Данте
Шрифт:
Один из мальчиков неуверенно встал. Склонив голову, он пошел с площади вон. Толпа взволновалась, глядя ему вслед.
За первым последовали другие, покинувшие толпу с позором. Презрительный шепот преследовал их.
— Не судите, и не судимы будете! — прокричал Малафаил.
Голос его был суров. Он каким-то образом был усилен и усмирил собравшихся. Юнцы и взрослые зеваки взмолились о прощении. Черный ангел поднял свой жезл на уровень плеч. Его огромные наплечники пришли в движение и загудели словно живые.
— Признать отсутствие мужества смело! Некоторые из этих
Толпа успокоилась. Луис быстро огляделся. Из нескольких сотен собравшихся мальчиков ушли примерно пятьдесят.
— Еще раз спрашиваю, кто уйдет? — закричал Араезон.
Никто больше не двинулся.
— Очень хорошо, что вы, оставшиеся, согласились пройти испытание. Ваша жизнь теперь принадлежит нам. Начнем! — сказал он и махнул рукой.
Половина рабов в красных одеждах спустилась с трибуны и отправилась в толпу. Они выбирали мальчиков, поднимали, вели их, дрожащих, к Кровавым Ангелам. Даже самые смелые тряслись от страха, слабые плакали, оказавшись так близко от обладателей божественной мощи. Сангвинарный жрец снял с пояса свое устройство и положил перед мальчиками, чтобы проверять их. Белый ангел говорил с каждым, но слишком тихо, так что остальным расслышать его не удавалось. С некоторых он стаскивал одежду, чтобы произвести осмотр тела. Малафаил выражал свое мнение, едва заметно кивая или качая головой. Мальчиков разбивали на три группы возле статуи. Толпу оттеснили, чтобы освободить место для отобранных, которых становилось все больше.
Это заняло некоторое время.
Пришла очередь Луиса. Его схватили и заставили подняться по ступенькам. Араезон навис над ним. Казалось, он был выше самой статуи. Ангел странно пах — смесью машинных масел, духов и непонятного сладкого медного аромата. Устройство Араезона щетинилось иглами, которые вонзились в кожу Луиса. Мальчик стиснул зубы от боли. Араезон улыбнулся:
— Ты хорошо переносишь испытания.
Устройство мелодично звякнуло, и загорелся зеленый свет. Луис не мог оторвать взгляда от чудесной вещи ангелов. Технологии Ваала Секундус были примитивны, многое оказалось утраченным, все детали оборудования и материалы из радиоактивных городов бесконечное число раз шли в дело. Луис никогда не видел таких изящных машин.
Араезон расстегнул рубашку и обнажил раны на груди мальчика.
— Есть заражение, но ничего серьезного, — сказал он рабу-помощнику.
Мужчина делал пометки на длинном рулоне пергамента, развернутом на портативном письменном столе, висящем на груди.
— Как тебя зовут?
— Луис, милорд, — ответил Луис и сам поразился, насколько смиренно прозвучал ответ.
Он набрался храбрости и повторил увереннее:
— Луис, милорд.
— Ты выглядишь испуганным, Луис.
— Я действительно испуган, милорд.
— И честен, а это замечательное качество, — заметил
Голос звучал благожелательно, передатчик брони огрублял его. Вид Ангела был воинственный, доспехи гудели. Удар его меча мог уничтожить Луиса.
— Почему ты, испытывая страх, не повернулся и не ушел к своему народу?
— Потому что страх — ничто, — дерзко сообщил Луис. — Я страшился много раз. Страх нужно преодолевать.
— Скажи, зачем пришел? — продолжал Араезон. — Хочешь сражаться, чтобы добыть славу? Или жить вечно?
— Нет, милорд. Никто не живет вечно, даже ангелы. Я хочу служить. Хочу служить Императору и через Него — человечеству.
Араезон окинул Луиса долгим оценивающим взглядом:
— Луис… Луис. Это имя мальчика. Ты из клана, члены которого не обращаются друг к другу по ангельским именам в повседневности?
— Нет, милорд. В смысле да, милорд.
Араезон издал звук, который мог оказаться смехом.
— Понимаю. Но все же тебе придется назвать имя, если хочешь быть выбранным.
Луис задержал взгляд на Араезоне, но краем глаза наблюдал и за Малафаилом.
— Мальчик, ответь ему, — буркнул Малафаил. — Назови свое ангельское имя.
Луис колебался. В его клане никто, кроме семьи, не знал ангельское имя человека. Оно было драгоценным словом, драгоценностью в мире жгучего солнца и едкой соли, среди нечистоты. Луис произносил его всего несколько раз в жизни.
— Меня……зовут Данте, — сказал он, и слово прозвучало.
— Твое мнение насчет Данте, брат? — спросил Араезон Малафаила.
Черный ангел кивнул.
— Группа Ареосто, — сообщил рабам жрец.
Они увели Луиса и усадили его с незнакомыми мальчиками. Через некоторое время там же оказался Флориан, широко улыбнувшийся своими черными зубами при виде Луиса. Лоренц присоединился к ним.
Их группа была меньше остальных. Луис переживал, не зная, хорошо это или плохо. Шло время, но им не предложили ни еды, ни питья. Приходилось довольствоваться тем малым, что они принесли с собой. Один из мальчиков упал в обморок из-за жары. Его вытащили из их рядов и отправили в другую. Наконец последнего мальчика определили в среднюю группу.
— Подготовка к испытанию завершена! Теперь приготовьтесь к первому отсеву, — сказал Араезон. — Группа Кайфа. Вы несовместимы с нашими дарами. Вне зависимости от личных качеств вы неспособны и не сможете служить вместе с нами. Покиньте это место и живите своей жизнью среди собственного народа. Уходите с честью, но не пытайтесь больше стать избранными.
Рабы в красных одеждах подняли мальчиков и повели их с площади.
— Тактическая группа Адриана. Ваших талантов недостаточно, чтобы войти в наше братство, но вы можете присоединиться к нам в качестве кровных рабов. Вы исключительные юноши с качествами, необходимыми для лидеров своего народа, поэтому решайте: отправитесь ли вы с нами, или вернетесь домой. Если вы решитесь служить, многие из вас станут шталмейстерами Ангелов Смерти и смогут достичь высокого положения среди слуг ордена. Не печальтесь, ибо лишь немногие станут Ангелами, и наше предложение — великая честь. Выбирайте.