Богами становятся
Шрифт:
– Дар…
Протягивая сквозь дверной проём новую сорочку, он боялся.
Обидеть. Навредить. Сломать. Унизить.
Мозг просто выкручивало от различных вариантов развития событий.
Перенеся вновь в кровать девичье тело, Дарниэль присел рядом.
– Лекс, передай сообщение в дом, – шёпотом попросила Рика. “Фантом” опустился на уровень глаз. – Передайте с болидом сюда мои вещи и сменные – для маэлта. Призраков. Планшет. Полный обед для двоих через каждые три часа. Всё. – Следующее было сказано просто вслух: – Устала.
– Отдыхай, – засуетился вокруг синеглазый, поправляя постель, пытаясь притушить лампы и отпинывая роботов-дезинфекторов, тихо жужжащих на полу.
– Оставь меня…
Дар замер. Тело на кровати свернулось в клубок, пряча нос под одеялом.
– Нет, – не ожидая от себя самого, сказал маэлт. После чего прилёг позади девушки и попытался притянуть к себе хрупкое тело.
– Не надо, я…
– Нормальная, прежняя, хорошая, чистая, родная… – шептал без остановки Дар, сжимая в объятьях Рику.
«Любимая… не хватает… любимая», – болезненная мысль, бившая в виски.
И всё-таки Рика не выдержала. Слезы, что начали скатываться по одной незаметно для виэли, прорвали плотину и, набирая обороты, потянули за собой и дрожь во всём теле, и тяжёлые всхлипы, и шмыганье носом. Прижимая к своей груди рыдающую девушку, Дар думал: «Убить было легче, чем видеть слёзы».
Вскоре она затихла, но осталось ощущение незаконченности, будто истерика ещё повторится.
Вымотало ожидание последних дней, тревога, собственные терзания относительно убийств, и Дар уснул.
Пробуждение было постепенным.
Сначала тепло. Мягкое и нежное, оно обволакивало и заставляло расслабленно покачиваться на волнах удовольствия.
Затем запах. Такой родной, приятный, притягательный. Хотелось потереться об его источник, не только чувствовать этот аромат, но и вобрать его в себя через кожу.
После слух. Глубокое и ровное дыхание, глухой стук сердца под рёбрами. Лучшая музыка, что так бы и слушал бесконечно.
Наконец ощущения. Нежного, гладкого, мягкого. Кожа, волосы, губы.
Горячее дыхание и прохладные губы. Плотно сжатые зубы и податливый язычок. Каменные мышцы и нежные пальцы. Объятья. Поцелуи. Темнота. Шепот.
– Миэлле…
– Я здесь…
– Амин мелли лле…
– Я защищу тебя…
– Мой принц…
– Мой ангел…
– Не… отдам… – неизвестно чьё.
Двое на кровати целовались. В полумраке комнаты, не открывая глаз. Медленно, тягуче.
“Фантом” заблокировал входную дверь, а на планшете забеспокоившегося доктора Калина высветилось: «Сеанс психотерапии».
– Главное, чтобы они не решили перейти к более серьёзным действиям, – вслух пробормотал он.
«Я прослежу» – на планшете.
– Вся надежда на тебя, невидимка, – хмыкнул врач.
«БЭС», – представился писавший.
В это время во дворце было неспокойно. Провинившаяся охрана не покидала казарм и тренировочного поля, остальные несли двойную нагрузку, охраняя больницу и резиденцию.
Доктор Калин Лартен http://s005.radikal.ru/i210/1405/86/62046385b8d4.jpg
====== Глава 94 Кто она? ======
Аэтан не находил себе места, правда, выражалось это во многочасовых сидениях в саду камней и созерцании одной ему видимой точки. В голове роились мысли, загнанные сложившимися обстоятельствами в тупик. Вчера пришло первое и пока единственное сообщение от фоалинэ. В коротком ролике она просила кое-что для себя и маэлта. И только седоусый Мастер разглядел подтекст. Она в относительном порядке, маэлт тоже. Ведь все предыдущие попытки поговорить с наследником оканчивались остриём Повелителя Стихий у горла. Мальчишка жуть как несдержан, если рядом нет его фоалинэ. Вот вокруг личности последней и витали мысли мужчины. Он не заметил, когда рядом с ним оказался ещё один созерцатель. Тоже в возрасте, но с живыми глазами и располагающей к доверию аурой.
– И как в такой тиши могут разворачиваться столь бурные события?
– Жизнь не стоит на месте, уж лучше постоянно перекатываться по склонам её русла, чем неподвижно лежать на берегу.
– Жаль, иногда камнепад становится слишком сильным и утягивает за собой гораздо больше, чем хотелось бы.
– Судьба как вздорная женщина, не нам понять её мотивы.
– Сколько ни живи, а всё равно не перестанешь удивляться этим непредсказуемым созданиям, – продолжая умную беседу, вещал собеседник. – Ты жил рядом с одним. Виэли, какая она?
Аэтан бросил подозрительный взгляд на вопрошающего. Тот в ответ спокойно его выдержал и пояснил:
– Не раскрывай тайн, мне не нужны они. Кто она, женщина, из-за которой дракон так легко убил?
– Сильная, – сразу ответил седой аптекарь, переводя взгляд на сад. – Влюблённая.
– Разве это чувство не взаимно?
– Маэлт не верит в любовь, а фоалинэ не говорит ему о ней. Так и живут, обманываясь…
– Не говорит? А остальные?
– Под клятвой, – выбалтывал всё Аэтан, но тайны в очевидном не видел. – Она не позволяла.
– Расскажи...
– Что ж… она появилась у нас внезапно, как ветер. Искала оружие маэлту… – вспоминая их жизнь за последний год, рассказывал Мастер, опуская подробности рабовладения и подробно останавливаясь на незначительных с виду деталях.
Время шло. День кончился. Уже давно Аэтан смолк, так и не вынырнув из чувства безысходности.
– Завтра будет новый день, так не будем торопить дела его… – вернулся к пафосу собеседник. – Выигрывает в жизни тот, кто умеет ждать.
– Ждать… – эхом отозвался седоусый.