Браслет-2

Плахотин Владимир Павлович

А посему решаем так: ну его на фиг! Пусть там кто хочет входит-выходит, а мне и здесь неплохо. Пока. Потому что вечно мне здесь оставаться не резон. Желудок уже начинает проявлять признаки беспокойства. Ели-то мы ещё за столом у Славика. С тех пор маковой росинки во рту не было. А сколько сил в бегах потеряно? А нервов? Так что даже удивительно, что он, то есть желудок, всего лишь «проявляет признаки», а не требует в грубой форме.

Да и что мне даст это несостоявшееся наблюдение? Допустим, это не Глашка, а Настя. Ты что, будешь следом бежать, кричать и за подол цепляться?

Туда ещё, во-первых, дотянуться надо, а во-вторых, кто расслышит твой комариный писк?

Вот она, стоя тогда надо мной, всего лишь невнятно бормотала свои недоумения, а ведь мне это слышалось как гром небесный! Теперешний мой вокал и сотой доли не составляет от прежних способностей. Меня только клещи хорошо слышат. Да и те мимо ушей пропускают. Ещё неизвестно, есть ли они у них? В смысле — уши.

Если даже я Насте в ухо залезу (представим на секунду это безумие) и буду орать, стоя в её слуховом проходе, что это даст? Вы правильно догадались: услышать меня она, может ещё и услышит (что очень сомнительно, но, всё же — допустим), но реакция будет однозначная — в ухе пальчиком покрутит, и нету Кука! В смысле — Вовчика. Как вам такая перспектива? Мне — не очень.

А потому надо присесть в своём новообретённом убежище и спокойно пораскинуть мозгами. Что же нам в сложившейся ситуации делать?

Я допрыгал по спинам клещей до присмотренной каверны, пинками повыгонял оттуда вездесущих «бурдюков», приземлил свою уставшую задницу прямо на холодный пол и предался невесёлым размышлениям.

Итак, что же мы имеем?

А имеем мы, товарищи, на данный момент четыре проблемы: две — поменьше и две — глобального характера. Причём, одна глобальная — из разряда неразрешимых.

Поясняю. Две поменьше — это проблемы еды и воды. Пока они мало беспокоят, но уже скоро встанут в полный рост и перейдут в категорию глобальных, причём — первостепенных. Если не почесаться.

Следующее. Глобальные. Одна из них — проблема общения. Надо как-то находить способ сообщить своим близким и друзьям о моём теперешнем бедственном положении. И наладить обмен информацией в любом виде. Конечно, выслушать придётся немало «комплиментов» в свой адрес, но — не без этого.

Живо припомнилось Санькино: «Рискуешь!» Как в воду смотрел! Хотя, если знать меня, и мою способность постоянно вляпываться в разные истории, предугадать было несложно.

Проблема глобальная номер два. Вы уже, наверное, догадались. Это проблема возвращения в Большой мир. Об этом, конечно, рано загадывать, но — всё же! Я не припоминаю в том списочке пункта, что браслет способен подобные фортели выкидывать. Я — о списке возможностей, что мне Сезам тогда на море демонстрировал. Да-да, на диком пляже. Когда я ещё упивался блестящими перспективами. И не предполагал о проблемах, которые несёт с собой обладание браслетом.

Данный случай — не в счёт. Сия оказия как раз и произошла со мной по причине отсутствия, а не наличия на мне браслета. Проще говоря, по причине собственной дурости. Браслет здесь совсем ни при чём. Как говорил Настин дед: «Единственное, чего браслет не умеет, так это дать ума». И каждый раз я вновь

и вновь убеждаюсь в справедливости его слов.

Нет, ну а всё-таки? Ведь в том списке не было такого пункта, где упоминалось бы о способности браслета уменьшать в размере (тем более — в таких пределах!) материальные объекты. Клонировать — да. И я этим не раз пользовался. Но — уменьшать?…

А вообще, что там у нас было? Ну, телепортация… Ну, левитация… Я, между прочим, тут и без браслета неплохо левитирую. Правда, куда кривая вывезет, но — всё же, сам факт… Что там ещё?… Так, материализация уже упоминалась… Телепатия… О-пань-ки! Стоп-стоп-стоп! Кажется, клюнула мысля… Ну да!.. Как же это я сразу-то?…

Ведь все, кто хоть раз (а я-то уж не один раз!) имел дело с браслетом, так и остаются телепатами. Только включается эта способность по мере надобности. По желанию, то есть. А я как раз сейчас желаю. Я очень желаю!

От волнения я даже подскочил и выбежал из своего укрытия. Но избалованные обувью ступни сразу напомнили о себе ужасающей болью!

Не, ну с этим надо что-то делать! Шагу ступить невозможно!

Ладно-ладно, сядь и сосредоточься. Задача номер один. Тебе сейчас требуется превратиться в мыслеизлучатель. Мысль надо излучать. Понимаешь? Мысль!

А какую?

Глупый вопрос! Конечно же, крик о помощи!

Что, прямо так и кричать? «Спасите!» «Помогите!» «Убивают!»

Не глупи. Никто тебя не убивает. Пока. Но перспективы прорисовываются.

Это обнадёживает. А давай просто по имени? «Пашка!» «Помогай!»

Хм! «Пашка»… Твой Пашка сейчас за тридевять земель Славика ублажает. Не докричишься. Настю позвать — в голову не приходило?

Приходило. Только я думаю так: звать надо того, у кого браслет в наличии. У такого индивида чувствительность на порядок выше. А что — Настя? Она и так вся в непонятках. А тут ещё ты со своими галлюцинациями. Напугаешь просто и всё. Пусть пока ничего не знает. Если даже что и услышит, так за глюк и сойдёт. Зову Помогая. Он ближе и скорее придёт на помощь.

Зови. Делай хоть что-нибудь!

И вот, в течение следующих десяти-пятнадцати минут я, обхватив голову руками, напряжённо излучал одну и ту же фразу в разных вариациях:

«Помогай! Тебя Вовчик зовёт! Отзовись! Помогай! Вовчик попал в беду! Надо выручать! Отзовись!»

Но ответа я не ощущал. Ни в каком виде. А тут ещё под ногами толкались осмелевшие клещи. Мою неподвижность они расценили, как приглашение к трапезе, и мне приходилось их всё время отпихивать. Это отвлекало и не давало сосредоточиться.

Унылая мысль «Наверное, и телепатический сигнал мой стал таким же микроскопическим по мощности, как и размер тела» не добавила мне настроения. Уж очень она была похожа на правду.

От напряжения вдруг заболела голова, и зверски захотелось пить и есть. Сразу, в один момент. Я понимал, что это реакция на эмоциональное напряжение, но легче от этого не стало. Дошло до того, что я уже с завистью начал поглядывать на клещей, которые всё время подбирали какие-то кусочки, похожие на чешуйки. Этого добра на земле валялось не так уж и мало.