Череп со стрелой
Шрифт:
— Ну конечно! Сводные четверки ведь несыгранные! Конечно, их чуть больше, но половина боевых ведьм явно никуда не годятся…
Родион внимательно смотрел на него.
— Это все Гай! Мы с Дианой не разделяем его взглядов! — сказал Аркадий.
— Знаю. Никто не разделяет взглядов Гая… — с непонятным выражением лица подтвердил Родион. — Еще вопрос, последний. Кто первым заметил шныров в торговом центре и настучал? Ты или Диана?
Аркадий выпрямился. Это была сама статуя негодования.
— Как ты мог подумать?! Выброси из головы!
Родион
— Эй! Знаешь, сколько это стоит?
— Повторяю вопрос: кто вызвал берсерков? Ты или Диана?
Аркадий с сожалением потрогал болтающуюся нитку.
— Не я и не Диана, но мы… и… э… есть определенные правила игры. Ты можешь их не разделять, но вынужден придерживаться. При этом мы действительно не друзья Гая. И тем более Тилля! Поверь мне!
— Да верю я. Я доверчивый! — устало кивнул Родион.
— Правда? — обрадовался Аркадий. — Так что же? Едем? У нас с Дианой большие планы на вечер!
— К сожалению, не могу! — в голосе Родиона действительно было сожаление.
— Почему? — озабоченно переспросил Аркадий. Все-таки он был очень умен, потому что сразу посмотрел на руку Родиона, уже сжатую в кулак. — Не советую, — предупредил он голосом, с которого мгновенно слетела всякая шелуха отеческой ласки. — До сих пор ты не переступал эту грань! Слова я потерплю, но это едва ли!
— И что будет, если переступлю?
— Авансы сразу прекратятся.
— И чем же вы меня авансировали? Деньгами? — заинтересовался Родион.
Руку он расслабил и теперь внимательно изучал костяшки. Тер их большим пальцем левой руки, точно на них налипла грязь.
Аркадий поморщился:
— Деньги — это мелочи, бумажное проявление заботы. Мы авансировали тебя вниманием, доверием, дружбой, если ты способен поверить… Не надо думать, что все ведьмари одинаковы. Я, Диана, еще кое-кто — мы другие. Мы допускаем многообразие, а твои шныры — нет. Мы дарим — они лишь забирают. Не кусай протянутую тебе руку!
— И именно поэтому вы глотали все обиды? Что вы добрые? — уточнил Родион.
Аркадий развел руками:
— Мы относились к этому с пониманием. Ты был как затравленный мальчик, видящий повсюду врагов! Что ж, это тоже стадия, которую нужно пройти. Марсианский десантник, который целится в божью коровку, считая ее смертельно опасной!
— Про десантника — это слова Дианы. И про затравленного мальчика тоже. Она правда очень старалась, чтобы мне было хорошо, — послушно признал Родион.
— Ты действительно так считаешь? — обрадовался Аркадий. — Так значит, ты с нами?
— Да с вами я, с вами. Есть только одна сложность… можно сказать, проблема… — Родион посмотрел на то место, где недавно упала девочка. Он почти ненавидел ее. Хотелось шею ей свернуть. И зачем она притащилась в этот магазин? Если ты калека, так сиди дома!
Лицо Аркадия приняло недоверчиво-радостное выражение:
— Какая сложность?
— Небольшая. Я САМА, — сказал Родион.
В
Глава шестая
Сводные четверки
— Ой, птички какие хорошенькие! За нами летят!
— Это вороны. Они ждут, пока мы сдохнем!
Кленовый лист, неведомым чудом переживший зиму, летел вдоль дома и ударялся во все без исключения окна. Необъяснимая живая нелепость, трепетная и прекрасная!
— Ух ты! Ул, ты видел? — Рина бросилась к окну.
Ей хотелось коснуться листа через стекло, потому что он был похож на человеческую руку. Протянуть между ними мостик радости. Лист висел на стекле с противоположной стороны, влажно прилипнув к нему и вздрагивая.
Ул, вовремя услышавший ее «Ух ты!», сделал мгновенную подсечку. Рина упала. Ул преспокойно уселся ей на спину, прижав ее к полу.
— Ох, годы мои тяжкие! Все болит, все ноет! Разве что посидишь на чем-то мягком — вот и утешение! — пожаловался он.
— Ты больной?! Пол грязный! — завопила Рина.
— Пол заплеванный, но не грязный… — уточнил Ул. — В любом случае, пока ты падала, помыть его я бы не успел. Я не Денис, и дара ускорения у меня нет.
— Встал! Быстро!
— Хорошо! — терпеливо согласился Ул. — Но когда я встану, обещаешь не бросаться на меня?
— Укушу!
— Пищевые фантазии, чудо былиин? Ну ладно, кусайся! Только сперва потрогай свой листик, но не рукой, а… хм… ну хоть бы этим! — Ул сунул ей обломок швабры.
Все еще готовая порвать Ула в клочья, Рина недоверчиво ткнула лист обломком. Лист мгновенно вытянулся, через стекло просочился в комнату и, пробежав по швабре расстояние с пару ладоней, осыпался пеплом. Палка осыпалась с ним вместе, оставив в руке у Рины небольшой огрызок длиной в три шариковые ручки. Взвизгнув, Рина отбросила его.
— Вот так как-то! А теперь шустренько шевелим ножками! Я бы даже сказал, рвем когти, но боюсь вызвать панику! — сказал Ул.
— Зачем?
— Обратная связь. Раз их магия сработала, ведьмари поняли, где мы… Через минуту в этой комнате будет полная стерильность от всего живого! И от нас в том числе.
Схватив Рину за ворот, он торопливо вытащил ее на лестницу. Они успели подняться на один пролет, когда внизу что-то дрогнуло. Запахло кварцем и чем-то таким же медицинским.
— Сбылась твоя мечта! Теперь там идеально чистый пол! Можно на нем спать, можно с него есть — ни одной вредоносной бяки! — сказал Ул.