Бора-Бора

Васкес-Фигероа Альберто

Повиновавшись, люди принялись грести с удвоенным рвением. Перед закатом они услышали гам кружащихся в небе птиц, а к трем часам утра почувствовали ни с чем не сравнимый аромат влажной земли. А еще чуть позже перед ними возникли столь знакомые контуры длинного кораллового рифа.

Мити Матаи решил дождаться утра, чтобы отыскать вход в виднеющуюся по ту сторону прибоя лагуну, и, убедившись, что все в порядке, опустился на палубу, прислонился к кормовой мачте, закрыл глаза и первый раз за много дней крепко заснул. Он спал, пока не появились первые признаки рассвета.

Остров,

к которому на этот раз они пристали, оказался типичным, со следами многовековой эрозии, вулканическим конусом, начинающим постепенно опускаться в океан. Кораллы за это время образовали вокруг него широкий защитный барьер.

Он чем-то напоминал Бора-Бора, хотя по размерам, без сомнения, был значительно меньше. Большая часть кратера за многие столетия исчезла под водой, а его самая высокая вершина, покрытая густой тропической растительностью, едва достигала четырехсот метров.

Присутствия людей они на острове не обнаружили. Но все-таки Мити Матаи решил перестраховаться. После двух часов наблюдений он приказал выпустить в море до сих пор находящуюся на палубе черепаху.

– Смотрите внимательно, куда она направится! – приказал он. – Она сейчас уйдет под воду, но вскоре снова всплывет на поверхность. Если черепаха поплывет прямо к пляжу, значит, остров необитаем. Но если она останется в открытом море, то на острове есть люди, и тогда только ночью она выберется на берег.

Все, затаив дыхание, замерли в ожидании, но вот Ветеа Пито, взобравшийся на верхушку мачты, показал на едва виднеющуюся над водой голову черепахи, которая медленно плыла по проходу в коралловом рифе. Она направлялась в лагуну, прямо к пляжу с горячим песком, которым она присыплет свои яйца и тем самым защитит потомство от хищников.

Невзирая на то что Роонуи-Роонуи безоговорочно верил инстинкту ону, самого почитаемого животного среди полинезийцев, он отправил на берег четырех разведчиков, приказав двоим из них взобраться на самые возвышенности и наблюдать за горизонтом.

– И постарайтесь не выдать себя ничем, – наставлял он. – Мити Матаи считает, что, вероятнее всего, Те-Оно бывали здесь. Крайне нежелательно, чтобы они нас обнаружили.

– А почему ты думаешь, что они догонят нас? – поинтересовался Чиме из Фарепити, поворачиваясь к главному навигатору. – Ведь это один из тысячи необитаемых островов, затерянных в океане.

– Для тебя, возможно, дело обстоит именно так, – ответил старый капитан. – Но я уверен, что Те-Оно его отлично знают.

Мити Матаи показал на многочисленные отпечатки, виднеющиеся на пляжном песке. От линии воды они протянулись на десять – двенадцать метров.

– Внимательно посмотри на эти следы! – сказал он. – Их оставили черепахи, приплывшие сделать кладку. Их много, этих следов, не так ли? О чем тебе это говорит?

– Что здесь не слишком много островов, где можно было бы отложить яйца.

– Отлично! – похвалил его капитан «Марара». – Этот остров – один из немногих, и Те-Оно должны о нем знать, так как он находится почти на границе их Первого Круга. Так как

мы убедились, что пираты являются превосходными мореплавателями, не им ли знать, что нужно вытащить лодки на берег и просушить, если команда не хочет, чтобы их катамараны нио-наи отправили на океанское дно?

– И ты так спокойно об этом говоришь? – испуганно спросила Ваине Типание. – Да они ведь настоящие монстры! Людоеды!

– Я знаю, – согласился старый капитан. – Я бы очень хотел перед смертью сразиться с ними. – Он многозначительно показал рукой на корпус катамарана. – Ну а самое большое мое желание, так это чтобы моллюски не уничтожили лодку.

– И что мы будем делать, если они придут сюда, а наша лодка в это время будет сохнуть на берегу? – поинтересовался Тапу Тетуануи. – Ведь их намного больше, чем нас!

– Я должен подумать, – ответил капитан, в голосе которого слышалось веселье. – Но я этого сделать не могу – вы отвлекаете меня своей болтовней.

Ну что ж, ему позволили «подумать». Сойдя на берег и обойдя весь остров по периметру, главный навигатор наконец указал на маленький островок, возвышавшийся на самом дальнем краю кораллового рифа.

– Мы спрячемся там, – сказал он.

– На том островке? – удивился Роонуи-Роонуи. – Да там едва поместится «Марара», да и пираты нас там могут сразу обнаружить.

– Как раз так они и подумают. Те-Оно никогда не заподозрят, что на таком островке прячется столь большой корабль.

– Ну и как ты думаешь это сделать? – иронично спросил тот.

– Разобрать его, – ответил Мити Матаи. – Они станут искать большой катамаран, но не найдут. Мы же тем временем разделимся, и половина команды спрячется в одном корпусе, а половина – в другом.

Взялись за дело, как никогда, рьяно, и, вытащив корабль на берег островка, плотник и его помощники отделили от обоих корпусов настеленную на них палубу.

В это время остальные принялись копать две длинные траншеи почти четырехметровой ширины и двухметровой глубины. Когда перетащили туда корпуса лодки, то они были едва заметны среди песка. Затем выкопали большое убежище, накрыли его «крышей» из пальмовых ветвей, присыпали песком, сухими листьями и утыкали ветками кустарника. Работой все остались довольны. Гигантский катамаран и его тридцать с лишним пассажиров как по волшебству исчезли с лица земли.

Зловредные древоточцы к этому времени достигли четырех сантиметров в длину и одного в диаметре. Когда вставляли веточку в проделанные ими ходы, та временами погружалась в корпус сантиметров на восемь. Около нескольких десятков ходов проходили насквозь, образовав малозаметные течи. Короче говоря, отверстий на днище лодке было столько, что существовала реальная опасность пойти на дно прямо посреди океана.

Мити Матаи хорошо знал, что воздух, высокая температура и недостаток влаги – злейшие враги ненавистных нио-наи. Спустя сутки они начали падать, как перезрелые плоды, став добычей для стаи птиц, которые устроили настоящий пир, пожирая моллюсков.