Бунтарь
Шрифт:
— Что это такое? — спросил Нейт, снова подходя ближе.
Она опустила взгляд на свои записи, исполнившись решимости не смотреть на то, как его бицепсы натягивают короткие рукава футболки.
— Система накладных, которую я придумала. — Увидев, что он не уходит, Фрэнки подвинула блокнот к нему и сделала шаг назад. — На самом деле это очень удобный способ, учитывая стоимость закупленных продуктов, определить цену наших блюд.
Она с удивлением увидела, что Нейт взял блокнот и с интересом пролистал страницы.
— Это здорово.
— Я заношу все в компьютер
— Где вы учились вести бизнес?
— Я не училась.
Брови Нейта поползли вверх.
— Вы дошли до всего этого сами?
— Я просто представила себе, что мне нужно для принятия правильных решений.
Конечно, мне бы хотелось поточнее оценивать, что нас ждет дальше. Но даже если я просто знаю, что происходит, то уже чувствую себя увереннее.
Нейт смотрел на нее с задумчивым интересом.
— Вам нужно еще что-то в холодильнике? — спросила Фрэнки.
Он лениво улыбнулся.
— Пока нет. — Он кивнул на блокнот. — Это действительно здорово.
Она снова опустила взгляд, пытаясь убедить себя в том, что уважение, прозвучавшее в голосе Нейта, ее совершенно не волнует. Но, вернувшись к подсчету брокколи, Фрэнки улыбнулась.
— Слушайте, Фрэнки.
Она подняла глаза.
— Куда у вас тут можно сходить вечером?
Вопрос оказался совершенно неожиданным, и Фрэнки вдруг представила себе Нейта, рыскающего в поисках женщины. Наверняка ему нравятся те, что ходят в коротких юбках и кофточках, не прикрывающих живот, и которым ничего не стоит одной огненной улыбкой уложить мужчину в постель. А значит, она проигрывает по всем статьям. Единственное, что она может сделать, чтобы привлечь внимание мужчины, — это разозлиться на него. А что до ее гардероба, то из облегающей одежды у нее в шкафу есть только старые чулки.
Фрэнки постаралась избавиться от странного чувства разочарования, охватившего ее.
Черт! Да что ей за дело до того, какие женщины ему нравятся. И ничего плохого в свободной одежде нет. Ей не нравились вещи, которые давили на тело, которые невозможно было снять без мыла. А стринги вообще не что иное, как несколько узких полосок, стоимость которых есть плата за привилегию иметь их. Что на самом деле полнейшая дурь.
Нейт приподнял бровь в ожидании ответа.
Фрэнки пожала плечами:
— У нас в «Уайт Кэпс» можно разве что смотреть на светлячков да на падающие звезды.
Но в городе есть бар. Хотя мне почему-то кажется, что вы предпочли бы что-нибудь более захватывающее, чем то, что может предложить «Стой, налей и катись».
— Это название бара?
— Его хозяин — пожарный-доброволец.
Нейт улыбнулся.
— Ну ладно, думаю, здесь у вас тоже неплохо.
Фрэнки бросила на него скептический взгляд, отказываясь понимать, что он хочет сказать.
— Я уверена, что после Нью-Йорка
— Все зависит от того, с кем я буду. Иногда тишина даже лучше. — Его глаза скользнули по губам Фрэнки, и ухмылка исчезла. — Иногда двоим нужна только ночь, и больше ничего.
В следующий момент он отвернулся и пошел, оставив Фрэнки смотреть ему вслед.
Она дотронулась пальцами до губ и подумала: неужели можно ощущать поцелуй, если тебя на самом деле не целовали? После такого взгляда ей не оставалось ничего иного, как ответить на свой вопрос положительно.
Фрэнки уперлась лбом в полку. О господи, во что она ввязалась? И почему теперь? После стольких лет, которые она провела почти монашкой, разве что без монашеского платья и башмаков на резиновой подошве. Почему именно теперь ее бросает в жар от мужчины? К тому же от такого, который просто случайно проходил мимо и собирается уйти в конце лета. Который работает у нее.
Фрэнки беспокоилась, как бы он не сунулся к Джой. Но может, ей стоило лучше вглядеться в зеркало? Может быть, это себе она должна была прочесть суровую лекцию о том, как не остаться к сентябрю с разбитым сердцем. Потому что этим все и кончится. Он вернется в город. А она останется здесь.
Все будет так же, как с Дэвидом.
Давление холодного металла на лоб напомнило Фрэнки о том, что она все еще стоит в холодильной камере. Как будто ее здесь заперли.
Она выпрямилась и посмотрела на листок с накладной. Ровные ряды столбцов подействовали успокаивающе. Но когда она попыталась вернуться к работе, оказалось, что у нее совершенно окоченели пальцы и почерк стал неровным, как у ребенка. Фрэнки быстро пробежалась по накладной, думая, что после ухода Нейта ей стало холодно.
Вылетев из холодильной камеры и пытаясь согреть руки дыханием, она решила, что как минимум одна причина для того, чтобы быть довольной, у нее уже есть. Компрессор в камере работает хорошо.
Увидев, что к дому подъезжает эвакуатор, Нейт обрадовался. Поздоровавшись с водителем, он пошел к сараю, стоявшему во дворе, открыл ворота и откинул задний борт грузовика. Он знал, что Люсиль будет хорошо здесь. На стеллажах по обеим сторонам валялись покрытые пылью сломанные агрегаты, в том числе мини-трактор для стрижки травы, мотокультиватор и роторный снегоочиститель.
Как бы такая компания ее не расстроила.
Когда Люсиль оказалась в сарае, Нейт расплатился с водителем и открыл капот.
Попытавшись еще раз запустить двигатель, он залез под машину и осмотрел днище. Из нее вытекло все масло. Именно это он и предполагал. Все шланги были на месте, бачок с маслом цел. Он сам менял его всего год назад. Похоже, треснул блок двигателя. Это выглядело не слишком обнадеживающе.
Нейт выполз из-под машины и встал на ноги, оглядываясь в поисках чистой тряпки, которой мог бы вытереть руки. Ничего подходящего не нашлось, и он воспользовался краем своей футболки, решив, что ее все равно надо стирать. Открыв багажник, он вытащил матерчатую сумку с одеждой и как раз вешал ее на плечо, когда в доме хлопнула задняя дверь.