Чарослов
Шрифт:
Шеннон неподвижно лежал в дальнем углу. Азура топталась рядом, пытаясь клювом подцепить цензурное заклинание и освободить разум старика.
Нико на миг задумался, а затем сотворил вьющиеся античары нуминуса и легонько скинул их на архимага. Чары проросли сквозь тело старика и бережно удалили цензурный текст.
Шеннон застонал и начал шевелиться.
По мере того как отступала неуверенность, на губах у Нико вновь заиграла улыбка. Без изумруда он бы давно наляпал кучу ошибок. Зато теперь он обрел себя, стал полноценным.
— Ты
Нико оглянулся и увидел связанного Фелруса. Злобный взгляд красных глаз так и буравил юношу.
— Никто, кроме меня, не сможет устранить язвенное проклятие, — проскрежетало существо. — Я рассеял еще несколько десятков по внутренностям старика. Я вам нужен. Только я могу рассказать, как их снять. Только я могу обучить тебя истинному значению Праязыка. Тебе не понять, что все живое состоит из магических текстов и…
Нико залепил рот монстра магнусовым кляпом. Он подошел к Шеннону. Старик стоял на четвереньках, склонившись над мерцающей лужицей магической рвоты. Логорея выворачивала его внутренности. Среди серебристых фрагментов текста Нико заметил кровяные вкрапления.
Похоже, Фелрус не солгал, когда говорил о новых проклятиях в теле старика.
— Нет, — брызгая слюной, пролепетал старый лингвист, пытаясь жестами прогнать Нико. — Узнай про Разобщение. Допроси монстра.
Нико нахмурился.
— Магистр, не шевелитесь. Я должен снять с вас проклятие.
— Позже, — проворчал Шеннон. — Скоро здесь будет стража. Нужно отнести Фелруса…
— Магистр! — рявкнул Нико. Его голос звучал твердо, хотя ладони похолодели от страха. — Молчите и не двигайтесь!
Волшебник сел на корточки.
— Хорошо, только давай быстрее. У нас мало времени.
Чтобы рассеять проклятие, Нико должен был прикоснуться к старику. Но стоило ему протянуть руку к щеке учителя, как он замер. Рука дрожала.
— Я больше не Буревестник, — прошептал он себе под нос. — Я не навлекаю проклятия. Теперь я Альцион.
Но что-то было не так. Теперь, когда изумруд лежал у него в руке, сомнения и страх должны были исчезнуть вместе с его недугом.
— Теперь я Альцион, — заверил он себя и прижал ладонь к щеке наставника. Старый волшебник судорожно вздохнул.
Внезапно взгляд Нико проник под кожу и мышцы Шеннона, прямо к желудку старика. Но увидел он не розовую плоть, а голубоватое свечение пратекста, окутавшего орган. На гладких стенках мышц он разглядел пять ярких узелков, которые светились ярче других частей желудка.
Нико взялся рассеивать язву. Работа предстояла непростая: Фелрус самым жестоким образом перемешал руны Праязыка в животе Шеннона. Хуже того: каждый раз, когда Нико менял что-то в тексте, старик морщился от боли.
— Готово? — спросил Шеннон, когда Нико отдернул руку. От боли лицо лингвиста покрылось испариной.
— Я рассеял самые серьезные опухоли вокруг желудка, но в других органах еще остались небольшие очаги. Они растут медленно.
— Рассеять их позднее, — договорил за ученика Шеннон. Азура вновь устроилась на плече у волшебника. — У нас мало времени. Скоро в Звездной академии узнают о нашем присутствии, и тогда за нами придут.
Нико помог наставнику подняться на ноги.
— Какое нам дело до других волшебников?
Шеннон сделал шаг на непослушных ногах.
— Когда ректор узнает правду о тебе, Нико, мы окажемся втянутыми в самый крупный скандал в истории академической политики. Если мы не хотим стать политическими узниками ректора, надо как можно подробнее расспросить монстра.
Нико оглянулся и посмотрел на лежащего на полу и связанного по рукам и ногам Фелруса.
Дейдре успела подняться и теперь стояла у ковчега Боанн. Фелрус накрыл обелиск щитом из нуминуса, но аватара сумела пробить щит и возложила руки на камень. Похоже, ковчег вбирал в себя энергию девушки; алая аура вокруг обелиска засияла ярче и начала разъедать нуминусный щит Фелруса.
— Монстр, я добьюсь от тебя правды. — Шеннон захромал к пленнику. — Что ты знаешь о Разобщении?
Кровавые глаза существа светились злобой. Когда Шеннон рассеял кляп, Фелрус засмеялся.
— Чем ты собрался мне пригрозить, магистр? Пыткой? Смертью? И то, и другое бессмысленно. Я ни за что не покорюсь тебе, старый болван. — Кровавые глаза повернулись к Нико. — Иное дело мальчишка.
Нико нахмурился.
— Что ты задумал?
Фелрус ухмыльнулся.
— Может, тебе и удастся снять со старика проклятие без моей помощи. Но я командую силами Разобщения. Даруй мне жизнь, и я предоставлю тебе все ресурсы, которыми обладают демонопоклонники. Ты станешь новым императором.
— Хватит бредить, — не выдержал Нико. — Я скорее сгнию в аду, чем стану твоим союзником.
Монстр не сводил глаз с юноши.
— Подумай об этом. К волшебникам тебе путь заказан: они вбили себе в головы, что ты Буревестник, и их уже не переубедить. Тебя заточат в темницу и будут использовать в своих целях. И этой девчонке в одежде друидки я бы на твоем месте не доверял: меня она предала и тебя предаст.
У Нико внутри все похолодело.
— Дейдре тебя предала? — спросил он, вспоминая первую встречу с Фелрусом в Барабанной башне. Монстр тогда явно не ожидал, что Дейдре на него набросится.
Фелрус пропустил вопрос мимо ушей.
— Нам не обязательно служить демонам, Нико. Я могу тебе пригодиться в борьбе против Разобщения. Подумай о перспективах. Я раскрою тебе культы демонопоклонников. Помогу их уничтожить или использовать в своих целях. Никодимус, если ты хочешь защитить человечество, тебе стоит меня пощадить.
Нико посмотрел на Шеннона. Старый лингвист почесывал шею Азуры. Он выждал некоторое время, прежде чем кивнуть.
— Отлично, — сказал Нико, вновь поворачиваясь к монстру. — Расскажи мне все, что тебе известно о Разобщении.