Брешь
Шрифт:
Он затрепетал, отзываясь на ее нарастающее возбуждение, а когда закончил, его дрожащие пальцы еле попадали на клавиши.
— Теперь выйди из меню: просто нажми девятку и удерживай, пока на экране не появится «Выполнено». Прекрасно, любовь моя. Мы готовы сделать звонок. Возьми трубку и набери 82-звездочка-121-9188.
Он набрал. После первого же звонка мужской голос ответил:
— Коммутатор Тихоокеанского Верховного командования, прошу аутентифицироваться.
Трэвис открыл рот и пережил блаженное перерождение: «Шепот» установил контроль над его голосом, обойдясь
— Ноябрь, отель, один, четыре, восемь, эхо, Оскар. «Лазейка», приоритетный доступ.
У мужчины вырвался резкий вздох, но заговорил он ровно:
— «Лазейка», аутентификация принята. Продолжайте.
Трэвис почувствовал, как его рот открывается, чтобы заговорить снова, но осекся. Он развернулся ухом к открытому люку позади себя и услышал отдаленный шум винтов, почувствовав одновременно, что сфера в его руке каким-то образом напряглась, свет затрепыхался, словно при нервном тике. Затем он снова склонился к трубке и торопливо заговорил:
— Передайте на военный корабль «Мэриленд» следующее: приказ президента Соединенных Штатов и начальника штаба ВМФ, гриф четыре-альфа. Немедленно произвести пуск двух ракет «Трайдент» по совокупности целей 3261, Нанкинскому баллистическому ракетному комплексу в Восточном Китае, провинция Цзянсу.
Человек, принимавший звонок, не ответил сразу, и Трэвис повысил голос:
— Коммандер.
— Да, сэр.
Последовала еще одна пауза, менее чем секундная, после чего голос в трубке произнес:
— В соответствии с протоколом, определяющим использование стратегического ядерного оружия, старший контролер запросит у вас пусковые коды президента и начальника штаба ВМС. Они требуются для окончательной авторизации.
— Подключите его, — произнес Трэвис.
— Давай, давай, давай, — прошептала в его сознании Эмили. Свет пульсировал сейчас с такой быстротой, что вспышки почти слились воедино, образовав что-то вроде светящегося пузыря.
Шум винтов сделался громче, он разносился эхом по долине, что затрудняло определение расстояния.
В трубке зазвучал негромкий, спокойный голос другого мужчины:
— Пожалуйста, назовите сначала код президента.
— Шесть, один, девять, три, три, три, два, восемь.
— Теперь код начальника штаба Военно-морского флота.
— Четыре, девять, шесть, восемь, пять…
Внезапно шум вертолета раздался гораздо ближе: он уже пересек последний хребет и появился в воздушном пространстве над долиной.
— Сэр? — промолвил человек с мягким голосом.
— Прошу прощения, — сказал Трэвис. — Повторяю сначала: четыре, девять, шесть, восемь, пять, семь, семь, один.
— Спасибо, сэр. Послание авторизовано и будет передано в течение тридцати секунд с настоящего момента…
Последние слова потонули в пронзительном скрежете разрываемого металла: «Блэк хоук» прошило пулеметной очередью, и инстинкт самосохранения, пересиливший даже эйфорию, отбросил Трэвиса назад. Отлетев, он ударился запястьем о заднюю скамью и выронил «Шепот». Сфера упала на пол и откатилась в задний угол.
У Трэвиса
Машина с ревом турбин прошла над стоявшим на земле вертолетом, так что его качнуло воздушной волной. Огонь прекратился. Трэвис увидел, что геликоптер делает круг над долиной, чтобы пойти на второй заход.
Поднявшись на колени, он потянулся к «Шепоту»… и рука его замерла в трех дюймах от вожделенного предмета.
Внезапно его сознание прояснилось, и он отдернул руку, словно от ядовитой змеи. Что он наделал? Что, черт побери, он наделал?
Из валявшейся позади него трубки послышался слабый, едва различимый на таком расстоянии голос.
— Сэр, вы на связи?
Все только что произошедшее предстало перед ним со всей ужасающей отчетливостью. Вертолет завершил полукруг и возвращался назад. Оставалось секунд десять.
— Сэр?
Трэвис развернулся, схватил трубку и заорал:
— Отзовите приказ! Это вранье! Отзовите его!
— Прошу прощения?
— Позвоните кому надо, пусть отменят этот чертов приказ! Это бред собачий!
— С кем я, черт возьми, говорю?
Через окно Трэвис увидел огонь, вырвавшийся из пулеметного ствола, метнулся прочь и вывалился через люк на землю, тогда как весь корпус «Блэк хоука» заходил ходуном под более продолжительным обстрелом, чем в прошлый раз. Трэвис вскочил на ноги и, успев поймать взглядом сквозь люк синюю вспышку под сиденьем, припустил к деревьям.
Промчавшись футов сорок, он понял, что вертолет его не преследует: судя по звуку, он завис на месте. Остановившись среди деревьев, достаточно густых, чтобы обеспечить укрытие, Трэвис остановился, оглянулся и увидел, как машина опустилась и села рядом с «Блэк хоуком».
Высыпавшие из него люди чертовски походили на захватчиков, пытавших Пэйдж. Один из них, в толстых, доходивших до локтей перчатках, спрыгнув на землю, подбежал к «Блэк хоуку» и едва заглянул в люк, как его лицо тут же омыло свечением «Шепота». Дотянувшись, он взял сферу в руки, и хоть они были защищены, покачнулся: его напряженное лицо расслабилось, губы изогнулись в детской улыбке. Сзади к нему поспешили еще двое с металлическим ящиком примерно того же размера, что и стоявший на полу «Блэк хоука». Человек, державший «Шепот», похоже, не сразу их заметил, но в конце концов им удалось привлечь его внимание. Он кивнул, открыл контейнер и убрал туда «Шепот».
Двадцать секунд спустя груз был поднят на борт, вновь взревели моторы, и вертолет, набирая обороты, устремился прочь из долины.
Часть 2
ТЕАТЕРШТРАССЕ, 7
Глава
17
Представители «Тангенса», которых доставил следующий «Блэк хоук», имели более строгие приказы, чем первая группа. Трэвиса связали, накинули на голову мешок и затащили на борт, где он следующие два часа не слышал ничего, кроме завывания работавших во всю мощь двигателей.