Богами становятся
Шрифт:
Водя по мерцающему телу друга и подставляя выбранные фрагменты, Рика была весьма сосредоточена. Потом подняла взгляд на Дара и спросила:
– Скоро обед? Есть хочу очень.
– Уже готово, можно садиться, – выставляя на стойку перед стульями тарелки с дымящимся обедом, пригласил повар.
Поели под нытьё Лекса о превратностях судьбы.
– Лекс, не канючь. Думай, что ещё ты хочешь изменить во внешности, – остановила поток жалоб Элен.
– Ещё тату и пирсинг.
– Какую татуировку ты ещё хочешь, соблазнитель, – вставая из-за стола и потягивая чай из чашки, более доброжелательно
– Что–нибудь звериное. Я видел много, и мне понравилась эта.
На экране дома появилась картинка ящерицы, стремящейся вниз.
– Ну и куда ты хочешь её поместить?
– Пока не решил – или на поясницу, или внизу живота.
– Ну, это просто, – обходя голограмму сзади и заговорщицки склоняясь к фантому, продолжила Рика. – Всё зависит от того, чем и кого ты хочешь соблазнить: чтобы привлекал вид сзади (она попыталась ухватить бёдра призрака) или спереди (обходя голограмму и проводя по телу вниз ладонью).
– Спереди! – поспешно вставил Лекс.
– Подумай, меньше тебя любить от этого я не стану, – посмеиваясь, добавила Рика.
– Я решил! Спереди!
– Как знаешь. Верни одежду. Хм-м. Она скрывает твоё прекрасное тело, Лекс. Может, выберешь майку?
– Такую? – сменил картинку фантом.
– Да. А украшения тебя интересуют?
– Можно попробовать. Есть предложения?
– Конечно! На смуглой коже выигрышно бы смотрелись серебряная цепь и серьги. Ещё наручи.
– Так пойдёт? – добавляя детали в образ, поинтересовался БЭС.
– Вполне. Ты закончил?
– Думаю, да, повседневный вариант готов. Как впечатление?
В центре голографического проектора стоял мужчина, выше Рики на голову и шире в плечах. Он был крепко сложён, мышцы чётко проступали под красноватой кожей. На ногах – камуфляжные штаны со множеством карманов и армейские ботинки со шнуровкой. Торс прикрывала серая майка с узкими бретелями, плотно обтягивающая тело. От запястий, оплетая локти и поднимаясь на плечи, по шее до уха, тянулась руническая вязь чёрной татуировки. В уши вдеты круглые серьги, на манер пиратских, шею охватывала цепь с крупными звеньями, на запястьях – кожаные наручи с металлическими заклёпками. Овальное лицо обрамляли длинные белые волосы и узкая бородка по линии скул, переходящая в бакенбарды. Монгольские, слегка раскосые глаза необычного розовато-сиреневого оттенка, белые ресницы и брови, приплюснутый нос и пухлые губы цвета капучино были весьма сексуальны. Обнажив в самоуверенной улыбке белоснежные зубы, – верхние клыки были длиннее, чем у человека, – он ждал вердикт на свои старания.
– Террариум становится весьма привлекательным жилищем, – насмешливо заметила Рика.
– То есть? – уточнил Лекс.
– У Дарниэля тотем дракон, ты себе на интересном месте делаешь тату в виде ящерицы – уменьшенный вариант всё той же рептилии. Мой характер тоже недалеко ушёл от змеиного. Чем не террариум? – обводя взглядом мужчин, пояснила она.
– Ты же называла его ёжиком? Тату не в счёт! – взбеленился Лекс.
– Он исправляется. Теперь он нечто промежуточное. А вот тебе не мешало бы оторвать длинный язык, чтобы не болтал!
– Я не обиделся, – вклинился в их беседу Дар, наблюдающий всё со стороны. – Кстати, мне тоже понравилась твоя новая внешность, есть что-то и
– Ну, так я старался! – загордился Лекс, и голограмма отразила самодовольство на лице седовласого.
Не желая продолжать пререкания и поморщившись от боли в теле, которая неумолимо усиливалась, Рика пошла в свою комнату. Вечером, после ужина, Дар сам предложил помощь в опрыскивании спины, Элен согласилась на это после принятия ванны. Выйдя из своей комнаты с прижатой к голой груди подушкой и в коротких шортах, она постучала в дверь его спальни.
– Не стоило приходить, ложись на кровать, там удобнее, – встрепенулся Дар и направился в комнату соседки.
Она осторожно опустилась на живот и замерла в ожидании. Розоватая пена сплошным ковром покрывала ноги и спину. Шипение продолжалось довольно долго ввиду количества лекарства. Всё это время Дар сидел на краю кровати и ждал.
– Переворачивайся, уже можно, – разрешил он.
Придерживая одной рукой подушку у груди, Рика повернулась. Покрыв слоем пены ещё несколько ран, помощник заозирался. Возле подушки лежала маечка, того же цвета, что и шорты на девушке. Подняв вещь, он протянул её вырезом вперёд и отвернулся, помогая надеть пижамку. Подождав, пока высохнет пена и на его груди, Дар осторожно спросил:
– Может, мне ненадолго остаться? После пены холодно и трудно согреться.
– Хорошо, ложись. Поможешь с одеялом? – вытягивая из-под себя оное, спросила Рика. Он кивнул и расправил постель, после обошёл кровать и примостился за спиной Рики, прикасаясь только ступнями ног.
– Ложись ближе, я не кусаюсь. По крайней мере, спиной.
Дар подполз ближе, она поймала его руку и положила себе на талию, осторожно вжавшись спиной в его голую грудь. Стало теплее. Ощущая исходивший от неё запах мыла и лекарства, Дарниэль почувствовал, как веки словно наливаются свинцом, тело расслабляется и он проваливается в блаженный сон.
– Лекс, выключи свет.
Оставшись в почти тёмной комнате с подсветкой голубого цвета у противоположной входу стены, с грелкой во весь рост и слушая её мирное посапывание, Рика почти мгновенно уснула.
Пробуждение было вновь приятным. Послышалась лёгкая музыка, запах чая, и ласковый голос Лекса позвал:
– Просыпайтесь, сони. Пора вставать. Утро уже настало. Я приготовил чай и тосты – оцените старания.
Открыв заспанные глазки и потягиваясь, Рика заметила, что лежит головой на плече Дара, который уткнулся носом в её волосы. Он тоже начал просыпаться. Улыбнувшись друг другу и слегка привстав на локтях, чтобы видеть глаза соседа по кровати, они оба слегка смутились.
– Нормально так погрелись, – слегка ошарашенно выдал Дар.
– Мне понравилось, я хорошо отдохнула, – отодвигая от себя волосы парня, задорно ответила Рика.
– Я пойду к себе, переоденусь, – выползая из-под одеяла, сказал Дар. Рика благоразумно отвернулась, дабы не смущать нескромными взглядами по-утреннему «бодрого» юношу, пытающегося уйти вместе с одеялом.
Он выскользнул из комнаты, а она склонилась к его подушке и втянула носом запах. Голова закружилась от восторга, и, взяв себя в руки, Элен пошла одеваться. Завтракали под шуточки Лекса, который пытался с праведным гневом осуждать просмотренные им ночью каналы для взрослых.