Дань
Шрифт:
– Не совсем. Есть ещё один персонаж, с которым мы не знакомы.
– И из чего это следует?
– А следует это из того, что когда тебя приказом по институту в лабораторию перевели, то кто-то залез к секретарю директора и изучал приказы. Сам Консультант этого сделать не мог, значит, в институте не только ты секретами торгуешь.
– А если это так, – Феликс перебил майора и стал продолжать его мысль. – то, передавая информацию мне, он будет перепроверять её по другому каналу.
– Ты делаешь успехи. Давай, продолжай свой дедуктивный метод.
– Собственно, это и всё. Остальное зависит от того, какие вопросы его
– Почему ты так решил?
– Во-первых, если бы этот источник находился в самой лаборатории, работа которой его интересует, то я ему был бы просто не нужен, а во-вторых, этот источник хорошо знает режим работы секретаря директора и может очень легко открывать сейф.
– Почему ты считаешь, что сейф открыли легко?
– На ночь все помещения института опечатываются и сдаются на пульт под охрану. В это время залезть туда невозможно. Днём в приёмной всегда полно народа. Значит необходимо выбрать момент, когда это можно сделать без свидетелей.
– Отлично, – заулыбался майор. – Я бы тебе поставил пятёрку, если бы не одна небольшая ошибочка.
– Какая?
– Ты сказал, что агенту необходимо выбрать момент, когда это можно сделать без свидетелей. Если бы ты добавил, «или на виду у всех», то тогда была бы пятёрка.
– Действительно, если этот агент секретарь, то ему не нужно выбирать никакого момента. Но как сможет секретарь знать про научные исследования? У неё чисто административная работа.
– Вот эту загадку и придётся разгадать. Только не надо зацикливаться на секретаре, вполне возможно, что это кто-то другой. Не будем гадать на кофейной гуще. Иди домой, выспись, а завтра встретимся. Помни, если в институте есть агент, то каждое твоё отсутствие может стать известно нашему подопечному.
Феликс ушёл домой. Заснуть ему долго не удавалось. Голова прокручивала один вариант за другим. В мозгу стремительно проносились различные сюжеты, погоня, перестрелки… Вот он на машине догоняет врага, вот враг прыгает на полном ходу в кювет и скрывается в лесу. Феликс резко тормозит машину, тормоза пронзительно визжат. Сейчас машина врежется. Он зажмуривает глаза, ждёт удара, но удара нет, а тормоза продолжают визжать. Феликс открывает глаза. Он лежит на кровате, а вместо тормозов визжит будильник. Даже во сне этот Консультант ускользает от него.
В институте время тянется долго. Все сотрудники работают, а Феликсу приходится болтается по лаборатории и выполнять нелепые поручения Димы и Юли. Хотя, кроме этих двоих, другие сотрудники мало, чем отличаются от него. Юля и Дима, мозг лаборатории, все остальные занимаются только одной задачей – обеспечивают этот мозг всем необходимым для его деятельности. Они мало, что знают. Их дело подать и принести.
После работы Феликс и Дима шли в гости к Юле. Старинная дружба с Дмитрием и помогала и мешала работе. Помогала, потому, что Дима и Юля не относились к нему, как к милиционеру, они воспринимали Феликса, как к приятеля. А мешала потому, что все разговоры скатывались в плоскость воспоминаний и уводили от жизни лаборатории. Именно жизнь лаборатории интересовала Феликса. Только узнав её, став частью лаборатории, он надеялся вычислить противника. Феликс поймал себя на мысли, что с тех пор, как он столкнулся с контрразведкой, всё
Повод для гостей был чисто научный. Юля закончила работу над своей докторской диссертацией. Гостей собралось три человека: Феликс, Дима и главный конструктор института.
– Всего четыре года прошло с тех пор, как ты защитила кандидатскую, а уже докторская. – Главный не скрывал симпатии к своей любимице.
– Что бы я без вас делала, – отвечала Юля. – Это же вы меня проталкиваете.
– Не надо прибедняться, никто тебя никуда не проталкивает. А защитить тебя от бюрократов и вышестоящих бездарей, это мой долг. Талант необходимо поддерживать, а бездарность и сама пробьётся. Разве Ломоносов был бы Ломоносовым, если бы его не поддерживали? А ты сама, разве не тоже делаешь? Был бы твой Дмитрий сейчас простым инженером и писал бы диссертации дуракам.
– Так это вы его в нашу лабораторию перевели, когда кадры подбирали, – сказала Юля.
– Перевёл я, а всё остальное, заслуга его и твоя. Тебе бы ещё в твоих личных делах толкача найти. – Главный взял с книжного стола фотографию Андрея и дал её Феликсу. – Здесь он ещё старший лейтенант, а сейчас скоро капитана второго ранга получать будет. А действительно, Юленька, что вы со свадьбой тянете?
– Не могу я его к себе пристегнуть. Если мы поженимся, то он будет стараться сюда перевестись, а его место там, на севере. Второй вариант тоже нас не устраивает. Кто я там, на севере, домашняя хозяйка?
– Время, к сожалению, бежит очень быстро. – Главный поставил фотографию на место. – Потом вспомнишь, что ты не только учёный, но и женщина.
– Что касается этого, то здесь всё продумано, для этого штампа в паспорте не надо. После защиты докторской, я вас всех удивлю. – Крёстным будете? – она, не мигая, смотрела на Главного.
– Ты, милая нас уже удивила. К сожалению не могу, стар уже, а у крёстного большая ответственность. Вот Дмитрий, он должен быть крёстным.
Только сейчас все обратили внимание, что Юля сама наливала себе в фужер из отдельного графина.
– А я считаю, что это правильно! Давайте выпьем за тех, кто в море. – Дима поднял бокал и подумал об Андрее. После того, как вино и сок были выпиты, он спросил Юлю: – А отец то знает?
– Конечно, знает.
Потихоньку разговор от личных дел стал переходить к институтским.
– Я не могу забыть, – вспоминала Юля, – как вы директора института отчитали. После этого нашу лабораторию бюрократы целый год стороной обходили. Невозможно было работать, каждый свой шаг в десяти отчётах отразить надо.
– А что это за отчёты? – заинтересовался Феликс.
– Полный бред, – продолжала Юля. – Я сама не знаю кому всё это надо? Нет, вести учет средств, которые направляются на науку, необходимо, но у нас доводят это до абсолютного абсурда.
– А кто собирает у вас отчёты? – Чутьё подсказывало Феликсу, что он находится где-то рядом с разгадкой своей задачи.
– Девчонка, курьер.
– Но ваша лаборатория секретная. Неужели человек без допуска может прикасаться к бумагам лаборатории?