Бой «быков»
Шрифт:
И в очередной раз Гендельберг подумал о том, что, как это ни странно, его собственная безопасность волновала его куда меньше, чем безопасность диска. Даже если с ним что-то случится, информация не должна попасть в руки убийц. Особенно с учетом того, что убийцы – сотрудники силовых спецслужб. Значит, в первую очередь нужно спасти диск. Но как? Кинуть его за прилавок в расчете, что продавщица не обратит на это внимания...
Женщина выставила на прилавок штук пятнадцать консервных банок. Парень, которого она называла Дмитрием, уже расстегнул сумку и принялся методично складывать в нее покупки.
–
– А если не завезут? – с сомнением откликнулся Дмитрий. – Слушай, Тамар, давай сделаем так. Я оставлю тебе свой телефон, и если после обеда ставридка будет, ты мне позвони. Хорошо?
– Пиши, – охотно согласилась продавщица.
– Я тут же заеду...
Дмитрий снял сумку с прилавка и поставил ее на пол. Молния на сумке осталась не застегнутой. Затем он вынул из нагрудного кармана камуфляжа блокнот и оторвал один лист. Тамара любезно протянула покупателю ручку. Гендельберг вытянул шею, заглядывая парню через плечо, и прекрасно видел записанный на листочке набор цифр. Номер телефона Дмитрия намертво отпечатался у него в голове. При благоприятном стечении обстоятельств он сумеет сообщить Листунову хотя бы эти цифры. Колебаний больше не было. Гендельберг быстро нагнулся и бросил винчестер в сумку Дмитрия.
– У вас все в порядке? – продавщица в упор смотрела на ученого.
– Да... Вернее, не совсем. Меня тошнит. Извините...
Гендельберг резко развернулся и побежал по проходу в обратном направлении. Уже на выходе из отдела он вновь бросил взгляд в подвешенные под потолком зеркала. Шкотов стоял в центральном ряду, задрав голову. Их взгляды встретились, и майор довольно усмехнулся.
Четверг. 11 часов 13 минут
– Мы подобрали Пианиста. Едем в «Метро».
– Молодцы, – Архангел вынул изо рта сигарету и опустил ее на краешек пепельницы. – Как только заберете диск, сразу везите его ко мне. Вместе с Борисом. Ясно?
– Да, босс.
– И предварительно отзвонитесь, как там все прошло.
Архангел сбросил вызов на панели мобильного телефона и убрал аппарат в просторный карман банного халата. Вновь потянулся за сигаретой.
– Ты уверен, что это не очередной треп твоего ботаника? – обратился к Бартошевичу сидящий в кресле напротив Виктор Звонарев, выполнявший функции начальника службы безопасности при Архангеле.
– Думаю, нет, – Архангел глубоко затянулся. – Если бы он сказал, что сделал открытие сам, тут бы у меня возникла масса сомнений. А так... Кто-то из коллег Листунова создал новый вирус, он решил погреть на этом руки. Вполне в его стиле. Будешь сигарету?
– Я же бросил, ты знаешь, – Звонарев потянулся и выставил вперед скрещенные ноги.
– Я знал, что ты бросал, – поправил соратника Архангел. – Значит, все-таки удалось?
– Уже вторую неделю не курю. Не хочешь тоже попробовать.
– Нет, это не по мне, – с улыбкой отказался Бартошевич. – Работа слишком нервная, Витек. А дым меня успокаивает.
Звонарев пожал плечами. Ему-то было отлично известно, что Архангел сильно преувеличивает. Нервозность его работы, в действительности,
– Но ты все же созвонись с Дроздетским, – продолжил Архангел после непродолжительной паузы, в течение которой он неспешно пускал кольца дыма под потолок. – Пусть приедет и посмотрит винт. Он нам точно скажет, насколько ценна полученная информация. И если все подтвердится, я свяжусь с Робертом Пинтом.
– Хочешь ему толкнуть бомбу?
– Не бомбу, – Архангел погасил окурок в пепельнице и пружинисто поднялся с кресла. – А бактериологическое оружие. Это разные вещи, Витек. Тебе бы следовало разбираться.
– Я условно сказал, Олег, – стушевался Звонарев.
– Даже условно.
Архангел остановился возле барной стойки, снял с подставки бокал и критически осмотрел его со всех сторон. Только после этого наполнил его вином из стоящей рядом бутылки. Предлагать Звонареву выпить Архангел не стал. Знал, что тот все равно откажется.
В свои сорок пять лет Бартошевич выглядел превосходно. Стройный, подтянутый, всегда с гордо вскинутой головой. Выразительные зеленые глаза на смуглом лице, греческий нос и рельефно очерченные скулы в немалой степени способствовали тому успеху, которым Олег пользовался среди представительниц слабого пола. К тому же Бартошевич старательно следил за собой. Помимо регулярных визитов в тренажерный зал и бассейн, Архангел раз в месяц посещал маникюрный салон и два раза в месяц солярий. Это являлось темой регулярных насмешек в его адрес среди подручных, но никто не рискнул бы насмехаться над Архангелом в глаза. А на молчаливые оценки окружающих Бартошевичу было наплевать. Он считал, что любой уважающий себя мужчина должен выглядеть опрятно во всех отношениях. Об этом свидетельствовали и ухоженные руки Олега, и его модельная стрижка, и щеголеватая одежда.
– Думаю, Пинт должен заинтересоваться этим, – степенно произнес он. – У него выходы на ЦРУ, на международные террористические организации... Пусть сам решает, кому толкнуть этот вирус.
– Если он окажется вирусом, – ввернул Звонарев.
– Разумеется.
Бартошевич выпил и осторожно промокнул губы краешком салфетки. Затем вернулся с остатками вина в кресло.
– А ты не думал оставить этот вирус себе? – поинтересовался Звонарев, хотя заранее мог предугадать ответ босса.
– Зачем? – Архангел удивленно вскинул брови. – На хрена мне такой геморрой? Я не горю желанием попасть в поле зрения ФСБ или какой-нибудь антитеррористической организации. Мы же не занимаемся таким делами, Витек? Верно? Мы – бизнесмены. Мы только делаем деньги. Кстати, я вообще подумываю о том, что после этого дела, если оно, действительно, окажется выигрышным, избавиться от Бориса, – Бартошевич сделал новый глоток вина. – Он давно уже – балласт. Деньги, выброшенные на ветер. А теперь... Теперь он становится и потенциально опасен. Мне не нужен человек, которой будет знать, что это я умыкнул оружие, способное развязать третью мировую... Разумеется, ему можно было бы заткнуть пасть хорошими бабками, но я предпочитаю спать спокойно. Думаю, что и ты тоже. Да, Витек?