Богами становятся

Cuina-Lisse

– Кто готовит обед?

– Я сам всё сделаю, – уходя, чтобы переодеться, ответил Дар.

– Лекс, ну ты как, освоился? – подняв взгляд на экран дома, спросила хозяйка.

– Почти, я хочу подышать.

– Дыши. Проверь все системы, а потом займёмся самым интересным.

– Это чем? – уточнил Дар.

– Хочу увидеть Лекса. Будем творить образ БЭСа.

В доме всё пришло в движение: ставни дрогнули, свет моргнул, кондиционер шикнул, полилась и тут же прекратила течь вода; диван, кухонные

машины, ванная – все системы ожили и принялись мигать и двигаться.

– Более точные характеристики установим по ходу дела. Кстати, Дар, теперь можешь заострять внимание на этом. Температура воды и воздуха, свет, любимые программы по сети, стирка и даже пропажа вещей – это всё Лекс может запомнить и воспроизвести. Достаточно сообщить ему об этом.

– Я ещё и петь могу, – ехидно заметил Лекс.

– Ты весьма многогранная натура, милый. Итак, я жду.

– Чего? – насторожился БЭС.

– Твоего появления! Меня любопытство уже съело заживо, а ты всё недотрогу из себя строишь, – всплеснув руками, возмутилась Элен.

– У меня нет внешности.

– Я не сомневаюсь, что ты её себе уже выбрал.

– Только некоторые параметры, целостная картина не складывается, – скромно поведала голограмма блестящего человеческого силуэта.

– Я буду счастлива поучаствовать в процессе сотворения тебя как человека, – без тени улыбки, вежливо уверила мозг Ри.

Дар готовил еду, наблюдая со стороны, как увлекшаяся разговором с БЭСом хозяйка улыбается, шутит и фамильярничает с ним.

– Итак, начнём потихоньку. Какой рост тебя устроит? Телосложение? Цвет кожи? Расовая принадлежность?

– Рост выше среднего, тело борца, цвет хочу красноватый, о расе не думал, – голограмма отражала предпочтения Лекса.

– Перейдем к лицу. Что ты хочешь?

– Необычный цвет глаз. Раз я неживой – могу себе позволить.

– К этому оттенку кожи подойдут тёмные цвета: карие, чёрные, фиолетовые.

– Что-то светлое и необычное, – выдал Лекс.

– Бунтарь! Ладно, выведи увеличенное изображение радужки на экран и подставляй цвета спектра, – скомандовала Ри. – Теперь форма лица: предлагаю монголоидный тип, слегка выдающиеся нос и брови. Губы можно и крупнее, Лекс. Они тебя не портят.

– Считаешь, с губами не перебор?

– Ещё один сомневающийся на мою голову, – закатила глаза Рика. Дар едва не порезался.

– Тогда волосы белые. И длинные. Уши нормальные.

– Зря. Так у меня дома был бы настоящий эльфийский клан. Только ты тянешь на подгорного дроу – темнокожего эльфа.

– И зачем тебе это? – заехидничал Лекс.

– В кланах темных эльфов матриархат. Я была бы главой Дома, – улыбаясь и косясь на остроухого, пояснила Элен.

– Можно подумать, сейчас ты не являешься главой, – фыркнул, передразнив Дара, Лекс.

– Только гипотетически,

милый, не более.

– Мы отвлеклись. Как насчёт одежды? Я хочу стиль милитари. И оружие, – мечтал БЭС.

– А как же твои белые волосы? Военные не носят таких грив.

– Я хочу – и точка. Смотри, что получилось.

– Ха-ха-ха-ха, убил, ну просто сразил наповал! – хохотала Рика, рассматривая получившийся образ.

– Ну что не так?! – обиделся Лекс. – Дар, скажи, что получилось здорово!

– Ну, людей таких точно нет, – обнадёжил синеглазый, стараясь не засмеяться.

Представшая гора мышц, покрытая татуировками, в разорванной футболке, с парой кинжалов, лазеров и гранат в арсенале, с длинными белыми волосами, обрамляющими лицо, с сиреневыми глазами и белыми ресницами, трёхдневной щетиной, почему-то чёрной, ну никак не походила на живое существо. Отсмеявшись, Рика встала и обошла голограмму.

– Будем корректировать. Лекс, давай сдувайся потихоньку. Хорош. Теперь убери оружие. Оставь кинжал в ботинке и лазер на ремне, на спину сдвинь. Дальше, давай-ка разберёмся с лицом: щетину убрать, лицо худее и острее черты, скулы выше, губы чуть тоньше, и смени цвет.

– На какой? Алый? – ёрничал мозг.

– Нет, ближе к кофейному, больше молочного. Лоб выше, и добавь морщинку – так ты будешь выглядеть старше и интереснее. Волосы в хвост. И убери татуировки! Весь вид портят.

– Хочу тату! И щетину! – с революционными нотками в голосе заявил Лекс. – Почему ему можно, а мне нет? – указывая на повара, добавил голографический образ.

– Не плачь, мальчик мой, всё у тебя будет, – пряча улыбку, успокаивала БЭСа Рика.

– Щетины у меня нет, – серьёзно добавил Дар.

– Ну хоть ты не начинай! Сущие дети, честное слово! Мальчики, вы мне нравитесь такие, какие вы есть: и с щетиной, и без неё. Не стоит плакать по несбыточному, – всплеснув руками, Рика села на диван.

– Ну, у меня-то «сбыточному», – загордился Лекс.

– Начни хвастаться, чертёнок. Давай думать над твоими «хочу». Щетина принципиальна, или возможны варианты?

– Это как?

– Например, бородка или усы. Может, просто бакенбарды.

– Я не знаю, просто хочу растительность на лице.

– Ладно, давай полоску щетины по линии скулы и узкие бакенбарды. Повтори по контуру за пальцем. Хорошо. Теперь тату. Какие пожелания?

– Много и красиво.

– Картинки?

– Необязательно, просто руническая вязь.

– Выведи возможные варианты рисунка на экран, – встав к экрану дома и рассматривая эскизы и тело голограммного друга, попросила Рика. – Убери одежду. Увеличь этот кусок и проложи его по намеченному контуру. Дальше этот кусок. Теперь этот – и закончи как вот здесь. Повтори зеркально на другой половине тела.