Чарослов
Шрифт:
— И поторопись, — добавил Шеннон. — Скоро здесь будут стражники. Как Тайфон пересек океан?
Красные глаза Фелруса заметались между наставником и учеником.
— Я не человек и не конструкт, нечто среднее. Лос пытался создать новую расу, чтобы заменить ею человечество — из пыли и демонических высших заклинаний. Я должен был стать первым из новых людей. Он вдохнул в меня жизнь, но так и не успел закончить. Армия Пандемониума воевала у дальних берегов, пытаясь остановить людей и не дать им бежать за океан. На горе Калакс не осталось никого, кроме самого
Фелрус заворочался, словно пытаясь ослабить натянутые путы из магнуса.
— Не имея приверженцев, демоны не смогли последовать за людьми через океан. А кроме Лоса, никто не знал, как разорвать узы, привязавшие демонов к древнему континенту. Но я — часть древней земли, создание, слепленное из высших заклинаний и грязи. Поэтому, когда — спустя столетия после гибели Лоса — Тайфонус случайно на меня наткнулся, он сразу догадался, что я могу послужить судном, которое отвезет его в новый мир. Демон вселился в меня, сделал меня своим ковчегом. Мы кое-как смастерили лодку и отплыли к землям людей.
— Какой в этом смысл? — спросил Шеннон. — Вы что, собирались переправлять сюда демонов одного за другим?
Фелрус покачал головой.
— Чтобы оживить окаменевшее тело Лоса, требовалось свободное владение Праязыком, как у императорских отпрысков — и мы отправились через океан в надежде вывести чистокровного имперца. Тайфон восстановил генеалогическое древо королевской семьи. Так мы и создали тебя, Нико. А заполучив способность колдовать на Праязыке, мы занялись сотворением дракона, который отнес бы нас обратно на древний континент.
Нико нахмурился.
— А почему бы просто не отплыть обратно тем же путем?
— Ничего бы не вышло, — отозвался Фелрус. — Запертые в ловушке на древнем континенте, демоны жаждали крови. С безумным видом бродили они вдоль южного берега и уничтожали все подплывающие корабли. Нам с Тайфоном удалось ускользнуть по одной-единственной причине: демоны и не подозревали, что подобное возможно. Мы здорово их рассердили: теперь они разорвут в клочья любого, даже Тайфона…
— И вы решили перелететь их на драконе? — спросил Нико.
Монстр покачал головой.
— Полет — это хорошо, но недостаточно. Дракон, которого я смастерил, мог летать, но демоны сбили бы его в два счета. Истинный дракон — нечто большее, чем крылья и чешуя. Истинные драконы умеют менять природу сознания, они внушают своим жертвам немыслимые мысли.
Шеннон выдохнул.
— Истинный дракон — это заклинание с четвертичным уровнем восприятия?
Фелрус ответил, не отводя взгляда от Нико:
— Вот именно. Лишь истинному дракону под силу пролететь над демонами до горы Калакс. Там мы бы оживили Лоса, используя твою способность колдовать на Праязыке. Лос бы утихомирил разбушевавшихся демонов и разорвал узы, которые их связывали с древним континентом. И наконец, началась бы война Разобщения.
— Тогда зачем было насылать дракона на Триллинон? — спросил Шеннон и тут же хмыкнул: — Нет, постой.
Фелрус злобно ощерился. Шеннон ответил грустной улыбкой.
— Значит, я прав. Одного не пойму: зачем ты убил Тайфона? Зачем поставил под удар собственные планы?
Монстр зашипел.
— Тайфон был глупцом. Старый идиот совсем помешался на идее оживить Лоса и в упор не замечал меня — главное детище архидемона. Он рисковал моей жизнью по пустякам. И когда изумруд показал мне, как его убить, я не стал медлить: прикончил Тайфона и украл часть демонического высшего заклинания. Так я научился управлять снами.
— То есть других демонов на нашем континенте нет? — Нико вскинул брови. — И прикончив тебя, я остановлю Разобщение?
— Не совсем так, малыш. — Фелрус улыбнулся во весь рот. — Мы с Тайфоном организовали тайные культы в каждом человеческом королевстве, и все они будут пытаться вывести чистокровного имперца. Если хочешь предотвратить войну Разобщения, без меня тебе не обойтись. Я помогу тебе уничтожить эти культы или управлять ими. Выбор за тобой. Но если ты решишь заняться разоблачением культов, тебе придется защитить меня от волшебников и от этой подлой девицы. — Фелрус кивком указал за спину Нико. — Я не якшаюсь с предателями.
Дейдре подошла ближе. Ее зеленые глаза сияли необузданной энергией. Она вернула свою богиню, свою чистую любовь.
— И как же я могла тебя предать, монстр? — спросила она. — Если с самого начала жаждала одного — твоей смерти?
Нико задумался.
— Фелрус, как ты нашел ковчег Боанн? И зачем принес его сюда?
Пленник рассмеялся и посмотрел на Дейдре.
— Хочешь сказать, она не знает? Неужели ее продажная богиня не удосужилась ей сообщить?
Дейдре выступила вперед.
— Попридержи язык. — Она поднесла меч к голове монстра. — Пока я его не укоротила.
— Никодимус, Боанн предательница, — горячо отозвался Фелрус. — Она хочет тобой управлять.
Шеннон подошел к Дейдре и опустил ее сжимающую меч руку.
— Не стоит горячиться, — пробормотал он.
Фелрус продолжал метать в девушку злобные взгляды.
— Мы с Боанн договорились. Богиня согласилась служить Разобщению, если ей будет позволено стать могущественным демоном.
— Ты лжешь! — прорычала Дейдре.
Шеннон положил руку ей на плечо.
— Тише, — шепнул он.
Фелрус рассмеялся.
— Глупышка. Ты же сама была посредницей и скрепила нашу сделку. Ты предложила мне схватить Нико, потому что в то время я еще не знал, кого ищу.
Дейдре посмотрела на товарищей.
— Не слушайте его. Это уловка: он хочет, чтобы вы не доверяли Боанн.
Нико встретился с ней взглядом.
— Дейдре, как он узнал, где находился ковчег?
Вместо Дейдре ответил Фелрус:
— Когда я загнал ее в угол в хтонической башне, девчонка умоляла сохранить ей жизнь. Она сообщила, где искать ковчег и как застать врасплох друидов-охранников. Иначе как бы я до него добрался, да еще и настолько быстро?