Браслет-2

Плахотин Владимир Павлович

Господи! Землетрясение, что ли?

Откуда-то сверху раздались протяжные звуки, сложившиеся в осмысленную речь:

— НЕ ПОНЯЛА!

Произнесено это было так тягуче, будто ленту с записью голоса (а это был именно голос!) запустили раза в два медленнее нормальной скорости.

Раздалось громкое шуршание из глубины моей пещеры, будто оттуда кто-то выползал, такой же ребристый и жёсткий. Или её стены начали активно тереться друг о друга. И моё убежище пришло в движение. Пол встал на дыбы и стряхнул меня на равнину, усеянную галькой. Я даже сгруппироваться не успел и со всего маху должен был хряпнуться спиной о камни. Но воздух был настолько

плотным, что задержал моё стремительное падение. При том, я угодил на что-то мягкое. Это оказалась одна из тех мешковатых тварей, что во множестве паслись вокруг. Испуганное животное недовольно хрюкнуло и отбежало в сторону на своих членистых ногах-ходульках. Но её товарки тут же заинтересовались мною. Сразу штук шесть подбежали ко мне и стали обстукивать своими гибкими хоботками.

«Ну, всё! — пронеслось в ошеломлённой падением голове. — Кирдык!»

Однако меня быстро забраковали и потеряли всякий интерес. Я был не в их вкусе.

— СТРАННО… — задумчиво раздалось с небес. При этом бывшее моё убежище всей своей массой (а её, оказывается, было раз в десять больше, чем я себе представлял) с громким шелестом и скрипом колыхалось надо мной. И с него на меня, хоть и медленно, но обильно, сыпались не только прилипшие к нему камешки, но даже те твари, которые только что обследовали меня на предмет съедобности. Дождём сыпались! Съёжившись, я лёжал на земле, закрыв голову руками и с ужасом пережидая этот кошмарный дождь.

— ХОТЬ БЫ СКАЗАЛ… — послышалось опять ворчливое завывание под аккомпанемент экзотического дождя. — НАВЕРХ, ЧТО ЛИ ПОПЁРСЯ? — Раздался оглушающей силы хлопок, другой, третий! Воздух вновь насытился мелкой каменной взвесью, несущейся в танце завихрений, и меня с головой закопало в мелком камнепаде. — ФУ! ПЫЛИ-ТО СКОЛЬКО! ХОТЬ БЫ ГЛАШКУ СЮДА ЗАПУСТИЛ, ЕСЛИ САМОМУ ЛЕНЬ УБИРАТЬ, — продолжал растягивать слова тот же голос. Я теперь явственно разглядел, что надо мной стояло гигантских размеров существо и било ручищей по тому, что служило мне укрытием, другой рукой удерживая его на весу. — НО ПОЧЕМУ ГОЛЯКОМ? — Гигантская масса медленно, как во сне, развернулась на пятках, отчего земля подо мною сильно дрогнула и каменная насыпь, схоронившая меня, слегка опала. — ЩАС Я ЕМУ! — с этими словами и под содрогание почвы гигантесса грузно выплыла из помещения. Пушечный выстрел закрываемой двери ознаменовал окончание визита, взвихрив новую тучу каменного крошева, вперемешку с обитателями равнины. В желеобразном воздухе она долго не желала опадать на землю, и всё кружилась и кружилась в вышине, пока я приходил в себя от визита дамы.

Я всё понял! Ещё лёжа под градом сыпавшихся на мою голову камней и животных, я осознал всю страшную правду о том, что со мной произошло на самом деле.

Меня попросту уменьшили! Та липкая тварь, что набросилась на меня в последний миг перед выключением сознания, уменьшила меня до размеров муравья!

И нахожусь я вовсе не на другой планете, а в своей же мастерской!

И не камни это летают над моей головой в неутихающем смерче, а самая обыкновенная пыль, увеличившаяся для меня в сотни раз!

