Чарослов

Чарлтон Блейк

Внезапно шрам Нико раскалился. Ноги голема уняли дрожь.

— Кажется… — прохрипел монстр и заковылял в сторону юноши. — Кажется, я ощущаю твое присутствие…

Однако ходьба слишком тяжело давалась Фелрусу. Ноги не держали его; сапоги разъехались, и голем едва успел подставить уцелевшую руку.

— Если бы я только мог тебя видеть, — ворчал Фелрус. — Что за таинственный язык тебя скрывает?..

Голему удалось кое-как подняться. Было заметно, что каждый вздох дается монстру с большим трудом.

— Кстати,

на случай, если твоя ненависть к Разобщению и тем, кто тебя создал, столь велика, что ты готов пойти на самоубийство, лишь бы оставить нас с носом: это ничего не изменит. Я заранее побеспокоился о запасном варианте, и скоро у тебя появится двоюродный братик или сестричка. Со временем я выращу еще одного наследника Империи. А ты только зря пожертвуешь собой.

Монстр едва волочил ноги, но неумолимо приближался: сапоги голема шаркнули в каком-то футе от Нико. Один из ночных кошмаров, прикрывавших чарослова, не выдержал и захныкал.

— Никодимус, — прохрипел Фелрус, — вступай в наши ряды. Обещаю: награда превзойдет самые смелые твои мечтания. Просто вернись обратно в Звездную крепость. А я тебя оттуда заберу.

Голем сделал еще один нетвердый шажок. Носок сапога приземлился всего в дюйме от лица Нико. Два ночных кошмара съежились.

Фелрус занес ногу для следующего шага, но одно из ночных созданий протянуло щупальце и устроило ему подсечку. Убийца качнулся, попятился и рухнул на колени. И хотя лицо монстра скрывал капюшон, из-под плаща вынырнула покрытая шрамами левая рука и схватилась за белую, как тело личинки, шею.

— Этот голем отжил свое, — прошипел демон. — Я вынужден тебя покинуть. Никодимус, выбор за тобой: подчинись, возвращайся в академию и познай невиданные власть и силу, какими обладают лишь боги. Или восстань против меня и умри.

Жуткий кашель сотряс грудь монстра, заставив его запрокинуть голову. Капюшон сполз, и показалась длинная грива белесых волос. Во лбу сияла полоса текучего текста на нуминусе. Кожа существа казалась белее бумаги. Черты красивого лица были тонкими: узкие губы, курносый нос, широко посаженные глаза.

Очередной приступ кашля вырвался из горла голема, и тот упал ничком. Подбородок уткнулся в гравий в считаных дюймах от носа Нико. Кожа существа пошла серыми, цвета железа, пятнами. Глаза твари — две черные точки на кроваво-красном фоне, ни белой склеры, ни темного зрачка — уставились прямо на Нико.

Мучительно содрогнувшись, голем выбросил руку вверх, словно хотел выстрелить заклинанием. Но одно из ночных страшилищ спрыгнуло с Нико и метнулось к руке Фелруса. Это был трехрогий тролль. Коренастое создание впечатало руку голема в придорожную грязь.

Внезапно Нико осознал, что видел этого тролля раньше — причем не раз. Здесь происходило нечто странное. И до жути пугающее…

Сердце Нико бешено колотилось. Он попробовал выбраться из кучи

ночных кошмаров, но перед глазами у юноши заплясали яркие оранжевые точки. Земля ушла из-под ног. Он чувствовал, что вот-вот потеряет сознание.

Окружившие Нико ночные страшилища зашептали со всех сторон, уговаривая чарослова не высовываться, пока не миновала опасность. Перед ним появился маленький безглазый дракон с щупальцами, растущими прямо из подбородка. Эту страшилку юноша тоже узнал: то был Тамелкан. В четырнадцать лет Нико сам дал воображаемому дракону воображаемое имя.

Со дня приезда в Звездную академию Нико представлял себе разных чудищ и населял ими окрестные леса. Черпая вдохновение в рыцарских романах, он мечтал, как выберется из стен академии, чтобы сразиться с придуманными врагами… И вот, какой бы невероятной ни казалась мечта, она сбылась. Ночные ужасы, создания, которые спрятали его от Фелруса и сейчас прижимали чарослова к земле, — именно их он и воображал себе в детстве.

В панике Нико дернулся из последних сил и скинул с себя двух синих чудищ. Пошатываясь, он встал на колени, но тут на него наскочил Тамелкан. Щупальца дракона обвили голову юноши.

В плену у собственной мрачной фантазии Нико рухнул навзничь и потерял сознание.

Глава тридцать вторая

Проснувшись, юноша обнаружил, что плывет по окутанному ночными тенями лесу. Где-то в вышине меж густых крон шелестел, раскачиваясь на черных ветвях, озорник-ветер. Пятнистая дорожка лунного света то угасала, то вновь начинала струиться по лесной подстилке.

Вспомнив, как чуть не попался в лапы Фелрусу, Нико с криком сел. Должно быть, голем вышел из строя прежде, чем юноша отключился.

Его панический вопль сотней мелких осколков разлетелся по лесу. Нико упал на землю и поморщился от боли: задом он примял кусты снежноягодника и угодил в самую гущу колючек.

Вокруг суетились ночные ужасы, спрятавшие юного чарослова от Фелруса. Теперь он их вспомнил — монстров из его собственных мальчишеских фантазий о приключениях. Все в сборе: и неодемон-оборотень Фаэль; и Тамелкан, безглазый дракон с щупальцами на подбородке; и насекомообразный Уро с человеческим лицом и крюками вместо ладоней; и Гаркекс, рогатый огненный тролль.

В детских мечтах все эти чудища достигали огромных размеров. Теперь же перед Нико предстали их миниатюрные копии синего цвета — не монстры, а монстрики — даже могучий Тамелкан был не крупнее олененка.

Нико не забыл, как воображаемые звери окружили его на тропе. Вообще-то последнее, что он запомнил, прежде чем потерять сознание, это щупальца Тамелкана, обвившие ему голову. Но ночные ужасы больше не казались враждебными. Более того, как раз когда он проснулся, они бережно несли его через лес.