Ценитель
Шрифт:
— Да расслабься, — я махнул рукой. — Если бы тебя связали со мной — нашли бы ещё до пересечения границы. Так что Макс, похоже, обеспечил прикрытие.
Мы позавтракали, я рассчитался с проводником и на этом мы распрощались. Такси в аэропорт он заказал заранее, через приложение.
После этого я вернулся в комнату. Взял ноут, заклеил микрофон и камеру непрозрачным скотчем, который нашёлся на кухне в одном из ящиков. Потом включил его. Обошёл активацию «винды» и подключился к вай-фаю. Затем скачал и установил «Тор».
У сервиса, которым я воспользовался для эвакуации
Я задумался на несколько минут. Теперь я вроде бы в относительной безопасности. Дедушка говорил, главная проблема госорганов за рубежом заключается во времени реакции. Резидентуры на чужбине и весь аппарат силовых ведомств внутри страны — это несопоставимые величины. Плюс сложности международного характера. К тому же, я переживал за сохранность своих вещей. Сколько можно тянуть? Рано или поздно ведь всё равно придётся проверить.
Но после соединения с квартиры придётся съехать. Впрочем, я ведь и не собирался здесь задерживаться.
Решительно стиснув зубы, я отстучал логин с паролем. Нажал на «ввод».
Страничка довольно долго подгружалась, но это нормально при такой степени защищённости. Наконец, появился интерфейс моего кабинета. Я сразу вздохнул с облегчением: груз находился в море, рядом горел зелёненький огонёк с предполагаемой датой и местом прибытия. «Нинбо, 03.10»
Разумеется, и место и дата были зашифрованы. На случай, если кто-то вдруг взломает личный кабинет. На самом деле контейнеры шли в Буэнос-Айрес. Шифр городов мы с менеджером обговаривали только устно и лично, они нигде не фиксировались. Разумная предосторожность, в наше время даже шифрованным сетям нельзя полностью доверять.
Почему именно Аргентина? Во-первых, максимально далеко от России. Во-вторых, у меня там нет действующих складов, так что организовать засаду будет сложно. Ну и в-третьих — у меня там есть друзья. Причём очень надежные. В нашей, ценительской среде таких можно приобрести лишь побывав однажды в настоящем доме.
Я уже собрался было закрыть браузер, но тут увидел, что в меню мигает конвертик. Сообщение от моего менеджера. Странно, во время предыдущих доставок мне никто не писал. Лишь после завершения операции приходил стандартный отчёт.
Секунду поколебавшись, я нажал на конвертик. Открылось сообщение, на русском:
«При отправлении были сложности. Стоимость отправления, согласно оговоренным условиям, увеличена на 50%. Необходимые средства списаны с вашего депозита».
Я закрыл сообщение. Что ж, сложностей следовало ожидать — главное, что подрядчик смог с ними справиться. После такого эта контора заслуживает всяческого уважения.
Хмыкнув, я снова чуть не закрыл браузер. Но заметил, что конвертик всё ещё мигает. Ещё одно сообщение? Заинтригованный, я нажал на него.
Внутри была ссылка на защищённый видеохостинг. Необычно. Или они решили прислать запись того, как именно они преодолевали «сложности»? Что ж, достойный уровень сервиса, который стоит своих денег.
Я перешёл по ссылке.
Видеофайл грузился минут пять. Наконец,
На меня смотрела Вика. Её волосы были растрёпаны, лицо осунувшимся и бледным.
У меня сразу же пересохло во рту. Уже примерно зная, о чём будет послание, я пытался найти в себе силы, чтобы разорвать соединение. Но не смог.
«Герман, говорят, ты это увидишь, — произнесла она дрожащим голосом. — Эти люди настроены очень серьёзно».
В следующую секунду выражение её глаз резко изменилось. Оно стало упрямым, злым. Она успела сказать: «Не вдзу…» после чего изображение остановилось. А внизу появилась бегущая строка:
«Виктория жива. Мы обратили внимание, что сестра для вас имеет особенную ценность. Предлагаем честную сделку: её жизнь в обмен на вашу. Предложение действительно в течение 48 часов с момента вручения. В случае согласия, в течение этого времени будем ждать вас в Приморском парке Санкт-Петербурга. Любая попытка использовать настоящие вещи будет расценена нами как отказ от сделки. Информирование любого внешнего игрока, включая ценителей Московского или иных регионов будут рассматриваться нами как отказ от сделки. Отказ от сделки означает, что ваша сестра погибнет. Видео с этим событием будет доступно для вас по этой ссылке в режиме прямого эфира и в записи в течение следующих 78 часов».
Бегущая строка исчезла. Я смотрел на искажённое гневом лицо Вики, чувствуя, как мышцы челюсти каменеют.
И тут на экране появилась ещё одна надпись: «Надеемся на ваше благоразумие и сотрудничество». Потом окошко проигрывателя стало чёрным.
Нет, я не испугался. Наверно, подсознательно ожидал чего-то подобного, учитывая степень «отмороженности» своих противников. Но это послание было просто за гранью. Наглость, граничащая с безумием. Самоуверенность невероятного масштаба. Оскорбление ошеломляющей низости!
Я сжал губы и с силой выдохнул, чтобы справиться с эмоциями.
Меня особенно фраппировал пассаж про то, что нельзя делиться информацией. Значит, наши не в курсе происходящего, до сих пор. А напавшие на меня всё ещё надеются избежать полномасштабной войны с ценителями. И это после всего, что они устроили!
Немного успокоившись, я сообразил, что люди, написавшие такой текст, и не ждали от меня покорного следования всем условиям.
Они ждали, что я проявлю себя. Что клюну на наживку. И что они вовсе не так уж уверены в моей сильной привязанности к Вике, поэтому использовали весь доступный арсенал эмоционального воздействия, включая ценительскую гордость.
Подло. Расчётливо. Профессионально.
Они ведь понимают, что войны не избежать, но пытаются пройти по краю, используя все средства.
Что ж. Они получат полноценную войну, хоть и не такую, на которую рассчитывали.
Глава 14
Послание, которое я получил, было построено таким образом, чтобы не только спровоцировать на необдуманные действия, но и посеять неуверенность в сообществе ценителей. Заставить предположить, что кто-то среди наших мог бы продаться обычным властям. И это было их главной ошибкой.