Читер
Шрифт:
— Черт! — рявкнул он.
Аня лежала на больничной кровати в светлой комнате поклеенной салатовыми обоями и глядела в потолок. На ней был синий спортивный костюм. Она ждала, когда ее вызовет медсестра на процедуры. В комнате кроме нее было еще две пожилые женщины. Они о чем-то своем разговаривали у окна.
Дверь в палату открылась, но вошла не медсестра. Зашла невысокая женщина в синих джинсах и темно-фиолетовой блузке. В правой руке она держала небольшую красную сумочку. У нее было очень симпатичное лицо. Соломенного цвета волосы были зачесаны вбок и назад так,
— Здравствуйте, вы должно быть Зощенко Анна Константиновна? — сухо спросила вошедшая, кинув первый взгляд на лейкопластырь у Ани на подбородке.
— Да это я, — немного шепелявя, ответила Аня, приподнявшись на кровати.
— Я следователь Анастасия Порикова. Пришла с вами поговорить о том, что произошло у вас этой ночью.
— О, Господи. Они бы еще школьницу сюда прислали, — фыркнула Аня.
Служительница закона это услышала и даже обиделась, но постаралась не подавать вида. Она знала, что из-за того, что она совсем недавно закончила академию, ей не давали ни одного серьезного дела. Да и люди, с которыми ей приходилось общаться, не воспринимали ее должным образом.
— Не думаю, что мой возраст будет существенно влиять на ход расследования, — спокойно ответила следователь.
Анна ничего не сказала.
— Как вы поняли — мне передали ваше дело. Я уже успела побывать у вас дома — осмотреть место преступления. Теперь мне нужно знать вашу версию событий, — продолжила общение Анастасия и положила на пустую соседнюю кровать свою сумку.
— Да какая там версия! — вскипела Аня, — Этот придурок синяками отделался, а у меня ребра сломаны! — при этих словах соседки по палате обернулись к ним.
— Вот и помогите нам найти того, кто это сделал. И так….
Повисла пауза. Анна словно собирала мысли, разбросанные в ее голове.
— Поздно вечером, — начала пострадавшая, — мой муж засел на кухне за своими бумажками, — рассказчица сделала выдох, — он был подвыпивший. Мы начали сориться по этому поводу….
— Насколько он был „подвыпивший“ и как давно ваш муж пьет? — перебила Настя.
— Да от куда мне знать…. Со школы еще.
— Хорошо, продолжайте.
— Я не знаю, как, но в нашей квартире оказался парень очень похожий на моего бывшего одноклассника. Он начал бить меня и Андрея. Потом он увидел нашу дочь Полину и перестал….- женщина замолчала, о чем-то задумавшись.
— Дальше, пожалуйста, — подтолкнула Порикова Анну к беседе.
— Потом он сказал „Воспитайте хорошего человека“ и ушел.
— Он вышел через входную дверь? — спросила Настя.
— Нет…. Н-н-не помню, — отрезала Аня.
— Расскажите, как он вышел из вашей квартиры? — допрашивалась служительница закона.
— Он ушел, — буркнула Анна.
— Я поняла. Как?
В этот момент женщины в другом конце комнаты включили телевизор, стоящий на тумбочке у окна. Одна из них принялась переключать каналы, но видимо прием сигнала был очень плох, потому телевизор показывал лишь помехи и громко шипел.
Вдруг Аня резко съежилась на кровати, вцепившись в одеяло, так словно ее ужалила оса.
— Выключите
Настя, обеспокоенная поведением Ани, привстала с места. Она растерялась от этой непонятной паники.
Соседки по палате тоже озадаченно обернулись к кричащей Анне.
Валерий Петрович зашел через небольшую дверь у окон в большой спортивный зал. Это был спортзал для сотрудников его компании. Правда, на практике его эксплуатировали только „избранные“. Он находился в центральном здании „Черного золота“. Под ним находился лабораторный блок здания, а выше был пентхаус. Кандидат был, как обычно одет в костюм. Он выглянул, раздвинув жалюзи, за большое окно. Луч света упал ему на лицо. Затем чавкнув, отвернулся.
— Юра. Юра…. Сынок, ты здесь? — кликнул он громко.
Валера пробежал взглядом по залу. Но его поприветствовало только несколько больших серых колон, подпирающих потолок и тренажеры между ними.
— Юрка, блин!
Тут Петрович заметил в дальнем углу зала возле стенки с зеркалами, где находилось несколько тренажеров, купленную им машину. Правда это была не машина, а большой пилотируемый боевой робот. Он походил сейчас на крупного присевшего цыпленка, не имевшего головы. Передняя панель робота была отодвинута и поблескивала металлическим блеском. За ней было пустое кресло пилота.
— Куда ж ты делся? — прошептал Петрович.
В этот момент в конце зеркальной стенки открылась дверь, ведущая в уборную. От туда вышел, пожимая нос, Юра. Он был в кроссовках, спортивных штанах и белой майке. Валерий Петрович, немного успокоившись тем, что нашел сына, спросил его своим хрипловатым голосом:
— Ну, здрасте-пожалуйста. Где это ты целый день пропадаешь? Почему мобилу выключил?
— Я плохо себя чувствовал….- тихонько ответил Юра, отвернувшись от отца.
— Ты мне лучше скажи, как дело с клубом обстоит?
— Нормально обстоит, — парень при ответе взял с опоры для штанги белое полотенце и перекинул себе через плечо.
— Сколько у нас будет товара?
— Достаточно, что бы обеспечить твои выборы, — грубо ответил Юра и добавил, — я иду в душ.
Он уже было направился в сторону душевой, но Валера схватил его за майку, чем и остановил.
— Когда батя тебя спрашивает — надо отвечать, — чуть шипя, сказал Петрович, — Так, сколько будет товара?
— Тридцать килограмм, — ответил сын отцу, обернувшись, первый раз за разговор к нему лицом.
— Хозяин клуба надеюсь в курсе всех дел? — задав этот вопрос, Валера отпустил сына.
— Разумеется, в курсе.
— Кстати, как этого чебурека зовут то?
— Маслан его зовут, а теперь позволь мне пойти помыться.
— Лады, ступай, но что б вечером контролировал процесс с нашей стороны….
Маша подошла к большому прямоугольному зеркалу, которое висело на стене у нее в кабинете, разбавив собой бездушное отражение офисной комнаты. Она внимательно посмотрела на себя, покрутив в профиль головой и надувая при этом губки. Довольная своим ярко накрашенным личиком и фигурой, скрытой под коротким красным обтягивающим платьем с маленькими синими полосками, она мысленно сказала себе: „Я — готова“.