Buddy
Шрифт:
Помолчав, Семен продолжил:
– Любой может жить в лесу, в горах и пить родниковую воду. А еще лучше – в шалаше с медведем, как Серафим Саровский. Этого святого я очень люблю и почитаю.
Но мы не можем жизнь тех лет интегрировать с динамикой нашего времени.
– Как ты думаешь, если бы в шалаш Серафима Саровского пришли с компьютером и телефоном, что бы было с сознанием святого? А я тебе отвечу. Он бы принял пришельцев за нечистую силу, дьяволизм.
– А может, это и действительно ТАК? – возмущенно спросила Алла.
– Может! – ответил Сема и продолжил. –
Сема говорил очень убедительно, но Алла упиралась:
– А если чипировать медведей и дать им команду убивать нас как тараканов…
Семен глубоко вздохнул. Ему нечего было ответить.
– Алла, пойдем домой. Я бы чаечку попил. Ты не против?
– Нет.
И они молча направились к дому. Зайдя домой, Алла сразу стала искать глазами Бадди.
– Сем, ты посмотри, какие у Бадди глаза. Зрачки расширенные. Взгляд осмысленный и понимающий. Будто хочет спросить: «где вы были и о чем говорили?».
– М-да! Интересно! Смотрит, как будто реально что-то хочет спросить. Смышленый кот, – неожиданно серьезно сказал Сеня.
– Да, он же за все это время нигде ни разу не напакостил. Даже когти точит только об чесалку, – восторгалась Алла своим любимцем. – Кошки вообще загадочные существа. По исследованиям ученых, они к нам заброшены с планеты Сириус. Кошки являются представителями внеземных цивилизаций. Ученые утверждают, что кошки – имеют сверхъестественные способности, которыми не обладает ни одно существо на планете. Это представители ИНОГО разума… – не успела она закончить мысль, как возглас Семена перебил ее.
– Так он уже киборг! А ты волнуешься? Радоваться должна: будешь понимать, управлять и контролировать!
– Ладно, пойдем пить чай, – пригласила Семена на кухню Алла.
Но Семен попросил тайм-аут:
– Алла, ты пока готовь чай, а я сбегаю домой за одной штучкой.
Семен убежал.
Алла достала из холодильника замороженные шарики из теста, натерла их на крупной терке, залила творогом, перемешала с сахаром и яйцами… и поместила в духовку пирог под названием «Царская лепешка».
Вернулся Сема. В руках он держал детектор для определения прослушки:
– Надо убедиться – мы под колпаком или в свободном плавании, – и пошел шарахаться по квартире.
Через полчаса пирог был готов.
– Ну ты даешь! Когда успела? – радостно верещал Сема.
– А что тут успевать. Шарики у меня всегда в морозильнике. Потереть, сделать начинку – десять минут, и полчаса – на выпекание.
– Молодец! А я тебя тоже порадую… или, наоборот, огорчу, – и Сеня положил на стол три прослушивающих устройства. Приложил палец к губам – «ТИХО!» – и убрал прослушки с глаз долой.
– Вот даже как! Значит, бойцы «Иллиады» продолжают держать руку на пульсе. ДО контракта, ВО ВРЕМЯ контракта и ПОСЛЕ контракта.
– А когда они успели установить?! – Сема завис в
– Сема, очнись и не задавай смешных вопросов.
– Да-а-а…Расслабился. Забыл, с кем дело имеем.
Глава четвертая
Несмотря на то, что Алла изо дня в день вынашивала мысли об «Иллиаде», она была в поисках работы. Возвращаться на прежнее место после «Иллиады» ей не хотелось. Удерживало состояние стыда за себя. Продалась за деньги. Получила хромосомную аномалию. Год Алла жила за ширмой благополучия, НО с синдромом жизнеугнетающей хромосомы. За деньги отказалась от здоровых амбиций, которые дарили удовлетворение и повышали самооценку. И что в итоге? Плевок! Прямо в морду лица.
Алла еще долго гуляла со своими мыслями, как ветер по закоулкам, пока не наткнулась на предложение от клинического госпиталя МВД. Подав заявление и пройдя интервью, она была принята на работу.
Пока Алла занималась СВОИМ трудоустройством, Сеня прорабатывал вариант трудоустройства кандидата для проникновения в «Иллиаду». Единственным, кому он мог открыться и доверится, был Максим – давний, проверенный друг Семы.
Максим Суханов – врач-трансплантолог. Пунктуальный, конкретный, без сантиментов и ненужных излишеств.
Подъехав к парку, Семен припарковался и направился к центральному входу. Максим его уже ждал.
На подходе к Максиму Семен жестом рук, пантомимно, спросил: «Ты телефон оставил в машине?». В ответ его друг молча закивал головой, показывая большим пальцем жест «все в порядке!».
Максим был очень осторожен. Он никогда по мобильнику не развивал какие-либо темы, интересующие третьих лиц. Только «…о природе, о поездке и о Вас, женщины…» – то есть ни о чем.
Семена даже злила такая осторожность Максима, но в данном случае это было как раз то, что «доктор прописал».
– И чем же я так понадобился нашему стражу науки? – в качестве приветствия начал Максим, и они обменялись рукопожатием.
– Не спеши, все по порядку. Давай в кафешку зайдем? А то что-то зябко, – Семен закурил, и они направились в сторону кафе. По дороге Семен рассказал всю предысторию с «Иллиадой». Максим слушал молча. Ни эмоций, ни мимики, ни напряжения взгляда.
«Сфинкс ходячий», – подумал Сема.
– Ты хоть что-нибудь скажи, – возмутился он.
– Сема, я так есть хочу. Вот поем и все переварю вместе со съестным. Выпьем кофе и поговорим. Согласен?
– Да я тоже не прочь перекусить. О! Вот и кафе!
Они зашли в кафе. Уютно. Тепло. И нет людей. Сделали заказ, и, пока их обслуживали, Семен все изложил Максиму.
Загасив голод, Максим начал задавать вопросы:
– Ну и что ты со всем этим намерен делать?
– Там что-то не так. За этими черными воротами черные дела, – Семен усердно хотел донести до Максима суть своих намерений.
– Ну, если и даже что-то не так. Тебе-то что? У нас за каждыми вторыми воротами что-то НЕ ТАК. Тебе зачем лезть за эти ворота? С Аллой все нормально! У тебя все нормально! Зачем тебе лезть туда? – непонимающе реагировал Максим.