Царь горы
Шрифт:
Клаудия остановилась.
Она не стала оборачиваться. Знала, что идущий позади телохранитель тоже мертв. И за ее спиной стоит еще один рыжеволосый. И тоже сжимает в руке меч. И тоже появился из ниоткуда.
Чуды. Только маги Великого Дома могли скрыть свое присутствие и свои замыслы от обостренных чувств лучшей прорицательницы семьи Масан. Только они могли влить столько энергии в простейшее заклинание морока, чтобы отвести Глаза Спящего, не позволить увидеть стоящих в коридоре убийц. Только они могли не побояться напасть на дочь барона Бруджа.
— Пожалуйста, наденьте это.
Убийца протянул Клаудии кольцо. Девушка не пошевелилась.
— У
Гвардеец, вымуштрованный вояка. Сейчас он чувствует, что контролирует ситуацию, и позволяет себе быть вежливым. Но стоит начать сопротивление, и от обходительности не останется и следа.
— Пожалуйста, наденьте кольцо.
Клаудия почувствовала, что второй убийца, до сих пор молча стоявший позади, сделал маленький шаг вперед. Сопротивление бесполезно. Девушка взяла протянутое кольцо и надела на палец. И пошатнулась — так быстро, так жадно, так безжалостно высосал из нее силу артефакт. Комком подкатила жажда. Захотелось наброситься на рыжего, вцепиться в шею, вонзить иглы в мягкую плоть…
Демонстрировать слабость перед пищей? Только не это. Клаудия послушно протянула вперед руки — чуд набросил на запястья невесомые шелковые веревочки, принесшие невероятную усталость, — и, высокомерно поджав губы, шагнула в открывшийся портал.
А еще через несколько минут, когда два других мага ликвидировали следы короткой схватки и так же ушли через портал, Гуго де Лаэрт приказал трем рыцарям командорам воины снять магическое покрывало с отеля.
Операция Ордена осталась невидимой даже для наблюдателей Великих Домов.
— Да! — Кардинал Луминар жадно схватил зазвонивший телефон. — Я слушаю!
— Все прошло по плану, Густав, посылка ожидает тебя в Берлине.
— Отлично! — Кардинал не смог сдержать радостный возглас, но тут же опомнился и куда более серьезным тоном закончил: — Но это только начало.
— Я помню. — Франц помолчал. — Я все помню.
Глава 6
Вилла Луна
Италия, пригород Рима
17 декабря, пятница, 19.57 (время местное)
Александр ждал этого звонка. Ждал с тех пор, как шофер Клаудии сообщил, что телохранители не вышли на связь, а боевая группа, направленная в «The Westin Excelsior», не обнаружила ни девушки, ни ее охранников. Никого. Клаудия и телохранители вошли в отель… и растворились в воздухе. Примерно в таких выражениях обрисовал ситуацию командир группы. Бруджа выразил неудовольствие и приказал повторно прочесать здание. Командир спорить не осмелился, и масаны все еще обнюхивали стены старого отеля. Старались, выискивали. А истинный кардинал прекрасно знал, что подданные ничего не найдут. Глаза Спящего могли похитить только высококлассные маги — действия любых других противников Клаудия прочитала бы еще утром, — а они следов не оставляют. Но те, кто наблюдает за «The Westin Excelsior», должны увидеть, что барон растерян. Они этого добивались — они должны это получить. Точнее, они должны думать, что получили.
А Бруджа, в свою очередь, думал о том, что еще ни разу с начала операции не ошибся в выводах.
Чтобы предвидеть события, необязательно быть великим предсказателем. Александру приходилось сталкиваться с ситуациями, когда знание будущего
С самого начала игры барон не сомневался, что Густав прячет в рукаве сильную карту. Луминар слишком хитер и изворотлив, чтобы вступать в открытое противостояние с владельцем Алого Безумия. Здравый смысл должен был заставить лондонца поступить иначе: или спешно сколачивать собственную коалицию, или сбежать, подобно Пабло Робене. Густав же, вопреки всему, вступил в борьбу. А потому, когда Клаудия сообщила, что не может четко предсказать действия Луминара, Бруджа понял, что лондонец разыграл свою карту: обратился за помощью к одному из Великих Домов. И получил поддержку — это доказывало похищение девушки. Причем договорился Густав не с Темным Двором — Сантьяга явно нацелился заполучить Драконьи Иглы для Захара, а с людами или чудами, и этот факт был на руку Александру. Луминар мог расплатиться за союз только одним способом: принести вассальную присягу, и теперь навы, дабы не потерять контроль над объединенной Саббат, будут вынуждены до конца поддерживать барона. Несмотря на то, что Бруджа — барон догадывался об этом — не очень устраивает комиссара в качестве лидера масанов.
Главный ход сделан. Конкурент, можно сказать, устранен — навы не простят Густаву заигрывания с другим Великим Домом, оставалось не наделать ошибок в финале.
И когда зазвонил телефон, истинный кардинал сразу же схватил трубку и выкрикнул:
— Да! Я слушаю!
Он был взвинчен и немного растерян. Он не переигрывал.
— Надеюсь, вы не сходите с ума от беспокойства? — лукаво осведомился Густав.
— Я должен был догадаться, что это твоя работа, — угрюмо произнес Александр.
Но в его голосе чувствовалось некоторое облегчение: теперь, по крайней мере, судьба дочери стала проясняться.
— Ну как, дядюшка, оценили?
— Что?
— Что я тоже кое на что способен.
— Ты многому научился, — признал Бруджа. — Не думал, что ты…
— Достигну высот в столь молодом возрасте?
Барон ответил невнятным бормотанием. Пусть Луминар думает, что ему нечего сказать.
— Как Клаудия?
— С ней все в порядке, — заверил Александра лондонец. — И если наша встреча пройдет так, как вы обещали, дочка вернется к папочке в целости и сохранности.
— Почему ты решил, что ее жизнь что-то значит для меня? Истинный кардинал и Глаза Спящего… равноценная замена.
— Дядюшка, вы ведь гордец, зачем столь жалко врать? — рассмеялся Густав. — Вы обожаете дочь. И вы никогда не допустите, чтобы ей причинили вред.
Бруджа вздрогнул. Помолчал. Родовой замок горит, гарки вот-вот пойдут на приступ, и жена умоляет: «Ты должен уйти, кардинал! Уходи! Спаси нашу дочь!!» И плачущая Клаудия на руках старого слуги.
Однажды Бруджа подумал, что если бы не ребенок, он бы тогда не вырвался…
Пауза слишком затянулась. Барон тряхнул головой и угрюмо бросил:
— Раньше ты не был столь подозрителен, Густав.
— Вы сами виноваты, дядюшка.
— Что же я сделал не так?
— Ваше предложение оказалось слишком заманчивым.
— Я был честен, — медленно ответил барон. — Я говорил то, что думал. И я продолжаю верить, что мы с тобой сможем договориться. Принесем клятву на Амулетах и создадим новую династию. Наши потомки будут править масанами. Будут, Густав, будут!! — Александр вновь выдержал паузу. — Ты оказался подлецом, но… но без этого качества хорошему правителю не обойтись.