Чёрные Мстители
Шрифт:
выдержит даже взрослый мужик, а ведь она совсем еще юная девушка...
При помощи Тани Маша поднялась на ноги, осмотрелась и тщательно ощупала свои ребра и голову - кажется, все цело.
– Идиоты!
– прошептала она.
– Двадцать бугаев не могли одну девку убить!.. Вот только нога теперь... Далеко не убежишь...
Покрытая ранами правая нога Маши опухала. Таня сейчас же разорвала свою рубашку и ловко перевязала сестре ногу. Но при новой попытке двинуть раненой ногой Маша сильно побледнела и свалилась
Придя в себя и увидев перед носом морду коня, Маша удивилась:
– А это еще что такое?
Таня скупо рассказала о стычке.
– Молодец, Таня, здорово!
– похвалила Маша сестру.
– Именно так с этими большевиками и нужно.
Таня счастливо улыбнулась. Она помогла Маше стащить одежду и выжать ее.
Но как быть дальше? Гнаться сейчас за буденновцами - дело совершенно безнадежное, тем более, что каждую минуту красные могли хватиться отставшего бойца и начать поиски. Идти пешком не давала Маше больная нога...
Немного подумав, она решительно скомандовала:
– На коня!
Преодолевая мучительную острую боль, при помощи сестры Маша взобралась в седло. Таня уселась у нее за спиной.
– Ну, а теперь вперед!
– твёрдо сказала Маша.
– Загони коня, но доставь меня к нашему полковнику живой или мертвой. Если буду стонать или кричать, не обращай внимания. Только держи крепче и не давай падать.
– Хорошо, Маша!
– Таня поняла, что от быстроты бега сейчас зависит жизнь несчастной Кати, попавшей в руки свирепых большевиков. Она изо всей силы хлестнула и без того горячего коня плетью. Тот бешено рванулся вперед. Маша скрипнула зубами от отчаянной, жестокой боли. И они лихим карьером понеслись вдоль Днепра к броду.
Желтая Луна бледнела. Ночная прохлада таяла, растворяясь и отступая в таинственную лесную глушь.
Далеко за Днепром вихрилась серая пыль. Словно горячая пуля, пущенная вдаль из нагана, буденновский боевой конь бесстрашно летел по бескраней степи навстречу жестокому ветру, взбивая траву копытами и раздувая большие ноздри. Левой рукой Таня поддерживала раненную сестру, правой нахлестывала коня и пронзительно кричала на всю огромную степь:
– Гей! Давай! Гей!..
Глава 13. Нечистая Сила.
В то время как девушки мчались в лагерь Деникина, командарм Буденный нервно ходил взад и вперед по поляне. Он был взбешен до последней степени: какой-то мальчишка-молокосос так ловко водил за нос грозного командарма, что его армия в результате дважды подряд оказалась жестоко битой. Это ли не конфуз! На сей раз мнимый сын красного комиссара захватил важную переписку Буденного с командующими других армий и план общего наступления. Если проклятый беглец не будет схвачен, и бумаги попадут к белым, провал этой кампании становится почти неизбежен.
Буденный, словно дикий безумный
– Скорей позвать командира!
– нетерпеливо крикнул Буденный, хлестнув по спине подвернувшегося адъютанта.
– Я здесь, товарищ командующий!
И молодой командир отряда вытянулся перед Буденным, взяв под козырек.
– Бумаги! Подай сюда бумаги!
– потребовал командарм, протягивая руку.
– Бумаг нет, - дрожа всем телом, ответил побелевший командир.
– Что ты сказал? Нет?!
– медленно проговорил командарм, глядя прямо в глаза подчиненному. Волчьи зрачки его сверкнули бешенно, вспыхнули и остановились.
– Еще раз повтори то, что ты сейчас мне сказал...
Лицо у командира стало еще белее.
– Бумаг нет, товарищ командующий, - повторил он. И вдруг упал на колени.
– Прости, отец родной! Прости! Не губи!..
– Расстрелять.
– Быстро проговорил Буденный - так, словно печать поставил. И отвернулся.
Тут же, словно из под земли, выросли два красноармейца. Они проворно разоружили бывшего командира. Тот ткнулся лицом в сырую траву и попытался руками поймать голенища безжалостного командарма.
– Не губи, отец!
– в голос кричал он.
– Не губи! Не виноват не в чем!.. Под пули шел!.. Крови своей не жалел!..
Проворно возник откуда-то мрачный одноглазый буденновец с маузером в руке - угрюмый исполнитель жестоких решений своего начальника. Приговоренный к смерти, повернул голову и узнав его, задрожал всем телом. Несчастному скрутили за спиной руки и, не обращая никакого внимания на его мольбы и слезные причитания, словно щенка потащили в лес.
Буденный стоял молча, опустив голову. Он глубоко задумался и, казалось, не замечал вообще ничего вокруг. Не пошевелился он и тогда, когда из лесу до него долетел негромкий и равнодушный звук выстрела - командарм словно и не услышал его.
Один из красноармейцев принес на руках окровавленную Катю и бросил ее к сапогам командарма Буденного - как победный трофей боевой экспедиции.
При виде неподвижного тела девушки командарм нахмурился:
– Вы, что прикончили его? Я же приказал доставить живьем!
– Хиба ж я знаю? Може, сдохла, а може, и живая, - спокойно возразил красноармеец, - я ж не дохтур...
– Та-а-ак, - зловеще протянул Будённый, разглядывая бледное лицо Кати, - если этот змееныш окажется мертвым, ровно половину вашего отряда каждого второго, поставлю под пулемет.
– Та воны ж настоящие черти!
– оправдываясь, проговорил буденовец. Двое сучек семерых бойцов угробили та трех поранили.
– Почему сучки?
– не понял Будённый.
– Так то ж девки, Семен Михайлыч!