Чужак

Кларк Саймон

— СНИМИ ЕГО… СНИМИ… НУ!

Микаэла начала стягивать джемпер, и в этот момент вмешался я.

— Отойди к стене.

Удивленная, она отступила и поспешно опустила джемпер.

— ЭЙ, МИКАЭЛА, НЕ СТЕСНЯЙСЯ. СНИМИ ЕГО!

— Стой там! — крикнул я, и, ухватившись за верхний край шкафчика, потянул его на себя. Он подался и с грохотом рухнул на пол. Несколько плиток раскололись. Микаэла посмотрела на меня, как на сумасшедшего.

— ЭЙ, ПРКРАТИ! УБИРАЙСЯ ОТТУДА!

— Слишком поздно, Феникс. Я обнаружил то, что ты пытался скрыть. — За упавшим шкафом скрывалась

массивная дверь. — Надеюсь, выход найден.

— Черт, а если это какой-то переход, ведущий в главный бункер?

— Тогда я просто разнесу этому ублюдку голову. — Ручки на этой двери не было, но зато имелось стальное колесо. Я повернул его и услышал, как внутри стального блока что-то щелкнуло.

— ОСТАВЬ ЕЕ В ПОКОЕ. ВАМ ОТТУДА НЕ ВЫЙТИ!

К черту! Не обращая внимания на голос, я крутил и крутил колесо, и когда мне уже начало казаться, что этой работе не будет конца, внутри щелкнуло еще раз, громче, и на меня дохнуло свежим воздухом.

— Держись рядом, Микаэла. — Я налег на дверь, и она медленно открылась. Помещение, находившееся за ней, было не больше чулана.

Вот дерьмо. Неужели тупик? Нет, не может быть.

Ага. Чулан-то без потолка. Я щелкнул выключателем, и пустоту заполнил свет. Вверх уходила труба наподобие каминной, закрытая вверху крышкой. И туда же, к крышке, уходила металлическая лестница высотой примерно в пятнадцать футов.

Я взял Микаэлу за руку и прошептал одними губами:

— Следуй за мной.

И тут Феникс дал волю гневу. Он бушевал так, как бушевали, наверное, древние языческие боги.

— УБЛЮДКИ! Я ЖЕ СКАЗАЛ ВАМ УБИРАТЬСЯ. Я ОБЕЩАЛ ПРИЩЕМИТЬ ВАМ ЗАДНИЦУ! ВСЕ… ХВАТИТ! ПОЛУЧАЙТЕ!

Я сжался, ожидая взрыва или шипения ядовитого газа. Но произошло другое: Феникс выключил свет. Всего-то. Однако тьма утопила все, полная, абсолютная тьма. Мы словно оказались в гробу, под десятью футами земли.

— О, Боже, — прошептала у меня за спиной Микаэла. — Грег? Я ничего не вижу.

— Вытяни руку. Вот… есть.

— Он отключил электричество.

— Теперь это уже не важно. Следуй за мной. Шагни вперед. Так, нащупала?

— Да.

— Это перекладины лестницы.

— Господи… что он еще задумал?

— Успокойся. Ему нас не достать. Феникс не выползает из своей норы.

— Но…

— Попробуем подняться. Микаэла. Я пойду первым. Ты за мной.

— А если люк заперт?

— Там колесо, как на двери. Замок, должно быть, открывается вручную. Феникс нам помешать не сможет. — Я поставил ногу на нижнюю перекладину. — Поэтому он и забаррикадировал ту дверь. Готова?

— Да.

— Поднимайся не спеша.

В голову уже лезли мысли: падение, ушибы, переломы… Если бы что-то такое случилось на самом деле… нет, об этом лучше не думать. Осторожно, не спеша. Я поднимался по узкой шахте в кромешной темноте. Казалось, она обволакивала меня, словно клубы черного дыма. Можно было сколько угодно напрягать глаза, чтобы увидеть хоть отблеск света, но… света не было. Зато из мрака выплывали фиолетовые черепа, готовы с лохмотьями кожи и мяса и прочие гадости.

Тем временем Феникс перестал орать,

как полоумный. Я знал, что он не смирился с нашим побегом. Может быть, в этой шахте тоже есть камеры ночного видения? Может быть, он вслушивается в доносящиеся до него звуки и ждет вскрика или падения? Как бы ему, наверное, хотелось, чтобы кто-то из нас поскользнулся и рухнул в черную бездну, на бетонный пол.

