Час совы
Шрифт:
Меф весело и от души смеётся:
— Права ты, Елена, тысячу раз права! Два ноль, в твою пользу!
— И ничего смешного я не вижу, — всё так же спокойно продолжает Лена, — Это же уму не постижимо, планировать операцию, всю состоящую из неопределённостей. Выиграют они нужную сумму или нет. Смогут перебить цену на торгах или нет. Сумеют вывезти камень с планеты или нет. Да к тому же все неопределённости вытекают одна из другой. Да где это видано!? Если я предложу такой план операции, меня тут же в Школяры разжалуют и заставят сдавать заново все зачеты и экзамены. А, скорее всего, сошлют в Хозсектор пожизненно, без права работы в реальных Фазах до конца дней своих. Интересно, кто автор столь блестящего плана?
Ленка торжествует, она смотрит на Мефа, склонив голову к левому плечу, прищурившись и облизывая губы кончиком языка. Странно видеть у Нины Матяш знакомые повадки Елены Илек. Хорошо зная эти приметы, я делаю вывод: спёкся Меф, можно к столу подавать. Сейчас Ленка добавит перчику, горчички, польёт уксусом или майонезом и начнёт, не торопясь, кушать.
Но невозмутимый Меф одним движением разрушает прекрасно подготовленную атаку:
— И опять ты права, Елена, права на все сто пятьдесят процентов. И можно было бы сразу чехлить орудия и играть отбой, если бы не одно обстоятельство. В операции участвует прямой агент, отличительной особенностью которого является недюжинные аналитические способности и умение быстро, на ходу, принимать единственно верные решения. Правда, и у него есть недостаток. Всё рассчитать и принять верное решение он может, а вот воплотить… Здесь он, прямо скажем, не очень силён. Потому-то я и предложил, чтобы в связке с ним работал именно Андрей. Потому что, как не рассчитывай, а в таких делах всего не предусмотришь. Кстати, именно этим моментом и ограничилось моё участие в разработке операции. А что касается первого этапа, то за него я спокоен. Внедрённый агент в миру был профессиональным шулером, и при внедрении Андрея эти его навыки будут оставлены в Матрице носителя. К тому же, прямой агент имеет некоторые способности, которые помогают ему видеть карты противника и телепатировать эту информацию партнёру. Так что крупный выигрыш им гарантирован.
Лена хочет что-то возразить, но, поняв, что на каждый её аргумент у Мефа найдётся не менее аргументированный ответ, безнадёжно машет рукой, отрезает кусок жареного зайца и впивается в него зубками. Меф благосклонно смотрит на неё. Таким взглядом радушная, хлопотливая хозяйка награждает гостя, которому понравилось какое-то предложенное блюдо, и он просит добавки.
Пользуясь молчанием, я обдумываю то, что услышал от Мефа. Слов нет, операция рискованная, и есть немало шансов за то, что успешно она не завершится. В этом случае у Мефа будут все основания не сдерживать данного слова. Ха! Словно я верю, что он намерен его сдержать! Но с другой стороны, в ходе этой операции может возникнуть такая масса непредвиденных моментов, что грош мне цена, если я не воспользуюсь хотя бы одним.
— Андрей, если ты намерен участвовать в этой авантюре, ты потеряешь себя в моих глазах дважды. Первый раз за то, что согласился вообще, а второй за то, что решился на эту глупость. Настоящие хроноагенты в такие игры не играют, — слышу я голос Лены, которая уже справилась с зайчатиной и теперь держит в руке кубок с вином.
Примерно такой реакции от своей подруги я и ожидал. Было бы удивительно, если бы она сказала что-то другое. По-моему, даже Меф знал это, потому как он продолжает глядеть на Лену отческим, благосклонным взглядом. Вдоволь насмотревшись на неё, Меф обращается ко мне:
— Ну, а ты, Андрей, разделяешь её мнение?
Я, хотя уже давно всё решил, делаю вид, что всё ещё колеблюсь. Закуриваю сигару и несколько раз медленно затягиваюсь,
— Что ж, если всё обстоит именно так, как ты говоришь, то я не вижу особых причин, мешающих мне принять твоё предложение, — энергичным взмахом руки гашу готовую выплеснуться реакцию Лены на мои слова.
Моя подруга с отчетливым звуком смыкает губы и хватается за голову, а я продолжаю:
— Выбора у нас всё равно нет, а так хоть какой-то шанс будет. Я готов помочь вам, но при одном условии.
— Можешь не сомневаться, своему слову я хозяин, — быстро говорит Меф.
— Нет, ты меня не понял. Когда я вывезу Олимпик с Плея и вернусь оттуда, ты при мне снимаешь блокировку и выйдешь на связь с нашими. На моих глазах она, — я показываю на Лену, — вернётся домой. После этого ты выпустишь меня.
— Принято. Но почему ты сам не хочешь вернуться домой прямо отсюда?
— Сначала я вместе с де Легаром превращу этот ваш гадюшник в груду дымящегося щебня.
Меф смеётся:
— Согласен! Всё равно, судя по всему, работу здесь придётся сворачивать. Спасибо вам!
Глава V
Я ещё не в ударе,
Не втиснулся в роль.
Как узнаешь в ангаре,
Кто раб, кто король?
— Что ж, — говорит Меф, — раз решение принято, не будем терять времени. Пойду готовить внедрение.
— Откуда будем внедряться? — интересуюсь я.
— Из моей лаборатории. Готовность примерно через полчаса.
С этими словами Меф открывает проход и оставляет нас. Дело сделано, теперь можно уделить внимание и подруге. Лена смотрит на меня, как на грязную женщину, которая вдруг предложила ей заняться лесбийской любовью.
— Что же ты молчишь, Ленок?
— А что я могу сказать? Ты уже всё решил и собрался. Так сказать, вживаешься в образ. Эх, Андрей, как же дёшево ты купился!
Как мне объяснить, чтобы она поняла? Вновь на память приходят строки Высоцкого, и я, слегка перефразируя его, говорю:
— Я снова тут, я собран весь, я жду заветного сигнала. И парень тот, он тоже здесь, среди стрелков из «Эдельвейс». Их надо сбросить с перевала!
В глазах моей подруги что-то меняется. Похоже, она начинает понимать, что к чему. Она долго смотрит на меня затуманенным взором. У неё такой вид, словно она решает сложнейшую систему темпоральных уравнений. Но я-то знаю, что не уравнения она сейчас решает, а меня. Тихо и медленно выговаривает она слова Шекспира:
— Diseases desperate grown by desperate appliance are relieved, or not at all [3] .
И хотя фраза, с точки зрения английской грамматики, построена как утвердительная, я четко слышу, как в ней звучит вопрос. Прикрываю глаза, откидываюсь назад и, опёршись спиной на камни стены, шепчу:
— Yes, my lady [4] .
Мы снова молчим и только смотрим друг другу в глаза. У меня словно цепи с рук и ног сняли, а на сердце лопнул стальной, давивший на него, обруч. Ленка всё поняла. Слава Времени! Теперь мне будет легче работать. Камера озаряется золотистым светом. Лена вскакивает и, подойдя вплотную, быстро говорит мне:
3
Отчаянный недуг врачуют лишь отчаянные средства, иль никакие. (англ.)
4
Да, моя леди.(англ.)