Четыре грани финала
Шрифт:
— Приветствую, э… — он вновь повернулся ко мне, но теперь я поклонилась и вежливо ответила:
— Сатен Рюко.
— А, — он смерил меня задумчивым взглядом. — Я думал, Разрушитель Барьеров внутри какого-то парня.
— Это я, — сообщил Тома.
— О. В таком случае прошу прощения… — Мордевольт двинулся было к Томе, но затем уставился на модель города и застыл. А через пару секунд взглянул на Комое-сенсей и нахмурился.
— Девочка, вы… ээээ… какой-то научный гений? — спросил он.
— Нет, благодарю, — улыбнулась ничуть не обидевшаяся Комое-сенсей. —
— А, тогда приветствую, коллега, — Мордевольт вновь протянул было руку, вновь посмотрел и вновь спрятал за спину. Взглянул на Тому, на город, на Комое-сенсей, на меня и, зачем-то, на Порри.
— Профессор, — тот же посмотрел в сторону ворот. — Похоже, сейчас начнётся выставка.
— Уже? — Мордевольт с видимым сожалением взглянул на нас. — Простите, я должен буду произнести речь. Э-э, мистер Перри… вы не знаете, какую именно речь?
— Знаю, профессор, я написал её для вас…
Они отошли к Трубе — и капюшон с халатом опять обменялись цветами. А спустя где-то минуту двери открылись, и внутрь повалил народ.
Я аж сделала пару шагов назад, однако народ повалил удивительно организованно и мигом распределился на небольшие группки, причём в большинстве своём посредине зала, экспонатами заинтересовались лишь единицы. Камеры репортёров и вовсе были повёрнуты куда угодно, но не в сторону участников.
— Я вот подозреваю, что весь наш смысл — быть приманкой для этого будущего нападения, — пробормотал Тома.
— Не надо так, ребята, — однако упаднический тон Комое-сенсей скорее соглашался. — Объединение магии и науки, равно как и крупнейших институтов по их изучению, действительно важная тема.
Мордевольт начал читать речь по бумажке о том, как его террористические действия привели к лучшему миру для всех нас (и как он нисколько это не одобряет и не рекомендует повторять, ибо питаться пюре и скрываться от спецслужб только звучит весело), но никто его особо не слушал. Все ждали нападения, даже синие и красные охранники разноцветными парочками рассредоточились по залу и угрожающе присматривались к чужим бокам. Дамблдор не пытался разбавить ситуацию — его вообще не было видно какое-то время, лишь затем он выскользнул из толпы и остановился неподалёку от нас.
— Простите за возможную скуку, — улыбнулся он; речь Мордевольта перехватил Порри, но успеха это не добавило.
— Плана эвакуации-то нет? — рискнула спросить я; Дамблдор посмотрел на меня, но спокойно ответил:
— Я понимаю, что все ждут какой-то атаки, но мы всерьёз подготовились к подобному. Будьте уверены, ничто вам тут не грозит.
— Я тоже надеюсь, — Мордевольт вынырнул из толпы и сразу подошёл к модели города. — Этот террорист схожестью наших имён подпортил мне немного крови. Приходилось как индюк на свиноферме доказывать, что мне приписывают множество его… ээээ… деяний.
— Как и ему ваши, — заметил Дамблдор, но профессор лишь дёрнул плечами.
— Мои действия были направлены на то, чтобы показать обществу всю глубину его заблуждений
— Он тоже думает, что его теория открывает дорогу в лучший мир, — Дамблдор явно говорил это не впервые. Мордевольт же лишь отмахнулся.
— Не будем об этом. Лучше объясните, — он склонился над макетом. — Как ваши ветряные устройства вырабатывают столько энергии для поддержания жизнеспособности города и его суперкомпьютеров? Я в своё время ради развлечения делал умозаключения, и числа совершенно не сходились…
Комое-сенсей начала объяснять, что они используют силы эсперов для лучшего сбора и накопления, а Академия-сити ещё и построен в месте возникновения розы ветров; Мордевольт слушал, кивал, а в какой-то момент вынул электронную книгу и начал записывать разговор.
Я слегка заскучала. Порри начал привлекать внимание к своей машине, остальные участники тоже пытались заявить о себе, я вроде бы услышала голос Гермионы… но большинство зрителей ждали нападения. Даже уловила возмущённое «ну где эти террористы, я не могу простоять весь день просто так, не заложником». Похоже, англичане от жизни в стране, где действуют одновременно Хогвартс, Первертс и ещё не пойми что, весьма закалились.
— Занятно, занятно… — всё ещё кивал Мордевольт; Дамблдор рядом с нами тоже прислушивался к лекции. — А скажите мне…
Молнии ударили с потолка, разрывая на части стаи летающих свечей, прошлись над головами посетителей и впились в стены; по всей территории начали открываться ярко-голубые порталы и из них выпрыгивать фигуры в тёмных капюшонах и масках на лице. Слуги Волдеморта, Пожиратели Смерти.
— Никому не двигаться! — проорал кто-то в толпе. — Вы все взяты в заложники за участие в ритуале осквернения магии, чистой крови и тёмного образа нашего Лорда!
Дамблдор в ответ лишь шевельнул палочкой, и несколько ближайших фигур мигом рухнули, сладко захрапев. Люди оживлённо зашевелились, репортёры начали вспышками камер ослеплять нападавших, а охрана двинулась к ним, хищно всматриваясь в бока.
— Надеюсь, всё не закончат совсем уж быстро, — услышала я ещё один комментарий из толпы. Тома напряжённо всматривался в происходящее, а вот Мордевольт даже ухом не пошевелил. Как и носом, и глазом, и пальцем, настолько напряжённо он вслушивался в рассказ также увлекшейся Комое-сенсей.
Дамблдор опять нацелил палочку, но следующий портал открылся рядом с ним. Маг успел среагировать, ткнул в его сторону — и я абсолютно чётко услышала:
— Квинтэссенция!
Палочка вырвалась из его руки, окуталась небольшим ореолом электрических разрядов — и нырнула в сразу же закрывшийся портал, хотя Дамблдор попытался перехватить её. Помедлил он совсем недолго, а затем быстро зашагал в сторону, а я осталась охуевать от происходящего.
Палочку-то Дамблдор найдёт и всех положит, это вне сомнений. Но то, что его Бузинную палочку вот так просто украли…