Человек-да
Шрифт:
Мне было жаль Иана. Я его раскусил, а он о том даже не догадывался. Он надеялся, что его кепка с символикой «Да» пошатнет мою решимость, а получилось наоборот: я только окреп духом.
— Кстати, я и Уэга тоже пригласил, — небрежно бросил я. — Подойдет, как только получит мое сообщение.
— Сообщение?
— Да, я написал ему, что мы в пабе и ждем его.
— Хорошо. Ладно. Как твой проект? — поинтересовался Иан.
— Неплохо.
— Кому-нибудь ответил отказом?
— Нет, — улыбнулся я. — Откликаюсь на каждую возможность, какая только мне представляется. И при этом обхожусь без кепок.
Я внимательно наблюдал за ним, ожидая реакции
Зазвонил мой телефон. Я ответил. Звонивший повесил трубку.
— Принес свой дневник? — спросил Иан.
— Мой дневник ты получишь, когда придет время, мой друг.
— Ну, тогда рассказывай...
— Я изобрел коробку автоматической самоперемотки видеокассет и подал заявку на участие в конкурсе «Британец с самой немецкой внешностью».
В эту минуту в паб вошел Уэг.
— Помни: Уэгу ни слова, — предупредил я, прижав к губам палец. Иан кивнул.
— Что это такое, черт побери? — сердито спросил Уэг. От злости он даже побагровел.
— Ты о чем? — удивился я, в самом деле не понимая, отчего он злится.
Уэг расстегнул свой рюкзак и ткнул пальцем на что-то внутри. В рюкзаке лежал букет смятых и сломанных цветов, к которому была прикреплена маленькая карточка.
— A-а, получил мою записку.
— Мог бы и позвонить! Зачем посылать цветы с запиской «Я в пабе»? Представляешь, что подумали парни, с которыми я работаю? Почему просто не прислал SMS-сообщение?
— Я хотел сказать это языком цветов! — объяснил я. Иан почти сразу понял, что побудило меня послать Уэгу цветы, и едва не поперхнулся арахисом.
— Больше не надо! — рявкнул Уэг. — Я иду за пивом. — Он пошел к бару.
— Я хотел это сказать языком цветов, — виновато повторил я.
Засигналил мой телефон.
Это Ханна прислала сообщение.
«СПАСИБО ЗА ЦВЕТЫ. И ВСЕ ЖЕ ПРЕКРАТИ ДОСТАВАТЬ МЕНЯ. ЭТО НЕНОРМАЛЬНО. ЖИВИ СВОЕЙ ЖИЗНЬЮ».
— О Боже! — воскликнул я. — Это же была гениальная идея. Я просто хотел кое-что сказать Ханне, причем языком цветов, а она решила, что я на ней помешался.
— Значит, сначала ты испортил ей свидание, а потом послал цветы, так? Никогда не посылай цветы бывшим возлюбленным. Тебя не так поймут.
— Будем надеяться, что она не узнает про маленького африканского мальчика.
— Какого еще африканского мальчика? Неужели ты послал ей еще и маленького африканского мальчика?
— Нет. Эта идея возникла у меня раньше. Я дал десятку старику, который в младенческом возрасте написал сборник сонетов, и я подумал, что мне тоже бы надо написать сонеты в честь Ханны. Но потом решил, что нет, не буду, нужно придумать что-то получше. И вдруг в газете «Большой вопрос» — кстати, это был уже третий номер, что я купил на этой неделе — я увидел объявление об оказании спонсорской поддержки детям. Я позвонил по указанному номеру и от ее имени дал денег на одного из малышей. В качестве извинения.
— Что случилось? — спросил Уэг, возвратившись к столику.
— Дэнни должен извиниться перед Ханной.
— Да? За что?
— Да так, пустяки, — сказал я, надеясь положить конец разговору о Ханне.
— Дэнни запретил Ханне встречаться с другим парнем, — объяснил Иан. — А потом, когда у них было первое свидание, он увязался за ними и проторчал с ними весь вечер.
Уэг прибалдел.
— Я не увязался, — возразил я. — Меня пригласили. Себ пригласил. Мы с ним неплохо поладили.
— И ты торчал с ними весь вечер? — спросил Уэг.
— До тех пор,
— Ему сказали, чтоб он отвалил, — услужливо добавил Иан.
— Ты преследуешь Ханну? — Уэг вытаращил глаза. — Потрясающе. Среди моих знакомых еще не было преследователей!
— Я не преследую Ханну, — сказал я.
— Ханна думает, что он на ней помешался, — доложил Иан. — Он и ей тоже только что послал цветы.
— Ты преследуешь Ханну!
— Я ведь и тебе послал цветы, придурок. Но это же не значит, что я тебя преследую!
— Ты давай не увиливай от разговора, не переводи стрелки на меня! — заявил Уэг. — Бывшим возлюбленным цветы не посылают! Это может быть неверно истолковано!
— А еще, — вставил Иан, — он от ее имени спонсировал маленького африканского мальчика.
У Уэга отвисла челюсть.
— Нельзя спонсировать африканских мальчиков от имени бывших возлюбленных! Тогда тебя точно не так поймут! Никогда этого не делай! Это неписаное правило!
Уэг глянул на Иана. Тот, закрыв глаза, кивнул в знак согласия.
— Нужно найти тебе подружку, — сказал Иан. — А то ты можешь стать опасен для общества.
Он дразнил меня. А вот Уэг не дразнил. Он думал, что я уже опасен для общества.
— Давайте поговорим о чем-нибудь другом, — решительно сказал я.
И минут через десять-двадцать мы заговорили о другом.
Прошло два дня. Я стал больше времени проводить дома. Не потому, что перестал говорить «да» — просто не так упорно гонялся за возможностями ответить согласием. Ханна злилась на меня, а Иан явно пытался меня напугать, прислав мне кепку со словом «Да». Уэг тоже дулся, и, вообще, я устал от всей этой суеты. Несколько раз мне звонили незнакомые люди, и одного мне почти удалось втянуть в милую беседу, но потом тот потерял терпение и повесил трубку, как и все остальные. К тому же Ханна, судя по всему, получила благодарственное письмо от организаторов проекта «Окажи финансовую помощь ребенку», так как она прислала мне по электронной почте сообщение, спрашивая, не я ли спонсировал маленького мальчика от ее имени. Я в ответном сообщении нехотя признался ей в том, что это действительно сделал я, и спросил, не дать ли денег на другого ребенка, от имени Себа. Ханна сказала нет.
Я бесцельно слонялся по квартире. Зазвонил телефон. Я ответил. Звонивший повесил трубку. Я решил принять ванну.
Интересно, чего надеялся добиться Иан, посылая мне кепку? Неужели он думал, что я сломаюсь под его нажимом? Надеялся застать меня врасплох и вынудить сказать «нет», чтобы потом выскочить из засады и наказать меня, как обещал? Хотя в чем заключается его наказание, он пока так и не сказал. Что ж, я должен всегда опережать его на шаг — тут двух мнений быть не может.
Через час я вылез из ванны и увидел, что в ящике электронной почты меня ждет новое сообщение. Оно было от Тома, работавшего на Би-би-си, Его интересовали мои планы относительно Эдинбургского фестиваля [60] . Намерен ли я поехать туда в августе и, если у меня нет определенных планов, хочу ли поработать в его команде? Ему требовалась лишняя пара глаз — человек, который смотрел бы представления, искал таланты, генерировал идеи.
60
Эдинбургский фестиваль — ежегодный международный музыкальный и театральный фестиваль в г. Эдинбурге. Проводится в августе-сентябре с 1947 г.