Боруэлла

Евдокимова Наталья

— Конечно, враги, — спокойно согласился Петька. — Окопались же.

Раз враги, решили мальчишки, то надо действовать немедленно. Может быть, они спасут человечество от неминуемой гибели! В их мыслях уже рисовались сцены победы над кактусами: поверженные растения молят о пощаде, поверженные растения срывают маски, поверженные растения раскаиваются… Погрузившись в такие размышления, мальчишки добрались до дверей квартиры, в которой находился спрятавшийся за пластиковые окна кактус. Они принялись звонить в дверь, но дома никого не оказалось. Врага надо

было брать на месте, поэтому они принялись стучать в дверь кулаками — вдруг хозяева спят? И снова — безрезультатно.

Борька стал беспокойно ходить перед дверью. Петька попытался посмотреть в замочную скважину.

— Ну что, будем дожидаться хозяев? — спросил он.

Борька только отмахнулся от него.

— Ты чего? — обижено спросил Петька.

— Думаю.

Борька тоже посмотрел в замочную скважину, и задумчиво произнёс:

— Так-так-так… Врага будем брать хитростью! Дверь у нас — тоже звуконепроницаемая?

— По-моему, нет, — уверенно сказал Петька. — Вон, и дырка в замке…

— Направление мысли улавливаешь? — загадочно спросил Борька.

— Я?

Борька покачал головой:

— Не улавливаешь.

— Улавливаю, конечно. Даже обгоняю. Это же я наперёд спрашиваю, кто будет слушать этот дурацкий кактус. Ты или я, — поспешно объяснил Петька.

— А что нам мешает слушать его вместе? — хитро улыбнулся Борька.

Мальчишки внезапно заволновались. Мало ли что они сейчас услышат! И как дальше жить с таким знанием — неизвестно. Может, придётся вызывать милицию и долго объяснять им, почему кактусы — опасны. Или действовать самостоятельно… Борька задержал дыхание и прислушался.

Кактус ворчал. Земля слишком мокрая, окно — слишком близко, колючки растут медленно, цветы рядом — глупые, температура в доме не оптимальная… Вид из окна — ужасный, мальчишки, подходившие к окну — невежливые.

— Да ну его! — зло сказал Петька. — Только время зря потратили! Он на самом деле враг. Сам себе…

Борька кивнул. Достал блокнот и записал:

Кактус — сам себе враг. Постоянно ворчит и всем недоволен.

Петька взял блокнот и дописал:

Отнимает время у честных людей!

— Десятая запись, — сообщил Борька. — Юбилейная!

Довольные проделанной работой, мальчишки отправились в школу — тренировать вторую часть своего дара — возможность говорить разными голосами. Они договорились тренироваться так, чтобы их никто не заподозрил. Борька с Петькой уже научились создавать звук как бы издалека — так, как это делала Боруэлла.

Ученики шестого «Д» класса не скоро забудут этот день. А, может, не забудут и никогда. На уроках творилось невообразимое.

Сначала каждые несколько минут звонил звонок, сообщающий об окончании урока. Класс каждый раз срывался с мест, но учительница возвращала их обратно. Примерно после пятого раза учительница пошла разбираться с дежурными

по школе. Выяснив, что ничего не случилось, она в недоумении возвращалась в класс. Но что-то заставило её остановиться и застыть на месте. Из двери класса доносился… её собственный голос.

— Да, да, ребята, не удивляйтесь! Я невидимка! Я стала невидимкой, это именно то, о чём я мечтала всегда! Если вы были внимательными и слушали, то вы не могли не заметить пять звонков. Пять школьных звонков через каждые пять минут — заклинание невидимости. Ванечка, повтори. Ваня! Встань и повтори, чтобы все услышали.

— Пять школьных звонков через каждые пять минут — заклинание невидимости, — нехотя повторил мальчик.

— Хорошо, Ваня. Садись. Ребята! — радостно говорил голос учительницы. — Теперь контрольные и самостоятельные будут проходить ещё веселее, чем прежде! Теперь, доставая шпаргалку, вы никогда не будете знать, смотрю ли я в вашу сторону. А если я скажу, что выйду на минутку из класса, вы никогда точно не узнаете, правда это или нет! Это заклинание… Ваня, повтори, какое.

— Пять школьных звонков через каждые пять минут — заклинание невидимости, — скучным голосом повторил мальчик.

— Да, именно его нужно применить ко всем, ко всем учителям нашей школы! Тогда повысится успеваемость, и наступит на земле счастье, мир и покой! Поаплодируем!

Непосредственная обладательница голоса — учительница, стоящая в коридоре, не на шутку испугалась. Она всегда с опаской относилась к разговорам о домовых, леших и прочим представителям неизвестной ей фауны. А тут такое… Она дотронулась до лба — температура была нормальной. Зачем-то пощупала пульс, который, естественно, был учащённым. Может, у них магнитофон, подумала она. Да, да, конечно! Записали всё дома — наверняка у кого-то из них есть знакомый, умеющий подражать различным голосам, и устроили эту глупую шутку!

Она решительно открыла дверь в класс:

— Где магнитофон?

Ученики посмотрели на неё слегка испуганно.

— Нет никакого магнитофона, — сказал голос учительницы. — Впрочем, мне пора. Дети, не забывайте о шпаргалках!

На некоторое время в классе повисло молчание.

— Ушла, — наконец сказал кто-то из ребят.

— Так, — трагичным голосом сказала учительница. — Ничего не было. Всё нормально, продолжаем урок. Ваня, читай наизусть стихотворение.

— Так ведь алгебра, — обреченно сказал мальчик. Похоже, сегодня ему придётся отдуваться за всех…

— Хорошо, читай… стихотворение… про алгебру! — сказала учительница, старательно выговаривая слова.

Мальчик медленно поднялся. Вздохнул.

— О, алгебра! — сказал он, махнул головой и выкинул вперёд руку. Класс облегчённо рассмеялся. — Наука всех наук! Ты численно повелеваешь массой! Ты растворяешься во тьме беспамятства и безразличья! Тебе всё лучшие нужны умы! Тебе не покоримся мы!

Ваня замолчал и нерешительно сел на место.

— Молодец, Ваня, — сказала учительница, которая, похоже, стихотворение прослушала. — Пять.