Чужеземец
Шрифт:
Что я здесь делаю? — спросила я себя в тысячный раз. Здесь, в этом странном месте, на недостижимом расстоянии от всего, что мне знакомо, от дома, от мужа и от друзей, оказавшись по воле случая среди кучки дикарей?
Муж. Эта мысль вызвала очередной приступ паники. Который муж? События, последовавшие за наполовину удавшейся попыткой бежать, произошли с такой быстротой, что у меня не было и минутки поразмышлять над неудачей — и над ее последствиями.
А последствия вполне очевидны. Согласившись выйти за Джейми по необходимости, я считала эту уловку оправданной, потому что она могла помочь мне добраться до
Я нисколько не сомневалась, что он будет по-прежнему верен своим обязательствам, будет и дальше оберегать меня от любой угрозы. Но здесь, вдалеке от похожего на сон уединения наших дней среди диких холмов и плохих дорог, грязных постоялых дворов и душистых лесов, его наверняка потянут к себе прежние привязанности, как тянут меня мои. За две недели нашего брака мы с ним очень сблизились, но эта близость дала трещину под напряжением последних нескольких дней, и мне казалось, что теперь, среди осязаемых реалий жизни в замке Леох, она может окончательно рухнуть.
Я прислонилась головой к камню оконного переплета, рассматривая двор внизу. В дальнем его конце Элик Маккензи и двое мальчишек чистили пони, на которых мы прибыли. Животные, в первый раз за два дня как следует поевшие и напившиеся, казалось, излучали удовлетворение, пока усердные руки отчищали грязные бока и копыта пучками соломы. Еще один мальчишка уводил моего толстячка Чертополоха. Тот радостно спешил на честно заработанный отдых в конюшне.
А вместе с ним, думала я, уходят мои надежды на скорый побег и возвращение домой. Ах, Фрэнк! Я закрыла глаза и позволила одинокой слезе скатиться по щеке, потом широко распахнула глаза, поморгала и зажмурилась, отчаянно пытаясь возродить в памяти черты Фрэнка. На мгновенье закрыв глаза, я увидела не своего возлюбленного супруга, но его предка, Черного Джека Рэндалла, и его полные губы, изогнутые в насмешливой улыбке. Испугавшись этого видения, мое сознание тотчас же призвало образ Джейми, его лицо, полное страха и гнева, такое, каким я видела его на окне личного кабинета Рэндалла. И как я ни старалась, так и не смогла с уверенностью вспомнить образ Фрэнка.
От очередного приступа паники меня пробрал холод, и я вцепилась себе в локти. А что, если у меня получится сбежать и отыскать дорогу к каменному кольцу? Что тогда? Будем надеяться, что Джейми вскоре утешится — вероятно, с Лири. Раньше я тревожилась о том, как он отреагирует на мое исчезновение. Но, за исключением того краткого мига сожаления на берегу речки, мне и в голову не приходило задуматься, как я сама переживу расставание с ним. Если я действительно собираюсь уходить, то не оказываю никому услуги, позволяя узам между нами и дальше укрепляться. Я не должна позволять ему влюбиться в себя.
Если, конечно, он собирался это сделать, с горечью подумала я, опять вспомнив Лири и разговор с Каллумом. Если же он женился на мне так хладнокровно, как это кажется, вероятно, его чувства в меньшей опасности, чем мои.
Разрываясь между усталостью, голодом, разочарованием и неуверенностью, к этому времени я вполне успешно ввергла себя в пучину
Сквозняк, повеявший из открытой двери, нарушил неустойчивое равновесие гребня, который я пыталась удержать на пальце, и возвестил о возвращении Джейми. Он немного покраснел и выглядел до странного возбужденным.
— О, ты не спишь? — удивился он, явно обескураженный.
— Нет, — недобрым тоном отозвалась я, — а ты надеялся на это, чтобы вернуться к ней?
Джейми свел брови, потом вопросительно поднял их.
— К ней? Ты хочешь сказать, к Лири?
Ее имя, произнесенное на небрежный шотландский манер — «Лиир» — неожиданно привело меня в нелепое бешенство.
— А, так ты все-таки был с ней? — рявкнула я. Джейми посмотрел на меня озадаченно, подозрительно и немного раздраженно.
— Ага, — ответил он. — Встретил ее на лестнице, когда выходил. С тобой все в порядке, Сасснек? Ты выглядишь немного расстроенной. — И оценивающе смерил меня взглядом.
Я схватила зеркало и обнаружила, что волосы торчат дыбом, а под глазами залегли темные круги. Я с грохотом швырнула зеркало на место.
— Нет, я прекрасно себя чувствую, — заявила я, пытаясь взять себя в руки. — А как там Лири? — попыталась я изобразить небрежность.
— О, просто милашка, — ответил Джейми, прислонился к косяку, скрестил на груди руки и внимательно уставился на меня. — Думаю, немного удивилась, что мы женаты.
— Милашка, — процедила я и тяжело задышала. Потом взглянула на него и обнаружила, что он ухмыляется.
— Но ведь ты не будешь тревожиться из-за этой девушки, Сасснек, нет? — спросил вдруг Джейми. — Она ничто для тебя — и для меня, — добавил он.
— А, вот как? Она не вышла — или не смогла выйти — за тебя. Тебе все равно был кто-то нужен, поэтому ты и взял меня, когда подвернулась возможность. Я тебя за это не виню — и не винила — но я…
Он в два шага пересек комнату, взял меня за руки, прервав на полуслове, и пальцем приподнял мой подбородок, чтобы я посмотрела ему в глаза.
— Клэр, — невозмутимо произнес Джейми, — когда я сочту нужным, то скажу тебе, почему женился на тебе — или не скажу. Я просил от тебя честности и дал тебе то же самое. И сейчас я честен с тобой. Эта девушка не имеет на меня никаких прав, речь идет только о любезности. — Он слегка сжал мой подбородок. — Но в этом праве я ей отказать не могу. — Он отпустил подбородок и слегка шлепнул меня по нему. — Ты меня слышишь, Сасснек?
— О, конечно, слышу! — я вырвалась и негодующе потерла подбородок. — И совершенно уверена, что ты будешь с ней исключительно любезен! Только в следующий раз задергивай занавески в нише — я не желаю этого видеть!
Медные брови взлетели вверх, лицо Джейми покраснело.
— Ты что думаешь, я тебя обманываю? — недоверчиво спросил он. — Мы вернулись в замок меньше часа назад, я покрыт потом и пылью после двух дней в седле и так устал, что у меня колени подгибаются, а ты считаешь, что я прямиком отправился соблазнять девушку шестнадцати лет? — Он потряс головой, и вид у него при этом был ошеломленный. — Даже и не знаю, то ли это комплимент моим мужским достоинствам, Сасснек, то ли оскорбление моих моральных принципов, но мне не нравятся оба предположения! Муртаг предупреждал меня, что женщины бывают неразумными, но… Господи Иисусе! — Он провел рукой по волосам, и они тут же встопорщились.