Чёрные Гавайи

Андрижески Дж. С.

— Ты вновь мне доверяешь? — спросила я.

Я видела, как он вздрогнул. Я видела, как его глаза закрылись, когда он остановился надо мной во второй раз, прижавшись лбом к моему лбу. Я почувствовала, как жар в нём усиливается. Я чувствовала, как мой страх воздействует на него, как он пытается успокоить мой свет, вплетаясь в него и желая защитить.

— Ты хочешь, чтобы Ник остался в живых, — сказал он вместо ответа.

Я напряглась.

Потом, когда он не продолжил, я попыталась собраться с мыслями.

Я заставила

себя серьёзно подумать о том, что он сказал.

Я боялась сказать ему правду.

— Ты не обязана мне ничего говорить, док, — хрипло сказал Блэк. — Это был не вопрос. Я знаю, что он нужен тебе живым. Я чувствую это. Ты действительно веришь, что он вернулся, что Ник, которого ты встретила в России — это твой друг Ник из прошлого. Я это чувствую. Ты думаешь, что новорождённый Ник… «Наоко» Брика… мёртв.

Я кивнула, ощутив странное облегчение от его слов.

— Да, — сказала я.

— И ты абсолютно уверена в своей правоте? — спросил Блэк по-прежнему хриплым голосом. — Это не просто принятие желаемого за действительное? Это не просто то, во что ты хочешь верить?

Я почувствовала, как мои челюсти напряглись, когда я подумала об этом.

Я заставила себя подумать об этом, по-настоящему подумать.

Я вспомнила Ника в России.

Я вспомнила его с Даледжемом… с моей собакой.

Я вспомнила выражение его лица, его манеры, стыд, который я чувствовала от него, хоть он и был вампиром. Я вспомнила его ревность, когда он думал, что Даледжем флиртует со мной.

Я вспомнила ту ненависть к себе, которую я видела в нём, когда он смотрел на меня.

Я вспомнила, как он едва мог смотреть мне в глаза.

— Я уверена, — ответила я.

Мой голос звучал твёрдо.

Он звучал со стопроцентной убеждённостью.

Помолчав, я добавила, обдумывая это:

— Даже странно, насколько всё было ясно, когда я находилась с ним, Блэк. Я была в ужасе, когда впервые увидела его… напугана до смерти, бл*дь. Но даже при том, клянусь Богом, он боялся меня ещё больше. Он не хотел приближаться ко мне. Он определённо не хотел прикасаться ко мне. После того, как я поговорила с ним и понаблюдала за ним с Джемом, создалось впечатление, что другой Наоко просто… исчез.

Продолжая думать об этом, я нахмурилась, вспоминая.

— К тому времени, как мы покинули Россию, — продолжала я. — Я почти забыла, что Ник и Наоко — это один и тот же мужчина. Он снова стал Ником. Я имею в виду, он вампир, но вампирские штучки — всего лишь деталь. Честно говоря, мне более странным показалось его поведение с Джемом. И то, как он изменился, хотя был точно таким же Ником, которого я помнила, почти во всех других отношениях.

Блэк ответил не сразу.

Он замер, не двигаясь.

Затем, кивнув, он медленно выдохнул.

— Значит, он мёртв, — сказал Блэк странно деловым тоном. — Новорождённый Брика мёртв.

Если ты можешь принять это… я тоже могу принять это. Я не имею права этого не делать.

Наступило молчание.

Я чувствовала, что он ещё не закончил.

Я осязаемо чувствовала это, поэтому просто смотрела на него, затаив дыхание.

— Мири, — сказал Блэк, и его золотые глаза снова сфокусировались на мне. — Если он когда-нибудь вернётся… если я когда-нибудь увижу того другого Ника… того вампира, Наоко… снова, я убью его. Я не буду перед этим спрашивать тебя. Возможно, я даже не скажу тебе, что собираюсь это сделать. Я просто убью его, Мири.

В моём горле встал ком, когда я посмотрела на него.

Мне не нужно было спрашивать его, всерьёз ли он.

Я медленно переваривала его слова.

Затем я осознала, что киваю, почти не понимая своего намерения.

— Я понимаю.

— Понимаешь ли?

— Я не говорила, что мне это нравится, — сказала я чуть резче. — Но я понимаю. Ясно, что ты говоришь всерьёз, и я понимаю, почему… чтобы защитить нас обоих, не говоря уже о твоей команде.

Всё ещё размышляя, я добавила:

— Даледжем влюблён в него.

Почувствовав реакцию в свете Блэка, я подняла голову, изучая его глаза.

— Я подозреваю, что тебе придётся пройти через Джема, — предупредила я его. — Возможно, тебе придётся убить Джема. Он определённо будет представлять для тебя угрозу, как во время, так и после.

Когда Блэк не ответил, я продолжила тем же тоном:

— У меня такое чувство, что эта история с ними… с Ником и Джемом… никуда не денется, Блэк. Я не знаю, как вампиры образуют пары, но такое ощущение, что они теперь вместе. Это похоже на то, какими бывают видящие, когда они вот так вместе. Это похоже на нас с тобой… на то, какие мы вместе.

Выражение лица Блэка не изменилось.

Сначала мне показалось, что он обдумывает мои слова.

Потом я поняла, что он не думал о них.

Он услышал меня.

Он прекрасно понимал меня.

Просто это никак не меняло то, что он чувствовал.

Это никак не меняло то, что он обещал сделать с Ником/Наоко.

Глядя на лицо моего мужа, чувствуя эти жёсткие нотки в его свете, я не могла не задаться вопросом, то ли это стопроцентно Блэк посылал мне это сообщение, или Корек тоже высказал своё мнение по проблеме Ника.

В любом случае, я почувствовала, как что-то в моей груди расслабилось.

Отчасти это было из-за Ника, конечно.

Ник получил помилование… по крайней мере, пока что.

Но дело не только в этом.

Как бы эгоистично это ни было, Ник даже не являлся главной причиной моего облегчения.

Большая часть этого облегчения была вызвана тем, как свет Блэка ощущался вместе с моим.

Я снова почувствовала Блэка вместе со мной.

Я действительно чувствовала его со мной.