Цвет
Шрифт:
— Ага, — излишне серьезно подтвердила зель, — за это больше всего полагается.
Илья не стал останавливать Шандар — она всё всегда делала по-своему. Оставив Илью жмуриться от солнца, зель нырнула обратно в здание, сориентировалась, определила, где стоят местные транспортные средства, и через десять минут подняла перед Ильей дверцу двухместного автомобильчика.
— Определился с направлением? — только и спросила она, пристегиваясь к креслу.
— Туда, — Илья неопределенно махнул рукой, и машина сорвалась с места.
3.
Как ни странно, узкая полоска песчаного пляжа была почти сплошь заполнена загорающими телами, которые то и дело отрывались от этого занятия и с бодрыми криками окунались в воду.
— Да, здесь нас не найдут… — протянул Илья, оглядывая пляж, бесконечной дугой устремляющийся в обе стороны.
— Здорово… — Шандар широко распахнула глаза в предвкушении беспримерного заплыва, который она сейчас продемонстрирует на радость себе и окружающим.
Илье пришлось ее одернуть, а то бы зель точно выдала бы их своей экстравагантностью. Ни один человек не мог плавать так, как она. Спасатели на вышке четко фиксировали количество людей, находящихся в воде. И отсутствие хотя бы одной головы над поверхностью дольше одной минуты включало систему оповещения и спасательные мероприятия. Лозунгом обслуживающего персонала на планете управленцев было недопущение ни единого несчастного случая.
— Ладно, буду как все, — Шандар пренебрежительно фыркнула и отправилась в кабинку переодевания, где получила запрошенный комплект под свой размер: купальник, панаму и тапочки. Илья, в свою очередь, получил плавки, тапочки и панамку в мужской раздевалке. Все свои вещи они оставили в ячейках камеры хранения, запертых на стандартный дактило-ключ.
Выйдя и оглядев друг друга, новые отдыхающие разом хмыкнули и сказали хором:
— Окунемся?! — и тут же захихикали от одновременности реакции и слов.
Пробравшись между людьми, Илья с Шандар сначала походили по кромке прибоя, привыкая к новым ощущениям.
Вода была теплой. Высокие зеленые волны накатывали на ноги и с шипением уходили обратно в океан, оставляя то темный комок водорослей, то расплывающуюся медузу, то панцирного амфипода, старающегося побыстрей отпрыгнуть от желающих непременно его пнуть.
Желто-черные камни сменились крупным песком такого же цвета, а дальше вглубь — опять камнями. Илья с Шандар оттолкнулись от дна и поплыли, подныривая под набегающие волны.
Дно понижалось плавно, и солнце, стоящее почти в зените, хорошо освещало толщу воды. Илья, нацепивший защитные очки из стандартного набора пловца, рассматривал камешки на дне, каких-то мелких разноцветных рыбешек, кусты темно-зеленой морской травы и оранжевые сигнальные маячки.
Илья вынырнул, фыркнул и сильными взмахами погнал себя вслед уплывающей Шандар. Она словно сливалась с водой, настолько ее движения гармонировали со стихией, в отличие от остальных отдыхающих, плещущихся вокруг.
Шандар стремилась удалиться от назойливой прибрежной сутолоки. Эти люди были ей совершенно не интересны. Хотелось свободы и пространства, чтобы никто
Ну, кроме Ильи. Но он уже стал чем-то неотъемлемым. Как кинжал в ножнах.
Они уже далеко отплыли от общей массы, как две случайно отбившиеся птицы от стаи, и не собирались останавливаться. Силы еще были. Когда будет время, Шандар повернет. Не часто есть возможность насладиться полнейшей свободой. Представить, что весь мир — твой. Обнять его, прижать к себе, вдохнуть и слиться с ним…
Илья отстал. Зель вернулась, обогнула Илью и шаловливо плеснула на него водой. Он недовольно фыркнул и сказал, что некоторые раньше были значительно серьезнее.
— Не будь занудой, — ответила Шандар. — Могу я расслабиться? Где, как не здесь?
— …На правительственной планете, — подхватил Илья и рассмеялся.
Неожиданно Шандар ушла в воду с головой и неловко забарахталась. Илья поднырнул, поднимая ее, и удивленно спросил:
— Что с тобой?
— Плохо. Всё не так. Нам нужно обратно, — гримаса боли промелькнула на ее лице.
Илья повертел головой, чтоб определить, в какой стороне берег, и чуть не упустил момент, когда Шандар снова ушла под воду. Всё происходящее было более чем странно. Как может зель тонуть? Она, для которой океан — родной дом. Океан Зельде. Пресный океан.
И зель тут же подтвердила мелькнувшую догадку, в очередной раз вынырнув с помощью Ильи.
— Вода… — прохрипела Шандар, едва приподняв голову над поверхностью. — Много соли… — и жалобно добавила. — Не бросай меня, Илья.
— Дура! — ответил Илья, подхватывая зель со спины и поворачивая к берегу.
Плыть на спине и тянуть за собой практически неподвижное тело оказалось безумно тяжелым. Раньше Илье как-то не довелось спасать утопающего. Знания об этом он получил на стандартных уроках безопасности. Ему представлялось это простым и легким. И очередной неутешительный вывод. Жизнь всё больше оказывалась не в пример тяжелее, чем Илье казалось не так давно.
Заплыли они далеко, но в их движениях было достаточно уверенности, чтобы спасатели на вышке не обращали внимания на отбившихся от общего стада индивидуумов. Вот и отлично. Не надо привлекать внимания. Надо неторопливо плыть к берегу и надеяться, что сил до него хватит. Должно хватить. Шандар не стала бы обманывать насчет суточного действия препарата. Потом отлежимся. Сейчас главное, чтобы пришлось лежать не на дне.
— Ничего, доплывем. Недалеко осталось, — Илья подбадривал, главным образом, себя, потому что Шандар явно не воспринимала окружающее.
Их сносило в сторону от общественного пляжа — прямо на отвесную скалу, выдающуюся в океан. Даже неспециалисту было видно, что здесь не выбраться. Либо плыть вокруг. Либо сложить ручки и идти ко дну. Так что большого выбора у Ильи не было. Погибать он не собирался, а бороться с течением не было сил. Оставалось только ждать, когда очередной девятый вал поднимет их и размажет по красно-белой бугристой сардониксовой поверхности с обратным откосом.