Цитадель
Шрифт:
— Но ведь это стрела, а не капкан.
— Это метательный снаряд от самострела. — Стииг взмахом руки убрал окружающий пейзаж, и на полупрозрачной стене Белой Башни появился большой лук, который потом оказался на прямоугольном ложе. Тетива натянулась, выгнув плечи лука, и застопорилась с помощью небольшого стерженька. К стерженьку была привязана веревка. На тетиву легла толстая короткая стрела без оперения.
— Потом веревочка натягивается поперек прохода… — любезно сообщил Стииг.
Появились две высокие скалы. Самострел развернулся, целясь между ними, а
— Теперь мы можем спокойно спать, — зевнул Стииг.
Тут же стало смеркаться. В полумраке загорелись зловещие огоньки. Они приближались, и вскоре Найл различил сильное, гибкое тело кошки. Но какой кошки! Ростом в две сколопендры, лапы толщиной с сороконожку, а из огромной пасти торчат длинные кривые клыки, каждый размером с ногу тарантула.
Кошка осторожно кралась, прижимаясь к земле и мелко, нервно тряся хвостом. Задела натянутую поперек веревку. Стопорный стержень выскочил, звонко тренькнула тетива. Зверь взвился в прыжке, зарычал, закрутился, пытаясь выкусить что-то из своего плеча, но скоро перешел на хрип, завалился набок и судорожно задергал лапами.
— Вот и все, — подвел итог Стииг, — поутру можно снять шкуру и потом расстелить в гостиной.
— Какой огромный… — поразился Найл. — Кто это?
— Саблезубый тигр. Они жили на Земле, когда люди были еще слабыми и глупыми, не умели строить дома и разводить костры, жили в пещерах, ходили в шкурах и пользовались каменными орудиями.
— Как же они выжили? — Найл представил себя, маленького, беззащитного, мягкого, рядом с этим клыкастым зверем и поежился.
— А они не выжили, — по-своему понял вопрос Стииг. — Люди всех их съели. Но вернемся к самострелу. Когда ты жил в пустыне, вы боялись смертоносцев больше всего на свете и о капканах даже не думали. Ведь в любой из них мог попасться восьмилапый властелин мира. Культивированный пауками страх обеспечивал их безопасность. Но когда и твоя семья, и жители Диры попались восьмилапым, то на ваши земли пришли другие люди. И эти люди просто не знают, что им нужно бояться смертоносцев.
— Хищники, — сказал Найл.
— Хищники? — удивился Стииг. Немного подумал и произнес: — Не знаю. Не хватает информации. Хищники не пользовались в городе ловушками, они нападали на добычу и уносили с собой. Но, с другой стороны, неизвестно, как они защищают свои жилища. Да, возможен вариант, что часть хищников переселилась из города в пустыню.
— Посоветуй, как с ними справиться.
— Не надо к ним приближаться. Чем реже появляться рядом с их местами обитания, тем меньше шансов попасть в капкан.
— Но если мы не поймаем хоть несколько десятков дикарей, то как нам восстановить жизнеспособность человеческого рода?
— Это закрытая информация.
— Да разорви тебя сколопендра! — взорвался Найл. — Мы там жилы рвем, а ты знаешь и молчишь!
— Это закрытая информация, — примиряюще повторил Стииг.
Найл немного помолчал, успокаиваясь, потом попросил:
— Посоветуй хоть, как добиться, чтобы хищники перестали на смертоносцев нападать. Вчера они
— Вы слишком долго на них охотились. Возможно, хищники стали голодать и решились на крайнюю меру, чтобы добыть пищу.
— Когда я был в подземелье, то видел, как хищники выращивают грибы. Они не должны голодать даже без паучьего мяса.
— Тогда почему они вступили в сражение ради нескольких паучьих трупов?
— Именно это я и хотел у тебя узнать! — опять начал нервничать Найл.
— Слишком мало информации, — вздохнул Стииг. — Мы знаем, что хищники занимают экологическую нишу паразитов на пауках. Но мы не знаем ни их образа жизни, ни численности, ни уровня развития, ни социальной структуры. Мы даже не знаем, живут они в тоннелях метрополитена или лишь пользуются ими для передвижения.
— Метрополитен? — Информация о существовании такого вида транспорта, как подземная железная дорога, была внедрена Найлу в память вместе со всей прочей, но до сих пор он никак не связывал теоретическое знание с реальностями своего города.
— Ну да. Внешние признаки хищников никак не свидетельствуют о том, что они живут в условиях недостатка света и витаминов.
— Так, может, они жители пустыни, которые проникают в город?
— Как смертоносцы попались под выстрел самострела? — ответил вопросом на вопрос Стииг.
— Охотились на людей.
— Как?
— По исходящему от них страху.
— А разве хищники боятся пауков?
— Нет…
— Когда ты жил в пустыне, — продолжал допрос старец, — вы встречали кого-либо, похожего на хищников?
— Нет…
— Маловероятно, что вид, существующий заведомо очень давно, в течение года переменит образ жизни и вырастит взрослых мужчин в новых условиях. Они появляются откуда-то с другого места.
— Но подземка не выходит за пределы города! Откуда они могут являться?
— У нас не хватает информации, Найл.
— Не хватает информации, не хватает информации… Ладно, тогда я пойду. До свидания, Стииг.
— До свидания, Найл. Всегда рад тебе помочь.
Во дворце правителя ждал обед. Найл лениво поел, не чувствуя вкуса, вина пить не стал и сразу ушел в комнату, выходящую на стену соседнего дома. Эту комнату он уже начал звать про себя «комнатой для размышлений». Он еще не успел очистить разум, когда послышался негромкий стук в дверь. Вошла начальница стражи. Замялась у порога…
— Вы устали, мой господин? Вы плохо выглядите. Может, вам что-нибудь нужно?
— Просто я думаю… — ответил Найл. — А нужен мне совет. Ты знаешь, Нефтис, Смертоносец-Повелитель хочет, чтобы я обезопасил пауков от нападений хищников, Симеон хочет, чтобы я договорился с хищниками, Белая Башня хочет получить информацию о хищниках, но никто не хочет рисковать своей шкурой. Как думаешь, что мне делать?
— Я пойду с вами, мой господин, — без малейшего колебания заявила Нефтис.
Посланник Богини долго молчал, глядя в преданные глаза начальницы стражи, потом улыбнулся: