Чэч: Бугор

Фатыхов Артур

— К сожалению… — а с какой требовательностью Бёдмод относился к занятиям своего молодняка, я уже смог оценить, ни по одному разу наблюдая за ними во время, теперь уже вечерних, пробежек вокруг замка, — я вынужден вас попросить прервать тренировку. Трюггви срочно зовёт к себе. Из деревни пришла весть об Асмунде.

Асмунд — это тот егерь, ушедший разбираться с таинственной проблемой и чьего возвращения мы тут дожидаемся. Похоже, наш отпуск прерывается, иначе зачем нас дёргать среди ночи.

— Агееч, Иван, идёте со мной. Пацаны, вы продолжаете тренировку, старший — Миклуш.

* * *

*– Бондадошо (Добряк — искажённый галисийский)

*****

Друзья, так как мне пока приходится писать одной рукой, скорость набора значительно упала. Чтобы не томить вас ожиданием, буду выкладывать по половине главы. Прошу меня понять.

Глава 21

Кабинет Трюггви на фоне приёмной выглядел… скажем так, — аскетично. Торопыга Бёдмод не дал нам время, даже окунуться в бадейки с водой, специально подогреваемые, за отдельную плату, конечно же, смотрителем арены.

— Трюггви насрать на то, чем ты воняешь, хоть дерьмом. Правда, при условии, что ты обосрался во благо Вестара, а не по какой другой причине. А вот ждать выполнения своего приказа, он очень не любит. Так что, пошли быстрее.

Мы с мужиками только и успели, что лица ополоснуть да рубахи с куртками натянуть. Но ничего, встречные молоденькие и очень симпатичные служанки в форменных передниках и чепчиках, почему-то не спавшие глубокой ночью, свои миленькие носики не морщили, а откровенно заинтересованно посматривали на четверых мужиков, трое из которых имели откровенно взъерошенный вид. Как не поморщила свой нос и статная дама в строгом тёмном платье, встретившая нас в приёмной.

Приёмная! Её обстановка заставила даже меня, повидавшего многочисленные царские и не только дворцы, замереть с открытым от удивления ртом, что говорить об Агеече с Иваном? Уж очень контрастировало убранство этого зала с мрачными коридорами, по которым мы только что прошли. Могу, конечно, предположить, что Бёдмод специально провёл нас какими-нибудь путями для прислуги, с этого диковатого волколака станется выкинуть такой фортель. Несмотря на то что после нашей драки на кабацкой арене вожак стражей Вестара, а как выяснилось, угрюмый волколак занимал именно эту должность, перестал уж совсем откровенно скалиться в мою сторону, признав наше право находиться здесь, до особой приязни у нас дело так и не дошло.

Так вот, приёмная своими размерами больше походила на какой-нибудь бальный зал. Её стены были завешены гобеленами с искусной вышивкой. Не знаю, древними они были или новоделами, но на мой неискушённый взгляд без магии тут не обошлось. Изображения схватившихся в яростной битве волков и оборотней с многочисленными инфернальными монстрами, ордами орков и фаланг, закованных в железо, легионов людей были до того реалистичными, что невольно хотелось увернуться от брызг крови, фонтаном бьющих из горла вождя орков, разорванного длинными когтями лапы волколака. Или так и ожидаешь, что застывший в прыжке полуобернувшийся оборотень, пронзённый десятком арбалетных болтов, вот-вот обрушится на строй укрывшихся за щитами людей. Или невольно вздрагиваешь, словно в действительности слышишь прощальный вой десятка израненных, но не сдавшихся волков, вставших на пути огромной стаи инфернальных тварей, среди которых, к своему удивлению, узнал и нхан су, и драеногов, и топорщащих свои двойные гребни ящеров, и летящих над землёй багровых осьминогов. А вот даму, одетую в строгое тёмное платье, вставшую из-за резного письменного стола, как только мы вошли в приёмную, я заметил не сразу.

— Кэри, — уважительно склонил голову Бёдмод.

Захлопнув рот и вспомнив о нормах, мы с мужиками тоже почтительно склонили головы, если уж наш сопровождающий, имеющий не последнее

место по статусу, счёл необходимым отдать честь незнакомой нам женщине. Дама посмотрела на нас без единой эмоции на аристократическом лице. Видимо, проживая в замке с оборотнями, она ко многому привыкла.

— Проходите, Трюггви вас ждёт, — величаво разрешила дама. — Бёдмод, только захвати подносы со сбитнем и мясом. Может быть, он с вами хоть немного перекусит.

— Помогите, — попросил волколак, обернувшись к нам.

Пришлось Ивану взять второй поднос, заставленный тарелками с ещё парившими большими кусками, густо посыпанных рубленой зеленью, варёного мяса. Меня, было невольно сделавшего шаг следом за стражем, незаметно придержал Агееч, чуть покачав головой. Мол, не след бугру ватаги входить к нанимателю с подносом в руках. Я, в своей прошлой жизни даже не думавший над тем, чтобы претендовать на статус какого-либо начальника, в который раз отметил, что как мне повезло встретиться с этим стариком. Без его опыта вождения ватаг, а, главное, без желания поделиться им со мной, я, наверное, так бы до сих пор и вычёсывал шерсть быкам Шрама. Не то чтобы мне это не нравилось, но вычёсывать её своему Бурому, — мне нравится больше.

Так вот, кабинет Трюггви на фоне приёмной выглядел скорее монашеской кельей. Во-первых, был в несколько раз меньше, да и освещён гораздо слабее, почти вся комната находилась в густом полумраке. Во-вторых, вместо искусных, поражающих воображение, гобеленов, висело полотнище с довольно грубо вышитой на нём картой, я так понимаю баронства. Кстати, именно эта стена была наиболее сильно освещена свечами, расположенных в напольных подсвечниках. Вдоль остальных стен стояли грубо сколоченные шкафы, заставленные какими-то книгами и заваленные свитками, а также самые обычные деревянные стулья. В центре комнаты стоял большой круглый стол, за которым и сидел устало выглядящий управляющий баронством, облачённый в домотканую рубаху и штаны из неокрашенной ткани, и о чём-то негромко разговаривавший со своим помощником Фолькором. В общем, не такой кабинет я ожидал увидеть после впечатлившей меня приёмной. Хотя, может быть, это показное, для создания впечатления, и за вон той неприметной дверью, располагаются личные покои, не уступающие императорским. Я такое пару раз видел, даже не у директоров заводов, а у начальников цехов.

— Приветствую вас, бродяги, — в хриплом усталом голосе Трюггви, всё ещё слышалась звериная мощь. — Не скажу, что рад сейчас вас видеть, ведь это признание того, что сам я не могу разобраться с проблемами в доверенном мне баронстве. Прошу вас, проходите, присаживайтесь. Бёдмод, вижу, Свартур всё же всучила тебе перекус. Будь добр, разлей нам сбитня, а вы — угощайтесь. Фолькор, не сочти за труд, введи наших гостей в курс дела.

После этих слов Трюггви схватил массивную кружку и, совсем не обращая внимания, что из неё валил густой пар, сделал большой глоток, словно в ней был не кипяток, а холодное пиво. Фолькор, несмотря на возраст и помятый вид, легко поднялся со стула, подошёл к карте, взял прислонённую к стене указку и прокашлялся. Мне это разом напомнило сцену из низкобюджетных американских фильмов.

— На севере баронства, — кончик указки ткнулся куда-то в верхнюю треть карты, — почти у самых предгорий есть большое болото. На его берегах расположены три деревни. И вот с начала этого лета там стали пропадать люди. Жители деревень — не городские увальни, в лесу со всяким встречались, поэтому попытались поначалу разобраться сами. Но не смогли. Люди продолжили исчезать бесследно. Вот бежал человек от чего-то, явно его напугавшего, а вот пропал. И никаких чужих следов вокруг, ни борьбы, ни крови… Словно призраки на него напали и разом в преисподнюю утащили…