Бора-Бора
Шрифт:
– Что же нам делать?
– Искать землю.
– Дай нам бог быстрее ее найти! – раздался чей-то голос. – Ну а если не найдем, то скоро окажемся с мокрыми задницами.
С этого самого момента весь экипаж «Марара» неотрывно следил за горизонтом, люди старались отыскать малейшие приметы, указывающие на вероятное присутствие острова. Мити Матаи каждое утро то и дело вытаскивал из воды доску и внимательно ее осматривал – с каждым разом она казалась все более и более хрупкой. Таким образом он определял степень вреда, который мог быть нанесен корпусу «Летучей рыбы».
– О киле я не беспокоюсь, – говорил он
– Тане этого не допустит! – уверенно воскликнул юноша.
– Боги могут быть иногда очень жестокими, – ответил старый капитан. – И очень хитрыми. Они развлекаются, когда разрешают нам побеждать их в больших сражениях, чтобы покончить с нами в до постыдного незначительной стычке.
– Ты отыщешь землю, – со свойственной ему непоколебимой верой сказал Тапу.
– Приметы можно найти только тогда, когда они существуют, – напомнил ему учитель. – А вот мы-то как раз и не знаем, есть или нет поблизости остров и сможем ли мы вовремя добраться до него.
Они все еще находились за переделами Четвертого Круга. А потому даже в памяти старого орипо – если бы он был жив – не отыскалось бы ничего касательно этих мест. У путешественников оставалось все меньше и меньше надежды на то, что они доберутся хоть до какого-нибудь острова, где можно было бы вытащить катамаран на берег и залатать его. Нервы главного навигатора были натянуты до предела; в моменты абсолютного спокойствия, когда не было слышно ни единого всплеска по-прежнему перегретой воды, он лежал в трюме одного из корпусов катамарана, прижавшись ухом к борту, и старался уловить чуть слышный шорох, производимый моллюсками, пожирающими дерево.
Плотник заранее начал затачивать маленькие колышки, которыми потом будут заткнуты проделанные моллюсками отверстия, хотя он был убежден, что подобное средство не поможет: если корпуса превратятся в решето – а это произойдет рано или поздно, – они не смогут уже противостоять накатывающим волнам.
Через два дня начался такой дождь, будто небеса испугались, что после столь затяжной жары океан может обмелеть. С неба лились потоки воды, и трудно было понять, где начинается водная поверхность, а где кончается небо.
Члены команды, похожие на намокших цыплят, отважно противостояли разбушевавшейся стихии, непрестанно задавая себе один и тот же вопрос: за что боги разгневались на них и послали очередное испытание? Кто-то пустил слух, что это происки злодейки Ануануа, что это проклятая принцесса – причина всех бед.
Сидя безвылазно под навесом на корме, принцесса подпускала к себе только Ваине Тиаре и умоляла ее уговорить Мити Матаи вернуть ее на остров Те-Оно.
– Если он этого не сделает, – каждый раз заканчивала она, – то Октар будет следовать за мной до самого Бора-Бора и вырежет всех, кто встанет у него на пути. Я его жена, я ношу под сердцем его сына, а он не из тех людей, кто добровольно откажется от своей семьи.
– И Мити Матаи не из тех людей, кто привык отступать, – неизменно
– В таком случае я прикажу его казнить, когда мы прибудем на Бора-Бора! – злилась принцесса.
– Он хорошо знает, что никогда больше не вернется на Бора-Бора.
– В этом случае я велю казнить всех, кто ему повиновался!
Что могла ответить добрая женщина на подобные безрассудные высказывания?
Когда она разговаривала со своей лучшей подругой Ваине Типание, то полностью ее поддерживала: нужно раз и навсегда избавиться от презренного создания, одержимого духами похоти, которое было готово принести в жертву свою собственную мать ради возвращения к околдовавшему ее человеку.
– Это не любовь, – говорила она. – Она попала под влияние демона, который завладел ее телом, волей и душой.
– Великого верховного жреца уже нет в живых. Но даже если бы он и был жив, то сомневаюсь, что смог бы что-то сделать в этом случае.
Что же чувствовали тридцать человек, мужчин и женщин, которые каждый день подвергались смертельной опасности, живя в тесноте, бок о бок с существом, которое готово было истребить их всех и глазом не моргнув, и все лишь для того, чтобы воссоединиться с отвратительным чудовищем?
Вдобавок ко всем бедам ливень никак не утихал, а от нагревшегося океана поднимался густой туман. Большинство пассажиров «Летучей рыбы» начинали думать, что им суждено вечно блуждать по океану, превратившемуся в преддверие ада.
То был настоящий Пятый Круг – место, из которого никто не возвращался.
Даже жизнерадостный Тапу Тетуануи начал хандрить. Время от времени он думал, что лучше уж пусть нио-наи уничтожат корабль, и таким образом с их невыносимым положением будет покончено.
– Мы выберемся отсюда, – сказал как-то Мити Матаи. – Когда вода становилась твердой, а мои товарищи умирали от холода, было хуже… – Он грустно посмотрел на лежащих вповалку людей и горько добавил: – Плохо, когда видишь, как тонет твой корабль, но еще хуже видеть, как тонут твои друзья, а корабль остается на плаву. И все же ты должен верить в лучшее, потому что я уже не смогу помочь вам. Но я убежден, что Тане будет милостив к вам и вы вернетесь домой.
Неделя прошла без изменений, однако Тане, кажется, смилостивился над «Марара» в том самый момент, когда впередсмотрящий заметил огромную, устало плывущую по поверхности воды черепаху. Мити Матаи тут же приказал осторожно, не нарушая тишины, следовать за ней, чтобы убедиться, придерживается ли она определенного направления, и понять, куда лежит ее путь.
Потом он приказал опустить верхнюю часть кормовой сети, развернуться и, осторожно загребая назад, подвести сеть под черепаху, чтобы та не смогла неожиданно уйти на глубину.
– Тащите ее! – крикнул он.
Моряки повиновались, и, когда животное, болтая ластами, упало вверх ногами на палубу, главный навигатор запустил ей сзади руку под панцирь, пошарил там и широко улыбнулся.
– Вы бы посмотрели, как она плыла, – сказал он. – Да это же самка, полная яиц. Она ищет пляж, чтобы отложить их. И она инстинктивно знает, где находится остров. И никакой туман ей не помеха. – Он показал в том направлении, куда плыла черепаха. – Все на весла и не сбиваться с курса!