Ботинок
Шрифт:
– Обойдёшься! Эти деньги отложены на чёрный день, - поджала губы Кристина.
– Скажи хоть, где прячешь-то?
– спросил Силкин, криво улыбаясь.
– В надёжном месте, - ответила Кристина.
Тема скоропалительной продажи "Пежо" поднималась Силкиным уже не в первый раз. И всякий раз Кристина старалась замять ее на корню. Для неё эта тема представляла опасность, так как кроме автомобиля, она умудрилась продать еще и дачу Мишеля. Паше об этом она не сказала.
Всё получилось чисто случайно: сначала продалась машина, потом, тот же покупатель предложил хорошую цену
Деньги, вырученные от продажи машины и дачи, в американской валюте, Кристина прятала в туалете за бачком.
– Кто знал, что Мишель возьмёт и сам уедет?
– оправдывалась Кристина.
– Я знал. И уехал он "не сам", а кое-кто ему помог.
Кристина поцеловала Силкина.
– Что правда - то правда! Ты молодец! Но мне опять как-то не по себе. Что если Мишель вернётся? Тогда всё сызнова: суд, допросы. Адвокат-то, Изюмов, вон какой хитрый еврей!
– Эх, голубка моя! Мы тоже не лыком шиты. Не бери в голову, а бери в...
После того, как за раскрытие дела о взрыве в метро ему присвоили подполковника, и после того, как улетучились последние опасения, что его могут разжаловать обратно в капитаны в связи с изъятием из дела ботинка Мишеля, Павел Оскарович Силкин стал ругаться чаще и изощреннее.
Коротко отсмеявшись, Силкин сладко зевнул и потянулся.
– Чувствую, теперь мы заживём! И будут у нас, как говорит твоя ма, "кораллы, бриллианты, жемчуга".
– Она не так говорит. Она говорит "кораллы, сапфиры, рубины"... ох, не знаю, не знаю. Сердце чего-то ноет и ноет, ноет и ноет.
– Вот, ядрёна макарона! Не вернётся он! Забудь. А вернётся, так я его угомоню. И хватит об этом, лучше налей чего-нибудь. Жаль мне "Пежо". Толковая тачка была. Сейчас бы на дачу съездили.
– Ой, слабо верится, что Мишель это дело так оставит! Раньше верила, а сейчас... ой, ой, - запричитала Кристина.
У Силкина даже глаза округлились.
– Да сколько это может продолжаться! Надоело!
С этого "надоело" у них начинались все ссоры. Силкин всегда ругался страшными нехорошими словами. Но сейчас Кристина этому была только рада. Она стремилась увести Пашу как можно дальше от скользкой темы о машине и даче. Ссора, как всегда, шла под полным контролем Кристины. И закончилась, как обычно, в нужный ей момент слезами и полным примирением.
Еще не стемнело, а они уже легли в кровать.
Но и после "этого", Кристина продолжала демонстративно вздрагивать от каждого шороха, чем сильно нервировала Силкина.
– Ой! Что это? Уж не Мишель ли вернулся?
– Издеваешься, что ли?.. Кристина знаешь чего?...
– Чего?...
– Не хотел говорить, думал сюрприз сделать. Да, теперь ладно. Командир отпуск мне дал, так что - собирайся, через недельку поедем к морю,
– Так, это ты чего: оформил путёвки Мишеля? И со мной не посоветовался!
– Ну и что с того?
– А если доктор по беременности не разрешит. Всё-таки десять часов на самолёте. Как бы чего не вышло?
– Ничего, обойдется, ты баба крепкая. Раньше вообще без докторов рожали в поездах, в полях и ничего.
Часть 42. Как "культурные люди".
Оставшиеся дни до отъезда в Таиланд прошли в сборах. То одно нужно было купить, то другое. Всё шло нормально. Вот только Павел Оскарович вёл себя как-то странно. Во-первых, он покупал всё, что просила Кристина, хотя раньше спорил о всякой мелочи. Во-вторых, он начал тратить деньги на то, что она и не просила, на всякую ерунду: то коробку конфет принесет; то духи; то вина дорогого французского; то рому кубинского; то прикупит фигурку какую, фарфоровую, с влюбленными в дурацкой позе.
Поведение Силкина не могло не насторожить Кристину. Силкин всегда отличался прижимистостью и с деньгами расставался тяжело. По большому счету, Кристина уважала эту черту, полагая, что она характеризует Силкина, как хорошего семьянина, который "всё в дом", а "не из дома, как некоторые".
В голову Кристины приходили самые дурные мысли. Она даже заглянула за сливной бачок. Свёрток с деньгами, вырученными от продажи машины и дачи, лежал не тронутым. Кристина позвонила ма. Капа Петровна посоветовала "как-то аккуратненько разузнать, не получал ли "генерал" (Капа Петровна так в шутку после повышения звала Силкина) премию какую или еще что-нибудь "по службе".
– Запомни доча, человек легко тратит только чужие деньги, - сказала по телефону Капа Петровна.
Кристина сделала так, как научила ма, и выяснила - премию Силкину дали, но какую не сказали.
Кристина со спокойным сердцем отдалась сборам в дальнюю дорогу.
Кристина еще ни разу не видела моря. В огромной книге-атласе, которую в своё время притащил Мишель, она нашла труднопроизносимый остров Пхукет и точно так же, как любил делать Силкин, сладко потянулась ... и произнесла: - Боженьки же мои, как далеко!
***
В аэропорт "Шереметьево-2" Силкин и Кристина приехали с большим запасом времени. Они прошли регистрацию, и Силкин затащил Кристину в магазин, где набрал виски и сигарет.
– Сигареты к чему? Ты, кажись, не куришь, - спросила Кристина.
– Попробовать хочу, - ответил Силкин.
– Понимаешь, дуся, в этой жизни всё нужно попробовать, погулять, так сказать, на всю катушку! И в этом деле ты мне не мешай, а то уволю к чертовой матери. Хочешь духи французские куплю, самые дорогие?
Обыкновенно Кристина на подобные вопросы отвечала отказом, а тут в аэропорту на неё что-то нашло, и она ответила:
– Хочу.
От неожиданности Силкин застыл на месте, но быстро оправился и ответил достойно:
– Вопросов нет. Выбирай.
Кристина, не разбиравшаяся в парфюмерии, выбрала самую цветастую, но дешёвую коробочку. И потому, кроме духов, Силкин купил Кристине чемоданчик с тенями и красками. Кристина была довольна: впервые Силкин потратился на неё. Это было приятно.