Честь Девлина

Брей Патриция

— Это Стивен, младший сын Бринйольфа, барона Эскера и леди Геммы, чья мать происходит из далекого Сельварата. Стивен — певец и сказитель, — проговорил Девлин, коснувшись рукой менестреля, чтобы обратить на него внимание Ниши.

Хозяйка склонила голову.

— Стивен, добро пожаловать в мой дом.

— А это Нильс Дидрик, лейтенант стражи в Кингсхольме. Его отец Ларс и мать Бренна — пекари в королевском дворце.

— Нильс, — повторила Ниша, не приглашая, впрочем, офицера войти. — А твое имя?

— Меня зовут Девлин. Другого

назвать не могу, потому что я лишен родичей и ремесла. Мое имя не несет никакой силы.

Ниша с достоинством посмотрела на него.

— Я знаю, кто ты. Больше никто не отправился бы в путь в такой компании. Именно тебя называют Генерал, и ты поклялся защищать наших угнетателей.

Дидрик явно оскорбился.

— Да, — ответил Девлин. — Меня называют Избранный.

Ниша кивнула. Потом протянула руки вперед ладонями вверх.

— Нильс, Девлин. Добро пожаловать в мой дом.

Сначала воин не поверил своим ушам. Потом низко поклонялся, смущенный ее щедростью к тому, кто не сможет отплатить ей.

— Ваша доброта делает вам честь.

Стивену было тепло. Тепло и сухо. Он наслаждался этим ощущением, протягивая ноги поближе к неярко горящему огню. Девлин сказал, что топят здесь торфом, что бы это ни значило. По виду топливо напоминало глину. В любом случае в домике уютно. Обхватив обеими руками кружку с горячим чаем, Стивен поднес ее к губам и сделал еще один глоток. Приятно горчащая жидкость разлилась по телу, прогоняя стужу. Музыкант удовлетворенно вздохнул.

Ему казалось, что он попал в прекрасный сон после долгого кошмара. Весь день они ехали под дождем, и пальцы рук и ног постепенно немели от холода. Менестрель мечтал о тепле, представив сначала отцовский дом, а потом гостиницу из тех, что попадались вдоль торгового пути. А теперь им встретился этот домик. Облегчение сменилось было ужасом при мысли, что их прогонят прочь. Потому что, хотя Девлин и говорил на торговом наречии, Стивен не понимал сути разговора. Казалось, будто между Избранным и женщиной по имени Ниша разразилась какая-то неразрешенная ссора, притом что они никогда не виделись раньше.

А потом враждебность исчезла за одно мгновение, и их пригласили внутрь. Брата хозяйки отправили помочь Девлину и Дидрику отвести коней в стойло, а Стивена повели в комнату, сняв с него промокший плащ и сапоги. Завернув в одеяло и дав кружку чая, ему велели сидеть у огня, покуда не согреется. Когда Девлин и Дидрик вошли в дом, их тоже устроили поудобнее, хотя и с меньшим радушием.

— Чай есть еще, менестрель Стивен, — проговорила Ниша, заметив, что гость осушил кружку.

— Спасибо, мне пока больше не надо, — отозвался тот. — И, пожалуйста, зовите меня просто Стивен.

Хозяйка дома кивнула и снова повернулась к доске для резки. Нож ее так и мелькал, разрезая клубни на мелкие кусочки.

По деревянной лестнице застучали сапоги, и в кухню вошел ее брат Фейлим.

— Я положил

пару тюфяков в своей комнате для твоих гостей.

— Хорошо, — отозвалась Ниша. — После обеда мы устроим там постели. Так сказителю будет удобнее.

Фейлим кивнул. Более худощавый, он выглядел старше сестры и все же явно подчинялся ей.

Стивен вспыхнул, удивляясь, что такого он сделал, чтобы заслужить особое гостеприимство. Может быть, это оттого, что Девлин назвал его сыном барона? Но это было бы странно, потому что каждому ясно, что Избранный выше его по положению.

— Я не хочу обременять вас…

— Это честь — принимать тебя в моем доме, — поправила его женщина. На мгновение она напомнила Стивену мать, и он с трудом подавил желание ответить: "Да, мадам".

Менестрель откинулся на спинку стула, пытаясь не обращать внимания на ухмылку Девлина.

— Я хочу пожарить с этим колбаски. Барашек, которого мы выторговали у Меган, дочери Шейны, лежит в овощном погребе, — сказала Ниша.

— Я принесу его. — Фейлим двинулся к двери, накидывая темный шерстяной плащ. — Но после того, как покормлю животных. Уже почти ночь, так что они изголодались.

Дверь открылась, и холодное дуновение ветра напомнило Стивену, как хорошо быть под крышей, а не мокнуть под дождем. Потом дверь захлопнулась.

— Что ж, расскажи мне, что привело тебя к моей двери этим ненастным днем?

Ниша смотрела на Стивена, однако ответил ей Девлин:

— Мы направляемся в Килбаран. — С того момента, как они вошли в дом, это были его первые слова.

Хозяйка покачала головой.

— Эти двое не знают наших мест, и тебе следовало поступить разумнее. Отчего ты решил проехать старой дорогой по такой погоде?

— Мы торопимся, — ответил Девлин, со значением посмотрев на Стивена, призывая его не говорить лишнего.

Менестрель, поймав его взгляд, кивнул, хотя и вскипел от злости. Неужели Избранный считает его совсем ребенком? Уж на то, чтобы не выкладывать все их тайны первому встречному, у Стивена как-нибудь хватит ума.

— Вам повезло, что я пустила вас под свой кров. Иначе пришлось бы провести мокрую ночь среди вереска.

— Ваша доброта делает вам честь, — снова сказал Девлин.

Он повторил фразу, произнесенную раньше, а Стивен все не мог понять, что его друг имеет в виду. Создавалось впечатление, что Девлин всеми силами старается не благодарить Нишу.

— Мы признательны вам за гостеприимство, — проговорил Стивен, а потом добавил на кейрийском: — Я у вас в долгу.

Ниша рассмеялась. Не такой реакции он ожидал.

— А что, если я потребую выполнения этого обещания?

"Интересно, что я такого сказал?" — подумал менестрель. Неужели он так плохо говорит по-кейрийски?

— Он не понимает, — быстро проговорил Девлин, поднимаясь на ноги и становясь между хозяйкой и Стивеном. Ниша повернулась к наименее желанному из гостей.