Царь поневоле. Том 2

Распопов Дмитрий Викторович

— Надо будет этот момент предусмотреть в следующий раз, — сказал я сам для себя, но Хопи, стоявший рядом с колесницей, задумчиво покивал.

— Если бы не Его величество, у нас были бы проблемы, — согласился он со мной, — узкий проход легко перегородить.

Смотря за тем, как защитников на стенах становится всё меньше, а вскоре и вовсе там появились знакомые, сверкающие на солнце бронзовые шлемы и пехота внизу встретила их появление радостными криками. Остатки лучников были быстро сброшены вниз, в прямом смысле этого слова и атакующим снизу больше ничего

не угрожало.

Ко мне подъехал весь чёрный от дыма и копоти Иамунеджех.

— Отличная работа, — поприветствовал его я, — мы набираем всё больший опыт в копании земли.

Он скривился, словно съел лимон целиком.

— Я бы с радостью мой царь, делал бы всё по старинке. Пришли, окружили город второй стеной и стояли бы полгода неспешно, пока нам не открыли бы ворота сами от голода. Куча свободного времени, можно пограбить поселения, поместья зажиточных людей. Красота!

Я улыбнулся.

— Сколько за это время потратится денег на содержание войска? И есть ли уверенность, что город сдастся?

Он невозмутимо пожал плечами.

— В любом плане есть минусы, мой царь.

— Ну пока наши планы, дают нам возможность захватывать города, — заключил я, — едем ближе? Я вижу, что разбили ворота.

— С радостью провожу царя в его новый город, — склонил он голову.

Тушратта развернул колесницу и мы неспешно покатили туда, где таран закончил свою работу и легионеры доломали остатки ворот, позволяя и с этой стороны войти в город. Сверху в них никто больше не стрелял, но нельзя было сказать, что здесь было совсем безопасно, так что сначала всё осмотрела моя охрана и только потом внутрь въехал я. Знакомые виды, повторяющиеся в каждом городе уже не могли привлечь или заинтересовать меня, а потому не обращая на громкие крики и тяжёлые удары, когда выбивали очередную дверь в чьём-то доме, я доехал до высокого и большого здания, которое явно выполняло функции магистрата. Здесь трупов привычно было больше всего, как военных, так и хорошо одетых гражданских.

— Город взят мой царь, — через череду докладов о взятии районов, наконец услышал я общий доклад и стали появляться центурионы в окружении своих солдат.

— Нашли что-нибудь интересное? — поинтересовался я.

— Один из опционов пехоты при штурме заметил, как один из богато одетых людей, прячет вот эту шкатулку, он принёс её мне и я обнаружил, что это переписка иевусеев с иудеями и амореями мой царь, — доложил Хопи, когда легионеры вытащили из здания за одежды трёх человек и небольшую шкатулку, — мой переводчик знает только один язык, но то, что он сказал мне, точно будет интересно и Его величеству.

— Тогда всех в лагерь, найдём переводчиков, ознакомимся со всеми письмами, — заключил я, — сокровищница?

— Пустая мой царь, — с сожалением сообщил другой центурион, — сейчас пытаем всех, кого нашли рядом, чтобы узнать, где их и наше золото, что мы отдали им перед штурмом.

— Хорошо, если найдёте, пришлёшь гонца, — согласился я, — я возвращаюсь в лагерь.

Все разошлись по делам, людям не нужно было ничего говорить, все и

так за столько времени и кучу взятых городов знали свои обязанности, так что я вернулся в свой шатёр, где сам умылся и переоделся, затем навестил Танини и только после того, как убедился, что парень идёт на поправку, удалился обратно в своё жилище.

Глава 11

После небольшого перекуса опять самой простой едой, оставшейся с завтрака, я позвал Хопи, который подготавливал троих пленников к долгой беседе, а мы пока искали знающих аморейский и хеттские языки, чтобы переговорить с ними и заодно перевести сами письма, поскольку оказалось, что иевусеи разговаривают на сильно видоизменённом, но всё же хеттском языке.

— Ну что? Нашёл? — поинтересовался у него я.

— Один из финикийцев говорит владеет обоими, — ответил он, скривившись, — другой вопрос, как мы можем доверять ему?

— Надо было брать с собой Небамон, — согласился я, — и в целом найти себе переводчика, а то который раз уже зависим от посторонних.

— Может спросить у принца? — поинтересовался Хопи у меня, — Ментуиуи говорит парень весьма образованный и толковый.

— Зови, хуже не будет.

Когда он вернулся с парнем, который впервые попал в мой шатёр и потому часто и низко кланялся, я поприветствовал его жестом, сидя на кресле.

— Тушратта, можешь нам помочь? — обратился я к нему.

— Всё, что я могу Великий царь, — склонился он вновь.

— Посмотри письма в шкатулке на столе, сможешь разобраться? — показал я ему на стоящий рядом с ним стол.

Митанниец подошёл к нему, стал смотреть и читать письма, а затем отложив два, повернулся ко мне.

— Эти самые важные Великий царь, — указал он на них, — здесь иевусеи согласны с иудеями на союз, поскольку они уже договорились с амореями противостоять войску Его величества.

— Да? Как интересно, — заинтересовался я, — а ответ есть?

— Он как раз во втором письме мой царь, поскольку он написан также на хеттском, я понял его, — склонил он голову, — иудеи пишут о том, что при штурме Йевуса, они ударят в спину египетскому царю, если союзники успеют подойти к штурму города. Если нет, то тогда при следующем штурме.

— А они видимо не подоспели, — понял я, почему этого сегодня не произошло.

— Войско Великого царя двигается вопреки всему к чему все привыкли, — серьёзно заявил митаннийский принц, — я никогда не слышал, чтобы пешие воины двигались так стремительно.

— То есть, где-то рядом сейчас с нами войско амореев и возможно даже иевусеев, — я понял, в какую задницу попал, — Хопи срочно позови Ментуиуи, Менхеперресенеба и центурионов первых когорт Первого и Второго легионов.

Он кивнул и отправил своих легионеров бегом наружу. Пока мы ждали прибытия военачальников, я предложил парню присесть, а сам вернулся к еде.

— Ты голоден? — спросил я.

Он замешкался, а потому я показал на тарелку.

— Бери, ешь, есть у меня предчувствие, что силы нам ещё точно понадобятся.