И никакие это не животные пасутся на неоглядном пастбище, а самые натуральные пылевые клещи, непременные спутники любого срача!

И, что самое ужасное, это не загадочная инопланетная гигантесса сейчас приходила сюда, а моя Настя! И она меня ищет!

А убежище моё, откуда я выбирался — все-навсего моя одежда. Когда я уменьшился в габаритах, то оказался внутри неё,

заплутал в её складках! Она-то ведь не уменьшилась вместе со мною! Потому-то я и голый сейчас. Это только волшебный костюмчик от Танзу смог повторить мои изменившиеся габариты.

И это мою одежду Настя трусила надо мной, выбивая пыль и возмущаясь моей безалаберностью. И это моё положение просто кошмарно!!!

Глава 25 Встречи и расставания

Минут пять я не мог пошевелиться, оглушённый невероятным озарением.

Мешковидные членистоногие всё время натыкались на меня и хоботками проверяли на пригодность в пищу. Что-то их приводило в смущение. Я лишь отталкивал от себя особо нахальных.

Потом вдруг пришла мысль:

«Настя меня ищет, и сейчас может вернуться назад!»

Ведь раздавит, как котёнка! И даже не заметит!

Я разгрёб курган, под которым был похоронен, вскочил на ноги и заметался: надо бежать!

Но куда?!

Да куда-нибудь! Хоть под стол, хоть под диван! Лишь бы не под ногами!

Растолкав сгрудившихся вокруг меня в ожидании клещей, я направился в сторону дивана, который ошибочно принял за удивительные горы. И это совсем не почва свисала с гор, а покрывало, под которым я спал. Святая простота! Как можно было так обознаться?…

Оказывается идти босиком по каменистой россыпи — удовольствие ещё то! Ступни ног быстро запросили пощады. Надо было срочно придумывать что-то вроде обуви. Я спёкся и каждый камешек резал мне душу. Через подошву. Ноги уже не держали и я стал спотыкаться, задевая невозмутимо пасшихся в обилии мешковидных насекомых. Они тихо похрюкивали и посапывали, поедая какие-то чешуйки, в обилии рассыпанные повсюду, и дорогу уступать при моём приближении совсем не собирались. Даже когда я с досады попросту пинал их ногами. Туловище их напомнило мне бурдюк с водой.

Я остановился, чтобы передохнуть и осмотреть свои раны. Осмелев от инфантильности окружающего меня стада, я, преодолев брезгливость, решил для удобства поставить самую пострадавшую ногу на спину одному «бурдюку». Он вроде как задремал и моей наглости даже не заметил.

Пружинистое тело клеща приятно холодило ступню. Осмотр боевых ран настроения мне не поднял. Ещё чуть-чуть, и не смогу дальше двигаться. А опасность может в любую минуту прийти из-за двери.

Кто б мне сказал, что я так буду опасаться своей Насти, ни в жисть не поверил бы. А теперь угроза была вполне реальной.

— Э! — постучал я пяткой по спине клеща. — Уснул, что ли?

Тот пошевелил передними суставчатыми ножками, которые использовались для ощупывания и обнюхивания территории, немного посопел, хрюкнул и затих.

Спит, зараза! А тут — хоть пропади!

Я вконец обнаглел и взобрался обоими ногами на спину дремлющему уродцу. Неизъяснимое блаженство продолжалось пару секунд. «Бурдюк» подо мною недовольно хрюкнул и слегка дёрнулся. Я потерял равновесие и стал падать. Но стоило только представить, что израненными ногами опять придётся топтать острые камни, как спасительная идея пришла моментально. Я просто перепрыгнул на спину другому клещу, пасшемуся в полуметре от меня. И, едва только тот стал проявлять признаки недовольства, я перепрыгнул на следующего, потом — на другого. Благо их тут было — как собак нерезаных! А реагировали они на моё нахальство очень неохотно, с явной задержкой. Это мне было как раз на руку. Вернее — под ногу. Ступни мои просто балдели от удовольствия!