Чернотроп
Шрифт:
— Всё повторяется, — тихо произнес Сережа. — Вот же олени. Мы снова покинули убежище, оставив в нем оружие.
Братья взяли в руки свои автоматы и ждали команду.
— Неужели пришли? Так быстро? Я думал, у нас есть как минимум пару дней, — Борис повернул голову в сторону Маши. — ПМ у тебя с собой?
— Я даже сплю с ним, — девушка достала из кобуры пистолет и передернула затвор.
— Дай его мне, — протянул руку Борис Валентинович. — Без вопросов, просто дай.
Маша отдала оружие наставнику и снова взяла в руки свой тесак.
Сергей
— Следи за ним, — несмотря на жену, приказал смотритель. — Он может быть с ней заодно.
Конечно, Сергей так не думал. Никаких общих планов со Светой у Миши быть не могло. Парень сказал это, потому что хотел оставить Машу в комнате. Возможно, это спасет ей жизнь при неудачном раскладе.
Сашка попытался смотреть сквозь заколоченные окна, но ничего не было видно. Тогда Пашка сбегал на второй этаж и глянул вниз из-за шторы. Нет. Ничего не видать. Дождь, темнота и только чьи-то ноги виднелись из-под ржавой крыши крыльца. Звучит, конечно, громко. Две трубы и навес, по неизвестной причине еще не сгнившие. Сергей сначала даже хотел его снести от греха подальше, но близнецы отговорили. Мол, проверили, конструкция еще крепкая и простоит немало времени. Пашка спустился на первый этаж и шепотом рассказал друзьям об увиденном:
— Стоят у входа. Не знаю кто, видать только ноги.
— Сколько их? — уточнил Борис Валентинович.
— Ног или человек? — не врубился Пашка.
Борис машинально улыбнулся, но улыбка на лице скривилась и была больше похожа на оскал гиены.
— Если ног, то я видел три, — продолжил Пашка.
— Значит, двое, — решил Борис. — А дальше, никого не было?
— Не видать, — почесал спину Павел об дверной косяк. — Темно ведь, как у этого самого... И дождь льет.
В дверь снова постучали. Теперь уже не только ногой, но и, видимо, чем-то металлическим. От неожиданности Борис вздрогнул, но собрал всю волю в кулак и подошел к входу.
— Кто там? — громко спросил Борис Валентинович, стараясь сделать голос как можно грубее.
— Свои, открывайте, — ответили снаружи знакомым мужским голосом.
— Это мы, Борис Валентинович, — подхватил второй голос, похожий на девичий.
Наставник глубоко вдохнул и медленно выдохнул. Снял со скоб деревянный засов, умело сооруженный братьями, и быстренько повернул ключ. Братья направили стволы автоматов и приготовились к стрельбе. Дверь открылась, и друзей ослепил свет фонаря.
— Это мы, не стреляйте, — добрым голосом произнес незнакомец и направил свет фонарика на своё лицо.
На крыльце стоял Антон Лопатин по прозвищу Лопата. Рядом с ним дрожала от холода Ю.
— Пустите погреться? — произнесла девушка, стуча зубами. — Промокла насквозь.
***
Перед очагом на перевернутом ведре сидела рыжеволосая девушка, укрывшаяся в одеяло. Над ней на длинной верёвке, натянутой от одной стены до другой, сушились мокрые джинсы и курточка. Возле самого огня на кирпичах
— Как я рада тебя видеть! — не успокаивалась Мария.
После неожиданного ухода подруги Маша сначала на нее обиделась за то, что как следует не попрощалась. Увидев же Ю снова, тут же про все забыла и бросилась обнимать.
— И я рада, — тихонько, без эмоций ответила Ю и, увидев немую реакцию Маши, добавила: — Нет, правда, рада. Просто плохо себя чувствую, может, простудилась?
Мария подошла к подруге и потрогала ее лоб рукой. Затем нагнулась и коснулась его губами.
— А это еще зачем? — удивилась Ю.
— Не знаю, мама всегда так делала, когда проверяла температуру тела, — ответила Маша. — Вроде не горячая. Если хочешь, то ляг на третий диван. Ребята переночуют наверху.
Мужчины сидели за столом. Громко беседовали и гремели кружками. У Антона в рюкзаке оказалась еще одна бутыль, которую благополучно всем и разлили.
— Я вспомнила про их день рождения и не могла не прийти. — Ю перебралась на диван.
— Ага, и подарок братьям явно понравился, — засмеялась Маша.
— Какой подарок? — Ю подняла над подушкой голову и посмотрела на стол. — А это... Это не подарок... Не знаю, откуда она у Антона. Мы принесли...
Девушка встала и хотела подойти к своему рюкзаку, но, вспомнив, что она без одежды, быстренько села обратно и прикрылась еще больше одеялом. Маша поднесла ношу и поставила возле ног.
— Да где же он? — проворчала Ю, вороша свои вещи в рюкзаке. — А вот.
Девушка достала старый фонарик и обратилась к близнецам:
— Я не умею говорить красивых речей и всяких там пожеланий, какие обычно произносят в таких случаях, в общем, вот... Теперь он ваш.
— Фонарь? — спросил Сашка. — Вещь, конечно, нужная, стало рано темнеть, и с ним гораздо спокойнее. Вот только...
— Что? — развела руками Ю.
— На кой он нам без батареек? — поддержал брата Пашка. — А если даже они в нем есть, то это же ненадолго.
— Этот фонарь не как мой, — присоединился к поздравлению Лопата. — Вместо батареек — динамо. Жмешь на ручку, и он светит.
Антон взял в руки подарок, нажал на железный рычажок несколько раз, фонарь зажужжал, и лампочка внутри него засветилась тусклым светом.
— Отличная вещь, — добавил ветеран. — Можно доработать, заменив лампу на светодиоды. Тогда, по идее, светить должен ярче.
***
Друзья продолжили разговоры, шутили, вспоминали жизнь до зомби-эпидемии. Лишь один Сережа молчал и с серьёзным видом смотрел на Лопату.
— Что-то не так? — не выдержал и спросил Антон молодого смотрителя.
Все замолчали и ждали ответ Сергея.
— Антон, ты когда-нибудь убивал людей?
Вопрос Сережи был для всех неожиданным. Каждый думал об этом, но никогда не говорил вслух.
— А что? — ответил вопросом на вопрос мужчина.
— Убивал или нет? — настоял слегка опьяневший парень.