Часы
Шрифт:
– Да,- сказал Велвор, не без труда расцепляя сведенные рвотным спазмом челюсти.- Пойдемте.
– Есть,- капитано охраны осторожно пошел в сторону опустевших тюфяков, освещая путь себе и Велвору только что зажженным свежим факелом.
Достойных получить Последний Дар прямо из рук самого Великого Вора было не очень много и лежали они на своих тюфяках практически неподвижно. Лишь некоторые из них при приближении процессии поднимали вверх слабые тонкие руки, как бы говоря: "Я еще здесь. Не забудьте обо мне". Велвор подходил к таким отверженным в первую очередь и вкладывал в их поднятую руку небольшую железную миску с последним угощением, которую протягивал ему специально назначенный для такого дела поварской ворик.
Это был удивительный эффект, который производили совсем простые слова, что-нибудь вроде " все будет хорошо" или "крепись дружище (подруга)", или просто "ну-ну, зачем же так", и Велвор никогда не понимал, как они сначала превращаются в волшебные, а затем производят такие удивительные эффекты с немало повидавшими на своем веку, многоопытными воровскими глазами. А еще он ясно видел - эта миска праздничного угощения и совсем простые слова совершенно точно помогают лежачим отверженным и каким-то непостижимым образом облегчают их страдания.
Тем из лежачих отверженных, которые не могли поднять даже руки, а лишь следили за происходящим открытыми глазами, миску с угощением ставили прямо на плиты, рядом с тюфяком, а тем, кто уже не мог открыть даже глаз просто клали на грудь хлеб с одним кусочком солонины, но пара ласковых слов находилась у Велвора даже для таких.
Занимаясь обходом и произнесением простых ласковых слов, Велвор совсем ушел в себя, но тут его окликнул очень тихий и слабый голос.
– Асци!- звал тихий голос.- Асци!
Велвор вздрогнул и тут же пришел в себя. "Асц" или "Асци" было его старое воровское прозвище, которым его нарекли воры сразу после его появления в Канализации. Этого прозвища уже не помнил почти никто из его ближайшего окружения, да он и сам его почти уже не помнил, и вот кто-то назвал его старым, можно сказать детским именем в этом ужасном месте. Это мог быть только очень близкий для него когда-то человек. Велвор осторожно опустил на грудь очередного отверженного хлеб с кусочком солонины, сказал в окостеневшее ухо пару ласковых слов, а потом выпрямился во весь рост и принялся осматриваться.
– Асци!- тихо донеслось со стороны последней площадки.- Асци, я здесь...
Велвор как завороженный вслушивался в этот зов, словно бы не веря своим ушам. Он немного растерялся и не знал, что ему сейчас делать - то ли продолжать ритуал Последнего Дара, то ли оставить все и пойти на этот зов. То, что зов долетал со стороны последней площадки вселяло в него страх, и в происходящем уже чудилось ему что-то мистическое, почти лунное.
– Разрешите проверить?- почтительно и тихо сказал капитано охраны.
– Да,- вздрогнув всем телом (к счастью под толстою кожей морского костюма это было совсем незаметно) сказал Велвор.- Посмотрите - что там такое.
Капитано сделал знаки двум охранникам и они быстрыми бесшумными шагами направились к последней площадке. Велвору почему-то страшно захотелось выкурить сигару, но он сдержался и принялся нетерпеливо расхаживать между тюфяками туда-сюда. Этот странный зов почему-то сильно его расстроил. "Асци,- думал Велвор.- Надо же. Мало сейчас найдется живых воров, которые могли бы обратиться ко мне таким вот образом. Прямо какой-то зов из чертогов Матери Луны в самом деле. Асци. Надо же. Услышать это имя через столько лет и в таком жутком месте. А может, это ошибка? Может этот голос зовет не меня? Действительно, почему бы этого вот
– Все в порядке, сир,- говорил капитано охраны, быстро приближаясь к Велвору.- Это мастер Охуль. Он находится здесь уже два года, а теперь вот увидел здесь Вашу Лунность и что-то хочет вам сказать.
– Мастер Охуль?- брови Велвора под маской поползли вверх.- А он разве до сих пор жив?
– Как видите, сир,- коротко кивнул головой капитано охраны.- До сих пор.
– Тогда поспешим. Шиндук, кажется?
– Так точно, сир, я - капитано Шиндук. Следуйте за мной. Только осторожно - там очень скользко.
Мастер Охуль был настоящей легендой Канализации. В свое время он очень быстро достиг вершин воровского мастерства, а авторитет его был таков, что все воры были уверены - именно Охуль воссядет на Троне Воров под именем Велвора XXVII-ого. Это было настолько очевидным, что вся Канализация испытала сильное удивление, когда воры узнали о решении Охуля добровольно отказаться от Трона Воров.
Вместо того чтобы с заслуженным почетом взойти на воровскую вершину, он решил сделаться воровским учителем. Достигнув вершин воровского искусства, Охуль решил посвятить свою жизнь воспитанию и обучению новых поколений воров. Тогдашний правящий Велвор, чтобы хоть как-то отметить этот благородный поступок и выразить свое к нему уважение, придумал специальный почетный титул "Проффефе Воровства", который он хотел присвоить мастеру Охулю в торжественной обстановке, созвав для этого всеобщую сходку всех воров Канализации. Однако Охуль решительно отказался от всех почестей даже и от этого титула, назвав его жалкой пародией на суетливую возню и гордыню пародийной учености, которая так распространена у обворованных верхних ученых умников. Охуль заявил, что считает гордое звание "мастера" наивысшим из всех возможных титулов, и что не нужны ему никакие подозрительные звания вроде этого "проффефе" от которого так и тянет душком ученой гордыни обворованных верхних идиотов.
Велвор, тогда еще никому неизвестный воришка по имени Асц, начинал свое обучение именно у мастера Охуля, и именно благодаря его усилиям он со временем стал тем, чем стал.
Для начального обучения молодых воришек Охуль разработал специальные методы и всегда строго их придерживался. Обычно в одну учебную группу входило двенадцать малолетних воришек и одним из любимых методов обучения мастера был следующий - Охуль прятал в каком-нибудь темном коллекторе двенадцать мелких предметов (в случае с юными воришками это обычно были вкусные конфеты в блестящих обертках), а потом приказывал своим ученикам найти их. Конфеты могли оказаться в самых неожиданных местах и найти их было непросто. Иногда Охуль прятал конфеты под камнями или в старых канализационных трубах, иногда в карманах случайно оказавшихся поблизости воров или воровок, а иногда на самых видных местах - среди других предметов на алтарях Матери Луны, в котлах и кастрюльках для приготовления пищи, в распущенных волосах молодых воровок или даже в кармашках своих не очень внимательных учеников. Каждый урок он стремился превратить в интересную и увлекательную игру, а во время его проведения давал мудрые пояснения.
– Воруйте все подряд, воруйте всегда, воруйте никогда не думая о последствиях,- говорил он воришкам.- Завидев добычу, идите к ней самым коротким путем, а если потребуется, идите к ней напролом через любые препятствия. Отключите голову и положитесь на свои пальцы. В этом мире очень мало вкусных конфет и на всех их никогда не хватит. Если вы будете долго раздумывать над способом совершения очередной кражи, если вы будете сомневаться в себе, если вы допустите промедление, кто-то обязательно обойдет вас и заберет вашу конфету себе.