И вот теперь, мы видим реку, до которой добралась твоя группа, - сказал Ваха.
– Это не ты нас сюда привёл. Мы сами сюда дошли. Но если ты знаешь о реке, почему просто не привёл сюда? Зачем было тратить на переход два месяца?

Старик отодвинулся от стола и огляделся.

В том, что он врёт, теперь никто не сомневался.

– Ты играл с нами?
– изумился Имран.
– Зная верную дорогу, заставил петлять по лабиринту?

– Вы не поймёте, - сказал Старик.
– Я не смогу этого объяснить.

– Нам придётся вернуться, - подвёл итог Брига.
– Нужно обязательно взглянуть на карту их группы. Совместим их схему с нашей. Тогда, возможно, получим подсказку, в каком направлении двигаться дальше.

– Не нужно никаких подсказок, - возразил Ваха.
– За день-два свяжем плот. Если и вправду мы уже за перевалом, то остаток пути пройдём за час. Впрочем, мне уже всё равно, с какой стороны гор мы выйдем. Мне кажется, лучше вязать плот, чем связываться с дедом.

Имран посмотрел на Старика. Тот был ненамного старше Вахи и "дедом" не казался.

– Разделимся, - предложил Брига.
– Двое вернутся за картой, а кто-то один останется, и будет собирать плот.

– Верная смерть, - покачал головой Старик.
– Здесь нельзя оставаться одному.

– Я остаюсь, - заявил Ваха.
– И мне плевать, что ты об этом думаешь.

– Почему вы меня не слушаете?
– спросил Старик.
– Разве до сих пор я давал плохие советы?

– "До сих пор" мы тебя и слушали, - ответил Брига.
– Но теперь видим, что ты врёшь. Разве это разумно: довериться человеку, который что-то недоговаривает?

– Это для вашего блага. Придёт время, и вы сами всё узнаете...

– "Всё"?
– заинтересовался Имран.
– Значит, есть что-то ещё, помимо карты, которую ты от нас скрываешь?

– Не скрываю я!

– Тогда почему не показал её в Базовом лагере?

– Верно, - поддержал Брига.
– Карта - это свидетельство твоей неискренности. Расскажи прямо сейчас: где карта твоей группы?

– Так не объяснить...
– замялся Старик.

– А ты попробуй.

– Вы туда не ходили.

– Но ведь ты нас учил! Других учителей не было. Как могло случиться, что мы не только не видели карты, но впервые слышим о специальном месте для её хранения?

Старик молчал. Его лицо лоснилось от пота.