Бунт
Шрифт:
Глава 22
Когда через пару минут после моего возвращения домой Роуэн заходит в квартиру, она обнаруживает меня сидящей на диване с прижатыми к голове руками. Я смотрю на нее сквозь пелену слез, и подруга хмурится, увидев это.
Я не расплакалась по пути от дома матери Джоэля. Не расплакалась, увидев его побитую, пустую машину на парковке у дома Адама. Не сломалась по пути в квартиру. И даже будучи
Я не заслуживаю слез. Хоть я и практически каждый день делаю это — у меня нет права.
— Они рассказали мне, что случилось, — говорит Роуэн, присаживаясь на журнальный столик напротив меня. — Ди, с этим пора завязывать.
Я застываю на месте и часто моргаю, чтобы смахнуть непролитые слезы, прежде чем им удастся упасть.
— О чем ты вообще говоришь?
— Джоэль выглядит несчастным. Он несчастен. И ты, сидишь и плачешь тут… — она кладет руку на мое колено, ее голос мягкий, но настойчивый. — Ты должна рассказать ему о своих чувствах.
— И что я чувствую, Роуэн?
— Ты любишь его.
Слеза скатывается по моей щеке, и я качаю головой.
— Серьезно? — возмущается она. — В таком случае, почему ты плачешь?
Слеза, еще одна слеза. Я плачу, так как он уехал голый и босой из места, в которое не должен был возвращаться. Потому что, когда он спросил, почему я приехала за ним, я должна была сказать, как ужасна была эта неделя без него, как сильно я скучала по его улыбке, смеху и поцелуям на ночь. Как я сплю в его футболке, потому что так сильно скучаю по его объятиям, что даже не могу заставить себя ее постирать.
— Забей, Роуэн.
— Нет, — спорит она. — Это просто смешно. Я твоя лучшая подруга, и знаю, что ты прежде никогда не была влюблена, но…
— Прекрати, — предупреждаю я, чувствуя, как вся моя боль превращается в злость, что ощущается более знакомо и безопасно. Я цепляюсь за это чувство.
Роуэн вздыхает.
— Твои чувства взаимны, Ди. Никто не разобьет тебе сердце, кроме тебя самой.
— Ты понятия не имеешь, о чем, черт возьми, говоришь, — рявкаю я. Встаю с дивана и иду в свою комнату, но Роуэн следует за мной.
— О, правда? В таком случае, почему ты сегодня поехала к его матери? И не неси мне ту же чушь, что и Джоэлю.
Я захлопываю дверь, но Роуэн открывает ее.
— Какого хрена это тебя волнует? — кричу я на нее. — Твоя жизнь идеальна! У тебя идеальный парень, идеальная семья и все так чертовски просто!
— О, ну прости, что рыдаю перед тобой, Ди, — огрызается она. — Джоэль, черт возьми, замечательный парень. И он обожает тебя. Так давай вместе поплачем из-за этого! Потому что в этом есть смысл.
Я иду в свою ванную, но Роуэн ставит ногу перед дверью, прежде чем мне удается закрыть ее. Я разворачиваюсь и смотрю на подругу, мои щеки горят от
— Я пытаюсь помочь тебе, — произносит она, вся из себя твердая и непреклонная.
— Ты поможешь мне, если будешь беспокоиться о своих гребаных делах.
— Прости?
— Ты слышала. Оставь. Меня. Блять. В покое!
Роуэн кусает себя за щеку, чтобы не наброситься на меня, и я понимаю, что не должна была говорить то, что сказала. Но я не забираю свои слова обратно, ни одно из них, и наконец она произносит:
— Хорошо. Хочешь, чтобы я ушла? Я ухожу. Позвони мне, когда будешь готова перестать лгать.
— Кому лгать? — кричу вслед, когда она идет к входной двери.
— Себе! — кричит Роуэн в ответ и захлопывает за собой дверь.
Ночью я плачу в душе не только потому, что скучаю по Джоэлю. А потому, что скучаю по моей лучшей подруге. Потому что скучаю по старой себе. Скучаю по тому времени, которого никогда не было — по времени, когда я была счастлива.
Я переодеваюсь в пижаму и заворачиваю волосы в полотенце, не удосуживаясь высушить их. Затем забираюсь в постель с футболкой Джоэля, вдыхаю аромат и мечтаю, чтобы он был здесь, обнимал меня и говорил, что все в порядке.
Единственное, что было хоть немного похоже на счастье, — это моменты, когда он разделял со мной свои поцелуи, улыбки и тайны. Когда мы держались за руки и смеялись. Когда он любил меня.
Слезы падают на подушку, когда я вспоминаю, как Джоэль стоял босиком на подъездной дороге у трейлера матери и спрашивал меня, почему я приехала за ним. Роуэн задала мне тот же вопрос. Я не ответила Роуэн и солгала Джоэлю.
Я сказала: «Чтобы убедиться, что ты отправишься домой вместе с Адамом».
Но должна была сказать: «Потому что я люблю тебя».
Слезы вырываются откуда-то из глубины души, и я сильнее прижимаюсь к футболке Джоэля, позволяя себе, хоть и мысленно, признаться в своих чувствах, пока рыдаю в подушку.
Я признаюсь ему в любви в бассейне на Пасху. Признаюсь в любви, пока мы готовим ужин вместе с моим отцом. Признаюсь в любви, когда он забирается в окно моей спальни.
Я говорю о своих чувствах, пока он плачет в моих объятиях на свой день рождения, и когда я лежу у него на груди в автобусе.
Понимаю, что уже слишком поздно, но снова и снова повторяю про себя, пока не засыпаю.
Я люблю тебя, люблю, люблю.
Прости меня, прости, прости.
Глава 23
Я ждала семь дней, чтобы написать Роуэн. Семь дней, чтобы разобраться в своих чувствах и осмыслить, что я ей скажу. В субботу утром мы встречаемся в АЙХОП. Я сижу в кабинке, когда она занимает место напротив. Ее длинные светлые волосы собраны в неряшливый пучок, а голубые глаза светятся от беспокойства, которое она изо всех сил пытается скрыть.