– Почти добрались, — прошептал я. — Да, почти.

Конечно, я и понятия не имел, сколько еще осталось, но хотел подбодрить Микаэлу. Она была где-то внизу. Иногда, нащупывая перекладину, девушка касалась рукой моей ноги. Один раз я наступил ей на пальцы, но она даже не вскрикнула. Наверное, и ей подъем давался нелегко: наверное, и ей мерещились невидимые, тянущиеся из темноты руки, готовые схватить за лодыжку и сдернуть вниз. Мое сердце колотилось все громче и громче. Тишина действовала мне на нервы. Феникс что-то замышлял. Может быть. Он мог каким-то образом контролировать люк над нашими головами. Если ему удастся закрыть крышку, заблокировав замок, то мы снова окажемся в его власти. И тогда он сможет либо заморозить нас, либо отравить каким-нибудь газом. Но нет, такой исход не соответствовал бы его планам. Мы нужны ему живые и здоровые, чтобы он смог скормить нас тому розовому вампиру. Не исключено, что Феникс воспользуется каким-нибудь наркотическим газом, чтобы подчинить нас своей воле, и тогда мы очнемся в объятиях жуткого желейного монстра, опутанные бесчисленными присосками…

Боже, да кончится ли когда-нибудь эта лестница?

Я продолжал подниматься. Медленно и осторожно. Становясь на каждую перекладину двумя ногами. Не спеша. Не торопясь. Одна ошибка, и ты навеки останешься здесь с переломанными костями. Да и еще и Микаэлу увлечешь за собой.

Затем вернулся голос. Он пришел снизу и устремился вверх по шахте, как лава, извергающаяся из чрева вулкана.

— ЭЙ, РЕБЯТА, ТАМ, ВОЗЛЕ ВАННОЙ, ЕСТЬ ЭКРАН, НЕДАВНО Я ПОКАЗЫВАЛ ВАС ТОМУ, КОГО ВЫ НАЗЫВАЕТЕ УЛЬЕМ. ДОГАДАЙТЕСЬ, КАК ОН ОТРЕАГИРОВАЛ. НУ? — Фениксу явно не терпелось поделиться с нами какой-то новостью.

— ВАЛДИВА, ТЫ БЫ ВИДЕЛ! ЭТО ЧТО-ТО!

Моя голова ударилась о крышку люка.

— РАЗВЕ ТЫ НЕ ХОЧЕШЬ УВИДЕТЬ, КАК ОТРЕАГИРОВАЛА НА ТЕБЯ МОЯ КРАСАВИЦА?

— Давай, Феникс! — Я уперся ногами в перекладину, плечом в люк и ухватился обеими руками за стальное колесо. — Расскажи, что ты увидел.

— ЭТО БЫЛО ЧТО-ТО. ТАКОЕ ВЫРАЖЕНИЕ НА ЕЕ ЛИЧИКЕ Я ВИДЕЛ ВПЕРВЫЕ. КАК ОНА ОБРАДОВАЛАСЬ!

Ну же, поворачивайся. Колесо заскрипело.

— И чему оно обрадовалось, Феникс?

— НЕ ДОГАДАЕШЬСЯ? А ВЕДЬ У ТЕБЯ. ВАЛДИВА, ЕСТЬ СВОЙ МАЛЕНЬКИЙ СЕКРЕТ, НЕ ТАК ЛИ?

— Что же это за секрет?

— ОНА УЗНАЛА ТЕБЯ, ВАЛДИВА. ТЫ ДЛЯ НЕЕ СВОЙ, ТЫ ТОЖЕ ПРОДУКТ УЛЬЯ.

— Пусть будет по-твоему, Феникс.

— ТЫ ВЕДЬ ДАЖЕ НЕ ЧЕЛОВЕК, ВАЛДИВА.

— Неужели? — Колесо повернулось на четверть оборота. Щелкнуло. — И что же мне теперь делать?

— ПРИХОДИ СЮДА И ПОЗДОРОВАЙСЯ С СЕСТРИЧКОЙ.

— У меня другие планы, Феникс.