Час совы
Шрифт:
В ответ на мою просьбу Кора начинает излагать мне принципы и правила игры. Через минуту мне почти всё становится ясно. Я даже слегка балдею от удивления.
— Стоп! — говорю я Коре и задаю несколько уточняющих вопросов.
— Всё! — констатирую я, получив ответы, — Эту игру я хорошо знаю. Она довольно популярна у меня дома, и я неплохо и почти всегда успешно играл в неё.
— Ты уверен? — с сомнением в голосе спрашивает Кора.
Еще бы! Великое Время! Это же обыкновенный преферанс!
— Будь спокойна, Кора. Канделябрами за нарушение правил меня не побьют. А с твоей помощью,
— Тебя правильно информировали, — улыбается Кора, показывая ослепительно-белые ровные зубки, — Ты у капитана был?
— Был. Довольно неприятная личность.
— Время с ним. Он, кроме пароля, должен был сказать тебе ещё кое-что.
— Да. Он сказал, что после того, как прозвучит пароль, я поступаю в твоё распоряжение и должен исполнять твои приказы.
— Какие именно, он не уточнял?
— Он сказал: любые приказы.
— Правильно сказал, — Кора смотрит на меня из-под изогнутых бровей оценивающим взглядом и неожиданно говорит, — Тогда, приказ первый. Раздень меня!
Видя моё замешательство, Кора встаёт, лицо её приобретает властное выражение. Она сердито топает каблучком золотистой туфельки:
— Тебе что, приказ повторять надо!?
— Слушаюсь и повинуюсь, госпожа, — отвечаю я и подхожу к Коре.
Расстегнув золотую пряжку на шее, осторожно начинаю снимать с её плеч мантию. Но Кора недовольна:
— Что, в твоём Мире мужчины так женщин раздевают?
Всё понятно. Та ещё штучка! Задерживаю ладони на плечах и легко провожу ими по шее, до ушей и обратно, попутно согревая шею своим дыханием.
— Так, уже лучше, — комментирует Кора более миролюбивым тоном.
Она приподнимает руки, и я медленно снимаю с неё тонкий красный свитер, мягко проводя ладонями по телу вверх от талии до грудей. Там я задерживаюсь, ласкаю нежные полушария вращательными движениями и, пропустив соски между пальцами, ласкаю их губами и языком.
— Почти удовлетворительно, — хвалит меня Кора и добавляет, — Себя не забывай.
С этими словами она расстёгивает у меня на шее пряжку и сбрасывает на пол мою мантию. Быстро стаскиваю свой свитер, и мы с ней остаёмся в одних шортах и чулках. Обхватываю Кору за плечи и талию и приникаю к её груди. Быстрыми поцелуями покрываю лицо, шею и плечи, а руками слегка поглаживаю поясницу и упругие ягодицы. Когда мои губы добираются до грудей Коры, я запускаю ладони под её шорты и начинаю медленно стягивать их, попутно покрывая поцелуями груди, живот, лоно и бёдра, обтянутые розовыми чулками. Когда я добираюсь до колен, Кора переступает через свои беленькие шорты и, погладив меня по плечам и шее, комментирует:
— Почти молодец.
Она подтягивает меня к себе и запускает ладони в золотистых перчатках мне под шорты. Делаю движение, чтобы стянуть с её руки длиннющую, выше локтя, перчатку, но Кора резко выдёргивает руку:
— Ты что!? — она гневно смотрит на меня, но её взгляд быстро смягчается, — Ах, да, я и забыла, ты же из другого Мира. Запомни: здесь обнаженные ладони и запястья, самое интимное место у женщин. И только женщина может решить, когда ей снять в присутствии
— Понял, — отвечаю я и почтительно целую, упомянутые интимные места, обтянутые золотистой эластичной тканью.
— Ну и хорошо, что понял, больше не ошибайся, — миролюбиво ворчит Кора и снова запускает ладони под мои шорты.
На ходу приласкав мои самые интимные места (хотя, кто его знает, вдруг в этой Фазе у мужчин самой интимной частью тела считается пятка), она освобождает меня от шортов и забирается на постель в том виде как есть: в розовых чулках, золотистых туфельках и перчатках и с золотой цепочкой на шее. Мне некогда возиться с ремнями моих сандалий, и я быстро приземляюсь на красный бархат «аэродрома».
Что-то подсказывает мне, что здесь требуется не спешка, а всё моё искусство, и я высвобождаю записанную Леной секс-программу. Странно, но Кора, похоже, ждала от меня именно этого. Она отвечает мне так же умело и так же тонко, словно и в ней работает такая же программа. Безотказными и эффективными приёмами мы, не спеша, разогреваем друг друга до высшего градуса и без всяких слов, чисто интуитивно, находим ту единственную, которая нам обоим в данный момент нужна, позу.
Соединившись, мы так же безошибочно определяем темп и амплитуду движений, точнее, ритм их изменения, тоже тот единственный, который нам с ней необходим. Работаю я аккуратно, всяческими методами задерживая приближение своего и ускоряя её оргазм. Руками и языком делаю всё, чтобы он у неё был наиболее ярок, наподобие затяжной вспышке молнии. А зеркала на стенах и потолке многократно отражают наши переплетённые и активно движущиеся тела, и это делает наши действия ещё более эффективными.
Кора, со своей стороны тоже делает всё необходимое, чтобы мои ощущения не опередили её по Фазе. Я чувствую приближение высшей точки. Пальцы Коры судорожно вцепляются в красный бархат. Верхняя губа приподнимается, обнажая ровные белые зубки. Из горла вырывается долгий, очень долгий, мучительно-сладостный стон, переходящий в крик. Тело Коры содрогается в судорогах, корчится и выгибается.
Примерно то же испытываю и я, но не могу описать, в зеркала оглядываться и мысли нет. Я не оставляю Кору, а замираю в ней, изредка осторожно пошевеливаясь. И каждое движение порождает у неё в ответ такую же вспышку экстаза. Вспышки постепенно становятся всё слабее, и когда она в ответ на моё движение только сладко вздыхает, я выхожу из неё и осторожно укладываюсь рядом.
Кора тут же прижимается ко мне, закидывает на меня ногу и начинает легко ласкать меня. Отвечаю ей нежными движениями. Внезапно Кора приподнимается, откидывает в сторону свои роскошные волосы и спрашивает:
— Так ты, оказывается, мой земляк?
— Что ты имеешь в виду?
— Ты разве не из… — она произносит длинное и непонятное слово.
— Нет, Кора. Если я правильно понял, что ты имеешь в виду, то я не оттуда.
— А что ты понял?
— Я понял, что ты из Биологической Цивилизации. Только там люди так тонко владеют искусством секса и только там они свободно владеют ясновидением, телепатией, телекинезом и телепортацией. Я не ошибся?