Час печали
Шрифт:
Надо работать.
– Зрелище, которое вы увидели утром, было явно не для слабонервных, – заметил Брайтон.
– Да, я никогда не сталкивался ни с чем подобным. Все выглядело таким впечатляющим... то есть... обдуманным. И отвратительным, жестоким. У парня точно не все в порядке с головой.
– Он обязательно просчитается. Однажды он сделает ошибку, помяни мое слово.
– Вот только когда?
– Давай поговорим о Рэйборн, Тим.
– А что о ней говорить? По-моему, она хорошо справляется со своими обязанностями.
– Вот и замечательно.
– Она честна. И даже слишком прямолинейна.
– Прямо как ты, Тим.
Брайтон позволял себе неуместные замечания о подчиненных, и Хесс не мог лишить его этого права.
– А что там у нее за портрет?
Хесс пожал плечами.
– Одну свидетельницу загипнотизировали, – ответил он. – И Мерси получила неплохие результаты.
Брайтон недовольно кивнул. Ну, началось! Хесс приготовился.
– Брайт, она сама так решила. К тому же человека с рисунка опознали.
– Кто? Водитель автобуса? Воришка из Эльсинора?
– И продавец из магазина, где странный парень купил охотничьи принадлежности, хотя сезон охоты давно закончился!
– Не понимаю, почему она так долго тянула с этим?
– Сначала договаривалась с нужными людьми. Затем потратила день на гипноз, еще один на то, чтобы набросать портрет. Мерси все тщательно обдумывала, хотела сделать верный ход. Потом отправляла копии в информационный отдел.
Хесс знал, почему Мерси медлила. Она сомневалась в надежности слов Камалы Петерсен, ведь та опиралась на свои неясные ощущения и к тому же пила спиртное. Но Хесс ни словом не обмолвился об этом, чтобы не навредить напарнице.
– Мерси платила психиатру за гипноз из своего кошелька?
– Не знаю. Помню, она упоминала о бронежилете, который купила за свои деньги.
– А чем же ее служебный не устраивает?
– Думает, он ненадежен.
– Рэйборн потеряла потенциального свидетеля.
– Да, и ей это известно. Но игра стоит свеч.
На Хесса вновь навалилась страшная усталость. Она напоминала холодную тяжелую волну, уносящую и телесное, и душевное тепло. Обычно так происходило, когда Хесс сидел. Вот и в пятницу Мерси пришлось помочь ему встать со стула. Наверное, секрет жизни в постоянном движении, и любая остановка смертоносна. Ты продолжаешь жить, пока не садишься для передышки.
– Почему Мерси не заметила следы от лома на окнах машин? – продолжал настаивать Брайтон.
– Они находились под дверной рамой.
– Я не об этом спрашиваю.
– Тогда правомернее говорить об ошибке Кемпа, ведь пропустил их именно он.
– К тому времени, Тим, я его уже отстранил.
– Но Мерси не могла перепроверять все, что он уже осматривал раньше, и переделывать его работу. Айк рано или поздно нашел бы повреждения. Или она сама додумалась бы до этого. Брайт, о такой улике трудно догадаться, если раньше не сталкивался с ней.
Брайтон кивнул, но казался не вполне убежденным.
– Это элементарно! Обычный взлом автомобиля, – бросил он.
– Мерси не занимается угоном и взломами. Она работает в
– Вот я и волнуюсь, на своем ли она месте. Тебе потребовалось тридцать секунд, чтобы обнаружить следы.
– Я старше.
– Тим, я попрошу тебя написать, как идет расследование, и отметить в документе, что ты думаешь о Рэйборн. Вкратце.
– Я не совсем понимаю тебя.
– О ее действиях, о гипнозе, устроенном по ее собственному желанию. О дверных стеклах, о том, кому принадлежала мысль вытащить их и как следует рассмотреть. Набросай такую небольшую бумажку для меня.
– Полагаю, Мерси предоставит всю нужную информацию в своем личном отчете, – спокойно и с достоинством ответил Хесс.
– Ее отчеты расплывчаты, неточны и субъективны.
– Точно такие же когда-то составлял и я.
– То было другое время, Тим, время нашей юности, неопытности и сплоченности. Я все же настаиваю на том, чтобы ты высказал свое мнение письменно.
– Это не входит в мои обязанности, Брайт.
– Теперь входит.
Хесс промолчал.
– Ла Лонд под подозрением или нет? – Чак сменил тему.
– За ним ведут наблюдение; пока ничего предосудительного он не сделал. Нутром чую, он абсолютно невиновен.
– Как Мерси вычислила его?
– Ли ла Лонд смастерил один прибор для нашего преступника. По словам изобретателя, штука вырубала автомобильные сигнализации. Он может опознать убийцу.
– Молодцы.
– Это целиком и полностью заслуга Мерси.
– Правда, что она носит нож в сумке?
Хесс посмотрел на шерифа и покачал головой:
– Не знаю.
– Надо бы выяснить. Тим, у меня могут возникнуть проблемы. Мерси сколотила целый отряд, который обвиняет Фила Кемпа в грязных домогательствах. А это камень и в мой огород. Я виноват в том, что якобы не замечал его поведения. Если она потребует возмещения морального ущерба, то тень падет не только на весь департамент, но и на мою репутацию.
– Чак, а если ей не нужны деньги?
– Тим, ты же знаешь меня. Я не покрывал Кемпа. Я изо всех сил старался создать нормальную атмосферу для мужчин и женщин, работающих здесь вместе. А теперь Мерси начала эту тяжбу, а за ней поспешили и другие. Они общаются с прессой, Тим. Одна вообще утверждает, что Кемп изнасиловал ее. Рэйборн открыла ворота, процесс пошел, и его не остановишь!
– Черт подери, Брайт! Ты должен радоваться, что она обнародовала это. Хочешь порядка, придется потерпеть и неудобства.
– Я и наведу порядок. Но зачем выносить сор из избы? У меня такое ощущение, будто мне приставили дуло к виску. А она ни разу не пришла ко мне и не попросила совета. Почему?
Последовала долгая пауза.
– Чего она добивается? – наконец спросил шериф.
– Откуда мне знать? Она никогда не говорила со мной о Филе Кемпе.
– А ты разузнай.
– Теперь это тоже входит в мои обязанности?
– Да. Выясни, чего она хочет, Тим. Я сам с ней потом все улажу, если смогу остановить этот жуткий снежный ком.